Фандом: Ориджиналы. В Скайварде постоянно идет война. И основным расходным материалом для нее являются не чванливые маги-живые, а обычные перворожденные. Главный герой этой истории, Тимур, как раз такой. Простой темный наемник, посвятивший всю свою жизнь сражениям…
Добавить в моё избранное
66 мин, 56 сек 13213
Даже бабка Ая признала Тимура взрослым, и он больше никогда не имел знакомства с ее ремнем.
На следующий день мужчины деревни помогли парню донести тушу барса до дома, а уж ее разделкой он занялся сам, вместе с непривычно молчаливой и послушной Ксаей.
Выделка шкур — дело долгое. Тимур хотел впервые взять свою женщину именно на шкуре барса, убитого в ее честь, но не дождался и получил от нее желаемое раньше.
Работали эти двое почти всегда молча — Ксая украдкой поглядывала на тощего мелкого парнишку рядом с собой и думала о том, что совсем не таким мечтала видеть своего первого мужчину. Что он слишком уж мал, и это даже стыдно: мечтать о близости с ним. Но и говорила сама себе, что этот мальчишка — какой-то иной, нежели остальные, и с привычными мерками к нему подходить нельзя. Ведь ни его возраст, ни сложение, ни отсутствие опыта не помешали ему выйти в одиночку против дикого зверя и победить! Да и наглости с уверенностью в нем хватило бы с избытком и для троих взрослых мужиков! Тимур тоже временами поглядывал на Ксаю — и она под его взглядами робела, смущалась, все у нее падало из рук.
Но однажды, после работы, когда Ксая уже совсем было собралась идти домой, Тим, не желающий больше ждать, преградил ей дорогу, притянул к себе, обнял, губами нашел чужие губы… Она отвечала робко, неуверенно — и позднее, когда они вместе направились в деревенскую купальню у горячего источника в скале, чтобы там довести начатое до логического завершения, Ксая не спешила скидывать с себя одежду, ежась под нетерпеливым взглядом мальчишки, неловко отводила от него глаза… Но Тимуру был безразличен страх девушки, ее очевидная неопытность — он лишь наслаждался новыми для себя ощущениями. Тем, как чужие, удивительные, никогда раньше не виданные очертания женского тела выглядят в слегка подрагивающем свете кованых масляных светильников, как приятно ощущаются прикосновения кожи к коже, как вздрагивает девушка от его ласк и стонет от движений…
Некоторые женщины, даже открыв мужчине доступ к своему телу, все равно принадлежат только себе, еще и вертят своим любовником как хотят. Но Ксая была совсем другой — она не спорила с Тимуром, позволяла все, что только приходило ему в голову…
Короче говоря, она быстро ему наскучила.
И, как вскоре убедился мальчишка, другие деревенские девушки были ничуть не интереснее.
У Тимура было теперь ожерелье из зубов барса, тихо постукивающее при ходьбе, красивая шуба из его же шкуры, уважение соплеменников и любовь девушек… Но со временем все это стало казаться ему унылым и пресным. Часами потеть в кузнице да упражняться в битве на мечах с одними и теми же приятелями было для него тоской смертной. Даже самые крутые скалы больше не будоражили его сознание — ведь он открыл для себя, что, в сущности, они не так уж сильно отличаются, и он не испытает ничего нового от тысячного подъема наверх. Среди наемников, посещавших деревню, было много интереснейших противников, а уж в ближайшем городе их было и того больше — но само ощущение, что бой ненастоящий, тренировочный, убивало весь азарт.
И все же Тимур с годами все больше и больше проводил время в городе, где бесконечная череда лиц расцвечивала мостовую все из того же вездесущего багрового камня тысячами звуков и запахов. Где дома достигали двух, а то и трех этажей, и где даже можно было повстречать самых настоящих живых и мертвых докторов.
Как же Тим хотел разглядеть какого-нибудь лорда-живого поближе! А еще лучше — потрогать…
Однако более всего Тимур все же ценил общество наемников, где можно было с жадностью слушать истории о войне, дальних краях и любовных похождениях. Это походило на те песни, что мать пела Тиму в детстве, но и отличалось, было живее, ближе к реальным чувствам и ощущениям. Все отчетливее в парне прорастало желание уйти на войну. Ему хотелось настоящей борьбы, риска, близости смерти… И неясно, как скоро бы Тимур пошел навстречу своему желанию, но однажды в деревню приехал наемник по имени Чиф, который, хоть и был похож на всех прочих воинов, но неуловимо отличался от них.
Так что он решил, пользуясь близостью знаменитого обиталища лучших в мире оружейников, заказать какой-нибудь местной мастерице хороший меч. Правда, в карманах у него было пусто — разве что позвякивала пара простых серебряных колец…
Меч на них было не купить, но как ставка для игры в кости они вполне годились. Тем более, что наемников в Краю Гейзеров всегда было полно — почти как на поле боя. Только здесь они были еще и при добыче. Вот Чиф, добравшись до города Оружейного, и сыграл в таверне с парой молодых растяп.
На следующий день мужчины деревни помогли парню донести тушу барса до дома, а уж ее разделкой он занялся сам, вместе с непривычно молчаливой и послушной Ксаей.
Выделка шкур — дело долгое. Тимур хотел впервые взять свою женщину именно на шкуре барса, убитого в ее честь, но не дождался и получил от нее желаемое раньше.
Работали эти двое почти всегда молча — Ксая украдкой поглядывала на тощего мелкого парнишку рядом с собой и думала о том, что совсем не таким мечтала видеть своего первого мужчину. Что он слишком уж мал, и это даже стыдно: мечтать о близости с ним. Но и говорила сама себе, что этот мальчишка — какой-то иной, нежели остальные, и с привычными мерками к нему подходить нельзя. Ведь ни его возраст, ни сложение, ни отсутствие опыта не помешали ему выйти в одиночку против дикого зверя и победить! Да и наглости с уверенностью в нем хватило бы с избытком и для троих взрослых мужиков! Тимур тоже временами поглядывал на Ксаю — и она под его взглядами робела, смущалась, все у нее падало из рук.
Но однажды, после работы, когда Ксая уже совсем было собралась идти домой, Тим, не желающий больше ждать, преградил ей дорогу, притянул к себе, обнял, губами нашел чужие губы… Она отвечала робко, неуверенно — и позднее, когда они вместе направились в деревенскую купальню у горячего источника в скале, чтобы там довести начатое до логического завершения, Ксая не спешила скидывать с себя одежду, ежась под нетерпеливым взглядом мальчишки, неловко отводила от него глаза… Но Тимуру был безразличен страх девушки, ее очевидная неопытность — он лишь наслаждался новыми для себя ощущениями. Тем, как чужие, удивительные, никогда раньше не виданные очертания женского тела выглядят в слегка подрагивающем свете кованых масляных светильников, как приятно ощущаются прикосновения кожи к коже, как вздрагивает девушка от его ласк и стонет от движений…
Некоторые женщины, даже открыв мужчине доступ к своему телу, все равно принадлежат только себе, еще и вертят своим любовником как хотят. Но Ксая была совсем другой — она не спорила с Тимуром, позволяла все, что только приходило ему в голову…
Короче говоря, она быстро ему наскучила.
И, как вскоре убедился мальчишка, другие деревенские девушки были ничуть не интереснее.
У Тимура было теперь ожерелье из зубов барса, тихо постукивающее при ходьбе, красивая шуба из его же шкуры, уважение соплеменников и любовь девушек… Но со временем все это стало казаться ему унылым и пресным. Часами потеть в кузнице да упражняться в битве на мечах с одними и теми же приятелями было для него тоской смертной. Даже самые крутые скалы больше не будоражили его сознание — ведь он открыл для себя, что, в сущности, они не так уж сильно отличаются, и он не испытает ничего нового от тысячного подъема наверх. Среди наемников, посещавших деревню, было много интереснейших противников, а уж в ближайшем городе их было и того больше — но само ощущение, что бой ненастоящий, тренировочный, убивало весь азарт.
И все же Тимур с годами все больше и больше проводил время в городе, где бесконечная череда лиц расцвечивала мостовую все из того же вездесущего багрового камня тысячами звуков и запахов. Где дома достигали двух, а то и трех этажей, и где даже можно было повстречать самых настоящих живых и мертвых докторов.
Как же Тим хотел разглядеть какого-нибудь лорда-живого поближе! А еще лучше — потрогать…
Однако более всего Тимур все же ценил общество наемников, где можно было с жадностью слушать истории о войне, дальних краях и любовных похождениях. Это походило на те песни, что мать пела Тиму в детстве, но и отличалось, было живее, ближе к реальным чувствам и ощущениям. Все отчетливее в парне прорастало желание уйти на войну. Ему хотелось настоящей борьбы, риска, близости смерти… И неясно, как скоро бы Тимур пошел навстречу своему желанию, но однажды в деревню приехал наемник по имени Чиф, который, хоть и был похож на всех прочих воинов, но неуловимо отличался от них.
2. Чиф
В Край Гейзеров Чифа завел дурацкий случай. Муж страстной леди Хог не вовремя вернулся домой, и наемнику пришлось срочно покинуть те земли, не захватив с собой даже любимое оружие. Конечно, каким-то мечом он разжился в первой же деревеньке, что встретилась на его пути, — но, скажем откровенно, оружие это было так себе.Так что он решил, пользуясь близостью знаменитого обиталища лучших в мире оружейников, заказать какой-нибудь местной мастерице хороший меч. Правда, в карманах у него было пусто — разве что позвякивала пара простых серебряных колец…
Меч на них было не купить, но как ставка для игры в кости они вполне годились. Тем более, что наемников в Краю Гейзеров всегда было полно — почти как на поле боя. Только здесь они были еще и при добыче. Вот Чиф, добравшись до города Оружейного, и сыграл в таверне с парой молодых растяп.
Страница 4 из 19
