Всем давно известны уже такие маньяки, как Слендер, Маски или же Джефф. Не стоит забывать и про фонд SCP! Но речь пойдет об еще одном крипи-персонаже, который в свое время натворил дел лишь из-за того, что отличается складом ума, а после повстречавшего родственную душу, которая так же, как и главный герой, страдает шизофренией… Но и тут есть свое «НО»…
Добавить в моё избранное
159 мин, 15 сек 10360
По новостям давно ходят слухи о нападении на людей, где главными подозреваемыми являются Джефф и Слендер. Кажется, что тут такого? Они ведь не тысячи людей убивают, да и дома нечего опасаться. А вот и нет. Даже закрытые окна и двери не спасают людей от смерти. Страшная участь может настигнуть каждого.
Но и даже в такой ситуации находятся те глупцы, что все же выходят ночью на прогулки, в поисках того или иного маньяка, но они сами этим самым подписывают себе смертный приговор. Печально, что молодое поколение умирает так беспечно. Но речь сейчас идет совсем не об этом…
На дворе стояло 29 сентября. Самый обычный понедельник. Все идут по своим делам: детишки на учебу, а взрослые на работу. Ничего не обещает плохого.
За городом, в котором стояла жара, располагался огромнейших размеров особняк на три этажа, что был огорожен довольно высоким забором, а так же живой изгородью. Желтого цвета черепица, покрывающая здание, ярко блестела на осеннем солнце, слепя глаза всем, кто проходил или проезжал мимо этого места, однако хозяев этого строения нисколько не смущал этот маленький недостатков всей площади двора, которая рассчитывалась в несколько тысяч квадратных метров. Да-да, вот такие футбольные поля и находятся за городом во владениях богатеньких «папочек», что обожают денежки и пафос. Но речь сейчас не об этом. Во дворе описываемого выше дома, находилось огромнейшее количество самых разнообразных деревьев. Именно тут и можно было прислуге или самим хозяевам спастись от ненастной жары и почувствовать себя в безопасности.
Помимо самих деревьев, еще были и подвесные качели на заднем дворе, куда солнце доходило лишь под вечер, освещая эту площадь нежным красно-розовым светом, отчего трава и листва тут всегда окрашивалась в нежные оттенки. Двое качелей, которые были привязаны к мощным веткам старых, но крепким дубам и на одних из которых сейчас сидела девочка одиннадцати лет, без эмоций смотря в траву, будто там не зелень вовсе, а зеркало или же окно в другой мир. Девочка, очень милая на внешность, монотонно качалась вперед-назад, держась за канат только лишь одной своей маленькой ручкой, другой же прижимая к себе какую-то вещь темного, почти что черного цвета и довольно-таки небольших размеров. Если приглядеться, то можно заметить как серые, даже пепельные волосы малышки то немного взмывались вверх по инерции движению качелей, то тут же опускались на свое законное место, даже, несмотря на то, что их длина была не такой уж и маленькой, а именно, если девочка встанет, то кончики будут касаться ее узенькой талии. Так же внимание привлекают и ее глаза, которые имели оттенок утренней дымки в полях. Эти бледные серо-зеленые глаза, ничего не показывающие сейчас и хрусталик в виде небольшого ромбика были устремлены в яркую, полную противоположность очам ребенка, траву. Белая, фарфоровая кожа слегка блестела на свету, точнее отражала словно небольшое зеркальце свет, проступающий сквозь огромную крону старого дуба. Школьная форма, состоящая из белой рубашки, клетчатой юбки, длинных темных гольф, а так же темно-коричневых, под цвет коры дерева, дорогих туфель — все это дополняло образ прилежной, милой лоли, которая на данный момент выглядела словно белая ворона — как те «психи», коих не принял остальной мир.
— Невадочка! — послышался низкий мужской голос где-то за деревьями. — Не медли, а то в школу опоздаешь!
Девочка, а именно Невада тут же подняла свой взгляд, словно просыпаясь ото сна. На ее личике в мгновение засияла до невозможности милая, широкая улыбка, которая, если бы не физические ограничения, то с легкостью достала и до ушек, спрятанных под прядями волос, которая ничего плохого не могла судить, посему, продолжая сжимать в руке странный предмет, малышка спрыгнула на траву, поправляя подол юбки свободной рукой, а после не спеша засеменив к голосу, а именно к высокому мужчине в возрасте, что отдаленно напоминал саму девочку, отчего можно было легко сказать, что это был ее отец, одетый не по погоде в черный строгий костюм и белую рубашку с галстуком.
— Не бойся, пап, не опоздаю, — словно маленькая птичка прощебетала пепельноволосая девочка, останавливаясь около своего отца.
— Ты так всегда говоришь, но каждый раз одно и то же получается. Несмотря на то, что я важный человек, все же мне не очень приятно смотреть в твой дневник, в котором полно замечаний.
С этим отчитывающим тоном, отец, а именно Ричард Грейс — важная шишка и владелец крупной компании, дочерние предприятия которой были рассеяны по всему миру, двинулся в сторону ворот, даже не беря малышку за руку, что Неваду, конечно же, немного огорчило, но показывать вот так наглядно она не стала — не то воспитание.
И на этой немного холодной ноте закончилось самое обычное утро для маленькой девочки, которая, сев в темную иномарку на заднее сиденье, направилась в школу на учебу, мысленно надеясь, что она все же не опоздает в школу, как это обычно бывает.
Но и даже в такой ситуации находятся те глупцы, что все же выходят ночью на прогулки, в поисках того или иного маньяка, но они сами этим самым подписывают себе смертный приговор. Печально, что молодое поколение умирает так беспечно. Но речь сейчас идет совсем не об этом…
На дворе стояло 29 сентября. Самый обычный понедельник. Все идут по своим делам: детишки на учебу, а взрослые на работу. Ничего не обещает плохого.
За городом, в котором стояла жара, располагался огромнейших размеров особняк на три этажа, что был огорожен довольно высоким забором, а так же живой изгородью. Желтого цвета черепица, покрывающая здание, ярко блестела на осеннем солнце, слепя глаза всем, кто проходил или проезжал мимо этого места, однако хозяев этого строения нисколько не смущал этот маленький недостатков всей площади двора, которая рассчитывалась в несколько тысяч квадратных метров. Да-да, вот такие футбольные поля и находятся за городом во владениях богатеньких «папочек», что обожают денежки и пафос. Но речь сейчас не об этом. Во дворе описываемого выше дома, находилось огромнейшее количество самых разнообразных деревьев. Именно тут и можно было прислуге или самим хозяевам спастись от ненастной жары и почувствовать себя в безопасности.
Помимо самих деревьев, еще были и подвесные качели на заднем дворе, куда солнце доходило лишь под вечер, освещая эту площадь нежным красно-розовым светом, отчего трава и листва тут всегда окрашивалась в нежные оттенки. Двое качелей, которые были привязаны к мощным веткам старых, но крепким дубам и на одних из которых сейчас сидела девочка одиннадцати лет, без эмоций смотря в траву, будто там не зелень вовсе, а зеркало или же окно в другой мир. Девочка, очень милая на внешность, монотонно качалась вперед-назад, держась за канат только лишь одной своей маленькой ручкой, другой же прижимая к себе какую-то вещь темного, почти что черного цвета и довольно-таки небольших размеров. Если приглядеться, то можно заметить как серые, даже пепельные волосы малышки то немного взмывались вверх по инерции движению качелей, то тут же опускались на свое законное место, даже, несмотря на то, что их длина была не такой уж и маленькой, а именно, если девочка встанет, то кончики будут касаться ее узенькой талии. Так же внимание привлекают и ее глаза, которые имели оттенок утренней дымки в полях. Эти бледные серо-зеленые глаза, ничего не показывающие сейчас и хрусталик в виде небольшого ромбика были устремлены в яркую, полную противоположность очам ребенка, траву. Белая, фарфоровая кожа слегка блестела на свету, точнее отражала словно небольшое зеркальце свет, проступающий сквозь огромную крону старого дуба. Школьная форма, состоящая из белой рубашки, клетчатой юбки, длинных темных гольф, а так же темно-коричневых, под цвет коры дерева, дорогих туфель — все это дополняло образ прилежной, милой лоли, которая на данный момент выглядела словно белая ворона — как те «психи», коих не принял остальной мир.
— Невадочка! — послышался низкий мужской голос где-то за деревьями. — Не медли, а то в школу опоздаешь!
Девочка, а именно Невада тут же подняла свой взгляд, словно просыпаясь ото сна. На ее личике в мгновение засияла до невозможности милая, широкая улыбка, которая, если бы не физические ограничения, то с легкостью достала и до ушек, спрятанных под прядями волос, которая ничего плохого не могла судить, посему, продолжая сжимать в руке странный предмет, малышка спрыгнула на траву, поправляя подол юбки свободной рукой, а после не спеша засеменив к голосу, а именно к высокому мужчине в возрасте, что отдаленно напоминал саму девочку, отчего можно было легко сказать, что это был ее отец, одетый не по погоде в черный строгий костюм и белую рубашку с галстуком.
— Не бойся, пап, не опоздаю, — словно маленькая птичка прощебетала пепельноволосая девочка, останавливаясь около своего отца.
— Ты так всегда говоришь, но каждый раз одно и то же получается. Несмотря на то, что я важный человек, все же мне не очень приятно смотреть в твой дневник, в котором полно замечаний.
С этим отчитывающим тоном, отец, а именно Ричард Грейс — важная шишка и владелец крупной компании, дочерние предприятия которой были рассеяны по всему миру, двинулся в сторону ворот, даже не беря малышку за руку, что Неваду, конечно же, немного огорчило, но показывать вот так наглядно она не стала — не то воспитание.
И на этой немного холодной ноте закончилось самое обычное утро для маленькой девочки, которая, сев в темную иномарку на заднее сиденье, направилась в школу на учебу, мысленно надеясь, что она все же не опоздает в школу, как это обычно бывает.
Страница 3 из 44
