Veni, vidi, vici

Равнодушно уронил, что они расстаются и все. Развернулся и больше не посмотрел в сторону ошарашенной таким заявлением девушки. В-третьих, Малфой иногда напивается прямо в стенах школы, из-за чего Лили, конечно, жутко ругается, иногда даже при всех орет на Малфоя (что другие просто не смеют делать), но все равно долго не умеет на него сердиться. А с Фрэнком она может неделю не разговаривать! И где справедливость? В-четвертых, Малфоя вообще не интересуют другие люди, ему все равно, есть они или нет (стоит отметить, что к Лили это не относится, но это единственное исключение). Он ходит с видом Мерлина и все делают то, что хочет несравненный Скорпиус Малфой. И после всего этого он не псих? Фрэнк уж точно уверен, что от Малфоя лучше держаться как можно дальше. Жаль, что Лили он пока не может образумить.

Лили… М-м-м… Стоит только прошептать ее имя, как на лице сама собой появляется улыбка, настроение поднимается и мир кажется лучше. Замечтавшись, Фрэнк чуть не врезается в стену и лишь чудом успевает вписаться в поворот. Да так и замирает с еще не растаявшей улыбкой на губах.

В конце коридора на подоконнике сидит, вытянув ноги, Малфой. А на его коленях, прислонившись к нему спиной, сидит Лили. Малфой что-то шепчет ей на ухо, его губы так близко от ее уха, его руки жестом правоправного владельца обнимают ее за хрупкую талию, прижимая ближе. И Лили смеется в ответ на его шепот. Она. Смеется. И переплетает свои маленькие тонкие пальчики с его пальцами. И прислоняется к нему еще ближе, еще теснее. Фрэнк ошарашен открывшейся картиной. ДА КАК ОНА МОГЛА? Это же Малфой. И Лили. Он бы все отдал, лишь бы ему это померещилось, лишь бы все оказалось только невинным общением друзей. Так вопит его сердце. Но разум шепчет, что поза слишком интимна для дружеских объятий. Что он, Фрэнк, снова опоздал. И теперь уже навсегда.