Фандом: Starcraft. Платформа завода покоится на тех же опорах, что были вбиты в желтый базальт сто лет назад. Саму платформу несколько раз латали, и в итоге укрепили сверхпрочным материалом, навсегда связав опоры и поверхность планеты. Завод находится у линии терминатора, в темной зоне, но сейчас практически не освещается. Грандиозный шпиль, пронзающий серую вату облаков, едва различим под тусклыми лампами звезд.
Добавить в моё избранное
20 мин, 18 сек 5844
Пятна лучей прожекторов бешено пляшут вдоль периметра расчетной зоны высадки, и вдруг останавливаются в разных местах, указывая на небольшие скопления мин. Озадаченное быстрое мигание систем оповещения ясно говорило о том, что мины не могут выполнить первичный протокол. Зарыть в базальт тонну металла и взрывчатого вещества высокой плотности — просто невозможно. И вокруг, куда смог дотянутся ореол светового поля, сопровождающий десант, не было видно и клочка слизи.
Группы получали приказы одна за другой, перемещались по зоне, устанавливали дополнительное оборудование. Командующий операцией разместился в центральном бункере, сооруженном из листов сверхпрочной обшивки капсул. Каркасы бункеров собирались прямо на базальте в считанные минуты строительным ботом, спустившимся на планету в компании десантников. В результате основной подход к зоне, вдоль линии скальной стены, и возможные пути отступления к эвакуационной базе, были основательно защищены. Датчики движения, изменения давления, температуры, состава атмосферы — все устройства слежения уже включили в общую сеть.
Никсон попал в группу осмотра завода. Сержант, и несколько избранных пехотинцев. Зрительно Никсон уже достаточно адаптировался к сумрачной обстановке у линии терминатора. Для выхода к заводу в этом секторе придется обойти ту самую стену, что остановила капсулу. Стена, судя по карте задания на дисплее шлема, скруглялась в километре к востоку, переходя в широкий подъем на верхний уровень базальтовых слоев.
Ровно через один универсальный час сержант Токугава разделил группу на два взвода. Один, под личным командованием сержанта, отправился к платформе завода, для осмотра конвейера и модулей добычи. Никсон оказался во взводе с поручением провести разведку нескольких квадратов местности, окружающей завод. Он прекрасно видел величественный шпиль, в наростах различных модулей и блоков. Время вяло протекало мимо Никсона, вместе с неожиданными картинами светлой лишь с одной стороны планеты. Узкие лучи личных прожекторов гуляли по затейливым образованиям из базальта и песка, натыкаясь на провалы и расщелины, пугающие глубокой тенью.
— Старший, какого черта, и где улей?
Карта задания на дисплее шлема постепенно закрашивалась зеленым, отмечая проверенные взводом квадратные километры. Никсон привычно перемещался в пространстве, постоянно прикрывая конусом потенциального огня выделенный ему сектор. Взвод остановился у преграды, на этот раз в виде крутого обрыва вдоль скалистой стены, но уже с противоположной к зоне высадке стороны. Лучи заметались в темной бездне, рассекая плотный серый туман. И в один из таких фехтовальных выпадов света против тьмы, Никсон увидел нечто чужое.
Тумор. Будто слепленный из кусков жирной и мокрой кожи.
Основа тумора слегка пузырится, и вздувающиеся пузыри с хлюпаньем опадают, выталкивая на имеющийся слой слизи тягучую жижу. Отсюда, во тьме, Никсон, конечно, таких подробностей видеть не мог, но воспоминание о прошлых высадках на туморы так просто не устранить. Как нельзя устранить ужас, охватывающий любого, кто видит перед собой опухоль на теле планеты. Опухоль, размером в двухэтажный особняк, с поместьем в виде слизи вокруг. Опухоль, распространяющую слизь, для производства новой слизи, и так до полной выработки энергии на распространение. Хоровод мыслей совершенно расстроил внимание, Никсон застыл, в неудобной позе, немного наклоняясь вперед.
Следующие пять минут:
Токугава орет в коммуникатор, орет в личный микрофон, орет на взвод и на весь темный, в данном случае, свет. Бегут на пределе сил к платформе, Никсон озирается, крутит головой, но заглянуть за спину не может, мешает шлем и наплечники бронекостюма. Осушитель захлебнулся еще в капсуле, Никсон бежит в тумане и в туман, толкая тело вперед, в полную силу, каждый шаг.
Он надеется добраться до платформы завода прежде, чем на его спине окажется недружелюбный зерглинг.
Командующий операцией держит руку на пульсе происходящих событий. Транспортный корабль готовится к изменению орбиты сопровождения, и сбросу тяжелой техники. Операторы в центральном бункере отправляют цифровые приказы в личные коммуникаторы, обновляют задачи, карты и данные систем слежения.
Финальная минута. Бункеры полностью укомплектованы, и в указанных местах, в длинных и узких бойницах, появляются дула крупнокалиберных пулеметов. Бортовые компьютеры распределяют автомины по периметру укрепления зоны, однако мест, подходящих для развертывания на этой базальтовой пустоши — нет, «Вдовы» просто приседают, складывая тонкие и прочные сегментированные лапы.
Никсона подхватывают за плечи, помогая взобраться на широкую рампу, ведущую на платформу. Один из помогающих отталкивает себя от края рампы, опускается на колено, и начинает оглушительно высаживать короткие очереди в темноту, за спины взбирающихся наверх.
Группы получали приказы одна за другой, перемещались по зоне, устанавливали дополнительное оборудование. Командующий операцией разместился в центральном бункере, сооруженном из листов сверхпрочной обшивки капсул. Каркасы бункеров собирались прямо на базальте в считанные минуты строительным ботом, спустившимся на планету в компании десантников. В результате основной подход к зоне, вдоль линии скальной стены, и возможные пути отступления к эвакуационной базе, были основательно защищены. Датчики движения, изменения давления, температуры, состава атмосферы — все устройства слежения уже включили в общую сеть.
Никсон попал в группу осмотра завода. Сержант, и несколько избранных пехотинцев. Зрительно Никсон уже достаточно адаптировался к сумрачной обстановке у линии терминатора. Для выхода к заводу в этом секторе придется обойти ту самую стену, что остановила капсулу. Стена, судя по карте задания на дисплее шлема, скруглялась в километре к востоку, переходя в широкий подъем на верхний уровень базальтовых слоев.
Ровно через один универсальный час сержант Токугава разделил группу на два взвода. Один, под личным командованием сержанта, отправился к платформе завода, для осмотра конвейера и модулей добычи. Никсон оказался во взводе с поручением провести разведку нескольких квадратов местности, окружающей завод. Он прекрасно видел величественный шпиль, в наростах различных модулей и блоков. Время вяло протекало мимо Никсона, вместе с неожиданными картинами светлой лишь с одной стороны планеты. Узкие лучи личных прожекторов гуляли по затейливым образованиям из базальта и песка, натыкаясь на провалы и расщелины, пугающие глубокой тенью.
— Старший, какого черта, и где улей?
Карта задания на дисплее шлема постепенно закрашивалась зеленым, отмечая проверенные взводом квадратные километры. Никсон привычно перемещался в пространстве, постоянно прикрывая конусом потенциального огня выделенный ему сектор. Взвод остановился у преграды, на этот раз в виде крутого обрыва вдоль скалистой стены, но уже с противоположной к зоне высадке стороны. Лучи заметались в темной бездне, рассекая плотный серый туман. И в один из таких фехтовальных выпадов света против тьмы, Никсон увидел нечто чужое.
Тумор. Будто слепленный из кусков жирной и мокрой кожи.
Основа тумора слегка пузырится, и вздувающиеся пузыри с хлюпаньем опадают, выталкивая на имеющийся слой слизи тягучую жижу. Отсюда, во тьме, Никсон, конечно, таких подробностей видеть не мог, но воспоминание о прошлых высадках на туморы так просто не устранить. Как нельзя устранить ужас, охватывающий любого, кто видит перед собой опухоль на теле планеты. Опухоль, размером в двухэтажный особняк, с поместьем в виде слизи вокруг. Опухоль, распространяющую слизь, для производства новой слизи, и так до полной выработки энергии на распространение. Хоровод мыслей совершенно расстроил внимание, Никсон застыл, в неудобной позе, немного наклоняясь вперед.
Следующие пять минут:
Токугава орет в коммуникатор, орет в личный микрофон, орет на взвод и на весь темный, в данном случае, свет. Бегут на пределе сил к платформе, Никсон озирается, крутит головой, но заглянуть за спину не может, мешает шлем и наплечники бронекостюма. Осушитель захлебнулся еще в капсуле, Никсон бежит в тумане и в туман, толкая тело вперед, в полную силу, каждый шаг.
Он надеется добраться до платформы завода прежде, чем на его спине окажется недружелюбный зерглинг.
Командующий операцией держит руку на пульсе происходящих событий. Транспортный корабль готовится к изменению орбиты сопровождения, и сбросу тяжелой техники. Операторы в центральном бункере отправляют цифровые приказы в личные коммуникаторы, обновляют задачи, карты и данные систем слежения.
Финальная минута. Бункеры полностью укомплектованы, и в указанных местах, в длинных и узких бойницах, появляются дула крупнокалиберных пулеметов. Бортовые компьютеры распределяют автомины по периметру укрепления зоны, однако мест, подходящих для развертывания на этой базальтовой пустоши — нет, «Вдовы» просто приседают, складывая тонкие и прочные сегментированные лапы.
Никсона подхватывают за плечи, помогая взобраться на широкую рампу, ведущую на платформу. Один из помогающих отталкивает себя от края рампы, опускается на колено, и начинает оглушительно высаживать короткие очереди в темноту, за спины взбирающихся наверх.
Страница 2 из 7
