Человек с зонтом

Они и мне предлагали присоединиться к ним. Я отказался. По глупости или из-за упрямства — не помню. Я знал лишь одно: мне нужно было научиться не убегать от проблем. За четыре года у меня это почти получилось.

Пройдя на кухню, я взмахнул палочкой и левитировал чайник на плиту. Мне нужна была чашка крепкого английского чая, чтобы расслабиться и попробовать разобраться в том, что произошло вчера. Это казалось важным.

Открыв буфет, я увидел рядом со своим любимым чаем банку дешёвого растворимого кофе. Но ведь я терпеть не могу кофе. Откуда он взялся?

Закрыв створки, окинул кухню пристальным взглядом, но ничего подозрительного не заметил. Всё было на своих местах. А вот в спальне кровать была разобрана и простыни смяты. На прикроватном столике лежала записка: «В полдень в Атриуме». Без подписи.

Мне не нравилось, когда чужие оставались ночевать в моей квартире. Дом, пусть даже и нелюбимый, должен оставаться крепостью.

Крепость оказалась захвачена. Двери по-прежнему были прочные, замки надёжны, а заклинания исправно защищали стены от непрошеных гостей. Но что-то неуловимо изменилось. Сама атмосфера, запах, не говоря уже о чужих вещах. В спальне кроме записки я нашёл щетку для волос отвратительного розового цвета, а ещё смешные полосатые носки. В гостиной — блокнот и маггловскую шариковую ручку. В ванной — жёлтую зубную щётку, которая лежала рядом с моей зелёной. Рассматривая эти вещи, я отчётливо понял, что влип. Осталось только вспомнить, во что.

До

— Ты влип, Малфой. — Поттер откинулся на спинку стула и довольно прищурил глаза, чем напомнил мне сытого кота. Только что руки не потирал от восторга, что сумел поймать меня с поличным.

Конечно, торговля травами и котлами для аптек давала неплохую прибыль, но её нельзя было даже сравнивать с канувшим в Лету богатством. Поэтому я иногда приторговывал редкими и запрещёнными ингредиентами. Контрабанда, одним словом.

И сейчас, с отвращением читая письменные показания моего посредника, я сжимал кулаки в бессильной ярости. На жалком клочке пергамента были перечислены имена моих поставщиков и кое-кого из постоянных клиентов. Не смертельно, но хватит, чтобы лишить меня значительной части дохода и оштрафовать. А может, даже посадить в Азкабан на пару месяцев.

— Что тебе от меня надо? — прямо спросил я.

Аврор Поттер мне не нравился так же сильно, как Поттер-избранный, но приходилось терпеть. Как и спёртый тяжелый воздух в комнате, где со мной так любезно беседовали. И дышать неглубоко, размеренно, не показывая, что я отчаянно боюсь Поттера.

А он всё медлил и медлил, наверняка упиваясь мимолетной властью. И вертел на запястье часы с электронным циферблатом. Сколько уже живет в магическом мире, а так и остался неотёсанным магглом.

— Одного из твоих приятелей по гм… торговле подозревают в убийствах нескольких женщин. В особо жестоких убийствах, Малфой. Мне нужно, чтобы ты помог моему человеку приблизиться к нему.

— К кому?

Поттер молча протянул мне колдографию.

Мне хватило одного взгляда, чтобы оценить то дерьмо, в которое Поттер хотел меня затащить.

— Нет.

— Почему?

— Я что, на идиота похож? Это самоубийство!

Кажется, Поттера удивила моя реакция. Он-то наверняка думал, что я с радостью ухвачусь за первую возможность спасти свою шкуру.

— Подумай хорошенько. Аврорат закроет глаза на контрабанду и прочие твои мелкие грешки.

— И ты считаешь, что я соглашусь?

— Да. Это неплохая сделка.

— Нет, — я скрестил руки на груди и холодно посмотрел на Поттера.

— Да, — настойчиво повторил он и, недобро усмехнувшись, добавил: — Иначе сядешь в Азкабан.

— Сволочь!

Он хмыкнул и аккуратно сложил все бумаги в папку, совершенно не обращая внимания на оскорбление. Знает, что мне никак нельзя в Азкабан: мой бизнес во многом зависит от репутации.

— Но почему именно Мэтр? У вас есть доказательства? — мне нужно было хоть что-то разузнать, прежде чем добровольно совать голову в петлю.

— Доказательств у нас нет, — честно признался Поттер. — Но легилименты аврората просмотрели память всех подозреваемых, и обнаружили у Мэтра воспоминания о его невесте, которая погибла при невыясненных обстоятельствах двенадцать лет назад. Следствие списало всё на несчастный случай. Нас же заинтересовал тот факт, что её лицо было изуродовано, а наш убийца просто обожает уродовать лица своим жертвам. И то, что после этого случая Мэтр начал собирать вокруг себя красивых людей.

— Это ещё ничего не доказывает, — заметил я, продолжая зло глядеть на Поттера.

— Он был знаком с первыми тремя жертвами, — продолжил он свой рассказ. — Одна была его любовницей, а две других — входили в его коллекцию идеальных людей. Но этого мало для того, чтобы предъявить ему обвинения. Мы уже три месяца наблюдаем за ним — и ничего!