Фандом: Гарри Поттер. Первое рабочее место Дика Дейвиса.
Добавить в моё избранное
84 мин, 36 сек 8677
Но кое о чем Смит Дику все же напомнил. В свободное время пришлось заняться письмами, давно следовало это сделать. Отчет для Доры и открытки друзьям он планировал отослать вместе с ответом домой, но до последнего оттягивал с распечатыванием переданного Смитом письма, изучал конверт так и эдак. Все же читать то, что написала бабушка, мешало назойливое опасение, а не сунул ли приятель мистера Поттера свой длинный нос в его личную корреспонденцию.
Дома, конечно, гордились, но и опасались, что он теперь застрянет тут надолго, а не а год, как планировалось. Дику же хотелось попенять, зачем передали письмо с газетчиком, но в итоге он решил воздержаться от критики. Уверив семью, что работает как обычно и не такому уж особенному риску себя подверг в экспедиции, юноша вернулся к нерешенному вопросу.
Странное переживание угрозы время от времени повторялось, и означало это, что хоркрукс привезли все-таки с той, первой партией. Пару минут Дик переживал удовлетворение, как от решения сложной задачи. Объяснение вышло самое разумное, и очень его устраивало хотя бы тем, что отметало версию о его возможном помешательстве.
Однако оно же поставило перед ним задачу ничуть не проще: теперь следовало обнаружить это паршивое «говорящее кольцо», причем, во-первых, быстро, пока черномагический предмет, живущий собственной жизнью, не заморочил голову какому-нибудь бедняге и не заставил выполнять свои поручения, о которых Дик даже думать не хотел. Недолго он опасался, что хоркрукс во время его отсутствия покинул лабораторию; впрочем, тогда бы он перестал воображать присутствие Рики неподалеку. Во-вторых, обыскивать лабораторию даже с вредноскопом — занятие кропотливое, особенно если учесть, что никто не освобождал его от прямых обязанностей. И, немаловажно, для себя Дик сразу решил, что не следует поднимать панику. Можно, конечно, пригласить знаменитого Гарри Поттера официальным сообщением через британское Министерство магии, и тот примчится, но тогда работу здесь, несомненно, заморозят на неопределенное время, и вряд ли ему за это скажут спасибо. Нет, он твердо намеревался призвать мистера Поттера лишь после того, как сам обнаружит опасный предмет. Учитывая, что за две недели его отсутствия в лаборатории ничего особенного не произошло, он рассчитывал, что временем для поисков уж точно располагает.
Однако это не успокаивало его по-настоящему, и более того, затягивать казалось недопустимым не только самому Дику. Это стало ясно после того, как Дора ответила через день — прислала срочную сову с посылкой.
Все, что Дик написал ей, подало Доре повод увидеться с Лео, который трудился в соседнем отделе Министерства. Поначалу Дику это не понравилось, ведь он не собирался распространяться пока о проблеме, однако предположения Лео довольно быстро продемонстрировали ему, что он может и не решить ее в одиночку, и вообще находится на неверном пути. Лео считал, что попадание хоркрукса в лабораторию из экспедиции — не единственный путь, да и вообще маловероятный. «Он предложил тебе вспомнить, не появилось ли в это время в лаборатории новых людей, проверь также, не получали ли сотрудники посылок из дому. Я согласна с Лео, вряд ли Темный лорд самостоятельно добрался до этих раскопок, которые в те годы пусть даже и велись. Во всяком случае, Рики ничего такого не помнит»… То, что к делу подключили еще и Рики, что само по себе логично, заставило Дика подавить досадливый вздох. «Конечно, такое, чтоб ты оказался в одном месте с владельцем хоркрукса, маловероятно, но не исключено. Лео говорит, тебе следует держать при себе вредноскоп и фиксировать, будет ли он реагировать на кого-нибудь. В такие места, как столовая, бесполезно его брать, все равно много народу, да и выглядеть будешь странно. Держи его в ящике рабочего стола».
Присланная модель вредноскопа явно была раздобыта друзьями в Министерстве и как бы ни через мистера Поттера. Дик сомневался, чтобы такие поступали в свободную продажу. Прежде всего, прибор не жужжал и вообще работал бесшумно — незаменимо на задании авроров, когда любой шорох может сыграть роковую роль. А шкала на древке волчка с десятью деленьями для ранжирования опасности Дику раньше даже в книгах не встречалась. И необязательно было наблюдать за вредноскопом постоянно, чтоб отслеживать состояние дел на рабочем месте. Небольшой пластырь наклеивался на предплечье и в случае приближения опасности к столу Дика передавал бы вибрацию. Носить вредноскоп с собой также не возбранялось.
Дика новая игрушка, в целом, порадовала. Но напрягало, что теперь друзья в Англии как будто замерли в ожидании. Это легко угадывалось между строк письма Доры, и Дик только теперь задумался, что, должно быть, заставил ее волноваться за себя. Ее и ребят следовало похвалить за хладнокровие; будь, к примеру, Артур Уизли посвящен в такую проблему, немедленно примчался бы сюда и перевернул лабораторию вверх дном. Эдгар, впрочем, тоже, или уж, по крайней мере, с его стороны Дик не избежал бы тонн упреков в безответственности и ценных советов по минимизации риска.
Дома, конечно, гордились, но и опасались, что он теперь застрянет тут надолго, а не а год, как планировалось. Дику же хотелось попенять, зачем передали письмо с газетчиком, но в итоге он решил воздержаться от критики. Уверив семью, что работает как обычно и не такому уж особенному риску себя подверг в экспедиции, юноша вернулся к нерешенному вопросу.
Странное переживание угрозы время от времени повторялось, и означало это, что хоркрукс привезли все-таки с той, первой партией. Пару минут Дик переживал удовлетворение, как от решения сложной задачи. Объяснение вышло самое разумное, и очень его устраивало хотя бы тем, что отметало версию о его возможном помешательстве.
Однако оно же поставило перед ним задачу ничуть не проще: теперь следовало обнаружить это паршивое «говорящее кольцо», причем, во-первых, быстро, пока черномагический предмет, живущий собственной жизнью, не заморочил голову какому-нибудь бедняге и не заставил выполнять свои поручения, о которых Дик даже думать не хотел. Недолго он опасался, что хоркрукс во время его отсутствия покинул лабораторию; впрочем, тогда бы он перестал воображать присутствие Рики неподалеку. Во-вторых, обыскивать лабораторию даже с вредноскопом — занятие кропотливое, особенно если учесть, что никто не освобождал его от прямых обязанностей. И, немаловажно, для себя Дик сразу решил, что не следует поднимать панику. Можно, конечно, пригласить знаменитого Гарри Поттера официальным сообщением через британское Министерство магии, и тот примчится, но тогда работу здесь, несомненно, заморозят на неопределенное время, и вряд ли ему за это скажут спасибо. Нет, он твердо намеревался призвать мистера Поттера лишь после того, как сам обнаружит опасный предмет. Учитывая, что за две недели его отсутствия в лаборатории ничего особенного не произошло, он рассчитывал, что временем для поисков уж точно располагает.
Однако это не успокаивало его по-настоящему, и более того, затягивать казалось недопустимым не только самому Дику. Это стало ясно после того, как Дора ответила через день — прислала срочную сову с посылкой.
Все, что Дик написал ей, подало Доре повод увидеться с Лео, который трудился в соседнем отделе Министерства. Поначалу Дику это не понравилось, ведь он не собирался распространяться пока о проблеме, однако предположения Лео довольно быстро продемонстрировали ему, что он может и не решить ее в одиночку, и вообще находится на неверном пути. Лео считал, что попадание хоркрукса в лабораторию из экспедиции — не единственный путь, да и вообще маловероятный. «Он предложил тебе вспомнить, не появилось ли в это время в лаборатории новых людей, проверь также, не получали ли сотрудники посылок из дому. Я согласна с Лео, вряд ли Темный лорд самостоятельно добрался до этих раскопок, которые в те годы пусть даже и велись. Во всяком случае, Рики ничего такого не помнит»… То, что к делу подключили еще и Рики, что само по себе логично, заставило Дика подавить досадливый вздох. «Конечно, такое, чтоб ты оказался в одном месте с владельцем хоркрукса, маловероятно, но не исключено. Лео говорит, тебе следует держать при себе вредноскоп и фиксировать, будет ли он реагировать на кого-нибудь. В такие места, как столовая, бесполезно его брать, все равно много народу, да и выглядеть будешь странно. Держи его в ящике рабочего стола».
Присланная модель вредноскопа явно была раздобыта друзьями в Министерстве и как бы ни через мистера Поттера. Дик сомневался, чтобы такие поступали в свободную продажу. Прежде всего, прибор не жужжал и вообще работал бесшумно — незаменимо на задании авроров, когда любой шорох может сыграть роковую роль. А шкала на древке волчка с десятью деленьями для ранжирования опасности Дику раньше даже в книгах не встречалась. И необязательно было наблюдать за вредноскопом постоянно, чтоб отслеживать состояние дел на рабочем месте. Небольшой пластырь наклеивался на предплечье и в случае приближения опасности к столу Дика передавал бы вибрацию. Носить вредноскоп с собой также не возбранялось.
Дика новая игрушка, в целом, порадовала. Но напрягало, что теперь друзья в Англии как будто замерли в ожидании. Это легко угадывалось между строк письма Доры, и Дик только теперь задумался, что, должно быть, заставил ее волноваться за себя. Ее и ребят следовало похвалить за хладнокровие; будь, к примеру, Артур Уизли посвящен в такую проблему, немедленно примчался бы сюда и перевернул лабораторию вверх дном. Эдгар, впрочем, тоже, или уж, по крайней мере, с его стороны Дик не избежал бы тонн упреков в безответственности и ценных советов по минимизации риска.
Страница 16 из 24
