Фандом: Гарри Поттер. Вы говорили, что мои родители погибли в автокатастрофе! — крикнул Гарри. Автокатастрофа?! — прогремел Хагрид, и Дурсли попятились. — Да как могла автокатастрофа сгубить Лили и Северуса Снейпов?!
Добавить в моё избранное
119 мин, 54 сек 16990
Гарри поежился и некстати вспомнил, что в некоторых статьях, где объяснялась его давняя победа над Темным лордом, проскальзывала именно такая теория. Что он — новый Темный лорд, еще сильнее прежнего. И что в среде бывших Пожирателей смерти эта теория была очень популярна. Кажется, родители Гойла разделяли ее…
— А откуда вы все знаете про легилиментов? — удивилась Гермиона.
Крэбб и Гойл заржали.
— Поживи под прицелом аврората лет 10, Грейнджер, и сама всё узнаешь, — буркнул Малфой.
— Я еще помню, как моя бабушка говорила: увидишь аврора, сразу думай о пьяном гиппогрифе. Он смотрит, а ты себе думай. Как он ржет, как летит и на столб натыкается, как у него крылья заплетаются, — сказал Крэбб.
— Пьяный гиппогриф? Чушь какая.
— А я знаю, это ментальный прием, — встряла Гермиона. — У нас, то есть у маглов, то же самое. Только мы думаем об обезьяне. Надо зациклиться на одной мысли и не пускать исследователя больше никуда, пусть он натыкается только на одну мысль.
— Пьяный гиппогриф, — сказал Рон, и все представили себе пьяного гиппогрифа.
— Пьяный гиппогриф — это ненормально.
— Он нормален как зомби, Грейнджер, — съязвил Нотт, и на этом дискуссия закончилась.
Прозвенел звонок, Квиррелл сказал: «Входите» — и все зашли на урок ЗОТИ.
Урок проходил как обычно. Квиррелл ничем не выдавал своих вчерашних ночных похождений, плащ у него стал целый.
И вдруг Гарри почувствовал чужеродное присутствие в своем разуме.
Кто-то пытался нащупать, чем занимался Гарри нынче ночью. Гарри хмыкнул и с удовольствием представил себе пьяного гиппогрифа.
Гарри любовался гиппогрифом минут пять, пока не почувствовал, что безрезультатное вторжение кончилось.
Настроение у Гарри стало прекрасным.
Когда звонок с урока отзвенел, он поспешил броситься к друзьям, чтобы поделиться своей победой.
Его встретил дружный хор!
— Квиррелл сейчас пытался залезть ко мне в мозги, а я думал о пьяном гиппогрифе!
— Я тоже.
— Я тоже.
— И я.
— А он и ко мне лез, так я его отфутболил. Пусть на гиппогрифа любуется.
— Здорово мы его провели, — заржал Гойл.
— Здорово, — отрезала Гермиона и от души шлепнула портфелем об стену. — Можно было догадаться, что раз Квиррелл ночью заметил чье-то присутствие, то он попытается узнать, кто за ним следил! Он проверял весь класс, всю школу, наверное. И что он нашел? Все думают о своем, а вы пятеро — о пьяном гиппогрифе. Совершенно случайно и одинаково. Конечно, он ничего не заподозрил! А кто бы заподозрил на его месте…
Речь Гермионы замерла в оглушительной паузе.
— О небеса, — слабым голосом сказал Малфой. — Теперь Квиррелл нас убьет.
Спросонья он даже решил, что находится дома, в Литтл-Уингинге, а тетя Петунья моет посуду…
Потом он вспомнил, что находится в Хогвартсе, и ему явно давно пора на урок. Кругом слишком светло и тихо — он проспал! О нет…
Что сегодня первой парой? Четверг — трансфигурация. Затем полеты. О нет…
Гарри открыл глаза и попытался встать.
И сразу выпал в нокаут.
Во-первых, он не узнал комнату, в которой находился. Маленькая светленькая палата, горшок с незабудками на окне, незнакомая кровать… Как он оказался здесь?!
Во-вторых, едва он поднял голову с подушки, как оная закружилась по-страшному, и пришлось спешно уложить ее спать обратно.
Дверь комнаты отворилась. Незнакомая женщина в зеленой робе сунулась внутрь и громко заявила:
— Снейп проснулся!
После чего захлопнула дверь обратно и шумно побежала по коридору.
Гарри решил подождать развития событий.
Две минуты спустя дверь палаты отворилась заново, чтобы впустить знакомое лицо — профессора Фламеля.
Профессор выглядел холодно и хмуро.
Гарри открыл рот, чтобы сказать «здравствуйте», но Фламель тут же отрицательно покачал головой и приложил палец к губам.
— Вам еще рано говорить.
Очень интересно…
Фламель подошел к Гарри и прощупал ему лоб. Вытащил из мантии склянку и поднес к Гарриным губам.
— Пейте.
Гарри выпил, и голова сразу стала кружиться меньше.
Настолько меньше, что он осмелел сказать:
— Простите, профессор, я проспал, но на полеты я еще успею…
— Ложитесь, молчите и слушайте. И старайтесь не вертеть головой, — прервал Фламель. — Сегодня вторник, 17 декабря. Вы находитесь в больнице Святого Мунго. Вы лежите здесь уже шестой день. С утра прошлого четверга, когда ваши соседи по спальне на рассвете отчаялись вас добудиться, а затем не менее безуспешно вас пытались разбудить все по очереди преподаватели Хогвартса…
— А откуда вы все знаете про легилиментов? — удивилась Гермиона.
Крэбб и Гойл заржали.
— Поживи под прицелом аврората лет 10, Грейнджер, и сама всё узнаешь, — буркнул Малфой.
— Я еще помню, как моя бабушка говорила: увидишь аврора, сразу думай о пьяном гиппогрифе. Он смотрит, а ты себе думай. Как он ржет, как летит и на столб натыкается, как у него крылья заплетаются, — сказал Крэбб.
— Пьяный гиппогриф? Чушь какая.
— А я знаю, это ментальный прием, — встряла Гермиона. — У нас, то есть у маглов, то же самое. Только мы думаем об обезьяне. Надо зациклиться на одной мысли и не пускать исследователя больше никуда, пусть он натыкается только на одну мысль.
— Пьяный гиппогриф, — сказал Рон, и все представили себе пьяного гиппогрифа.
— Пьяный гиппогриф — это ненормально.
— Он нормален как зомби, Грейнджер, — съязвил Нотт, и на этом дискуссия закончилась.
Прозвенел звонок, Квиррелл сказал: «Входите» — и все зашли на урок ЗОТИ.
Урок проходил как обычно. Квиррелл ничем не выдавал своих вчерашних ночных похождений, плащ у него стал целый.
И вдруг Гарри почувствовал чужеродное присутствие в своем разуме.
Кто-то пытался нащупать, чем занимался Гарри нынче ночью. Гарри хмыкнул и с удовольствием представил себе пьяного гиппогрифа.
Гарри любовался гиппогрифом минут пять, пока не почувствовал, что безрезультатное вторжение кончилось.
Настроение у Гарри стало прекрасным.
Когда звонок с урока отзвенел, он поспешил броситься к друзьям, чтобы поделиться своей победой.
Его встретил дружный хор!
— Квиррелл сейчас пытался залезть ко мне в мозги, а я думал о пьяном гиппогрифе!
— Я тоже.
— Я тоже.
— И я.
— А он и ко мне лез, так я его отфутболил. Пусть на гиппогрифа любуется.
— Здорово мы его провели, — заржал Гойл.
— Здорово, — отрезала Гермиона и от души шлепнула портфелем об стену. — Можно было догадаться, что раз Квиррелл ночью заметил чье-то присутствие, то он попытается узнать, кто за ним следил! Он проверял весь класс, всю школу, наверное. И что он нашел? Все думают о своем, а вы пятеро — о пьяном гиппогрифе. Совершенно случайно и одинаково. Конечно, он ничего не заподозрил! А кто бы заподозрил на его месте…
Речь Гермионы замерла в оглушительной паузе.
— О небеса, — слабым голосом сказал Малфой. — Теперь Квиррелл нас убьет.
Пока ты спал
Гарри проснулся от звяканья посуды и отдаленного спора женских голосов.Спросонья он даже решил, что находится дома, в Литтл-Уингинге, а тетя Петунья моет посуду…
Потом он вспомнил, что находится в Хогвартсе, и ему явно давно пора на урок. Кругом слишком светло и тихо — он проспал! О нет…
Что сегодня первой парой? Четверг — трансфигурация. Затем полеты. О нет…
Гарри открыл глаза и попытался встать.
И сразу выпал в нокаут.
Во-первых, он не узнал комнату, в которой находился. Маленькая светленькая палата, горшок с незабудками на окне, незнакомая кровать… Как он оказался здесь?!
Во-вторых, едва он поднял голову с подушки, как оная закружилась по-страшному, и пришлось спешно уложить ее спать обратно.
Дверь комнаты отворилась. Незнакомая женщина в зеленой робе сунулась внутрь и громко заявила:
— Снейп проснулся!
После чего захлопнула дверь обратно и шумно побежала по коридору.
Гарри решил подождать развития событий.
Две минуты спустя дверь палаты отворилась заново, чтобы впустить знакомое лицо — профессора Фламеля.
Профессор выглядел холодно и хмуро.
Гарри открыл рот, чтобы сказать «здравствуйте», но Фламель тут же отрицательно покачал головой и приложил палец к губам.
— Вам еще рано говорить.
Очень интересно…
Фламель подошел к Гарри и прощупал ему лоб. Вытащил из мантии склянку и поднес к Гарриным губам.
— Пейте.
Гарри выпил, и голова сразу стала кружиться меньше.
Настолько меньше, что он осмелел сказать:
— Простите, профессор, я проспал, но на полеты я еще успею…
— Ложитесь, молчите и слушайте. И старайтесь не вертеть головой, — прервал Фламель. — Сегодня вторник, 17 декабря. Вы находитесь в больнице Святого Мунго. Вы лежите здесь уже шестой день. С утра прошлого четверга, когда ваши соседи по спальне на рассвете отчаялись вас добудиться, а затем не менее безуспешно вас пытались разбудить все по очереди преподаватели Хогвартса…
Страница 22 из 34
