Из грязи в князи? Всяко в жизни бывает…

Он пробил себе разрешение на многобрачие, своих омег стал использовать в качестве прислуги и инкубаторов. Бедняги даже глаза от пола поднять боятся. Я сам это видел, когда мне приходилось приезжать к этому человеку по делам.

Но, каково бы ни было моё отношение к нему, наши фирмы продолжают сотрудничество на весьма выгодных условиях. И я не намерен его прекращать.

Главное, чтобы Люся отнёсся спокойно к предстоящей встрече.

6. Омежьи странности

С самого утра мы были какими-то дёрганными. Асай долго стоял перед шкафом и перебирал свои лучшие костюмы. Раньше он никогда так не волновался и не заморачивался на одежде, будто барышня или омега. Мне и кусок в горло не лез, но пришлось через силу есть. Судя по общему впечатлению о том небезызвестном человеке, если я не поем с утра, я не поем как минимум до завтра.

Поначалу Асай активно пытался состроить бодун, но… Объятия, улыбка, жалостливое нытьё о том, как он может оставить меня с таким злым и жестоким альфой. И всё. Этот товарищ бодр, трезв, здоров, прекрасно себя чувствует.

Не знаю, он так волнуется за меня или же всему виной деловой расчёт?

— Люська, знаешь… Я не хотел этого тебе предлагать, но… Сходишь сегодня в салон красоты? Уход за кожей там, причёска, естественный макияж, что ещё бывает… В общем, как любят ходить омеги за счёт богатеньких супругов, — робко пролепетал он.

Чёрт, этот мужик — альфа, и ему под тридцать лет уже? Никогда не поверил бы, если не знал обо всём этом сам.

— Как я понимаю, надо привести меня в надлежащий омеге вид и отделаться на пару часиков? — хмыкнул я, глядя на всего из себя такого виноватого Асая.

— Ну… Да. Именно так. Тебя там встретит ещё кое-кто, сходите вместе. Плачу за двоих.

— Итак, чего об этом мире я не знаю?

Темнит он, ох темнит.

— Понимаешь… Этот человек — как бы твой консультант в мире омежьей моды. Пойми, ты должен выглядеть как и подобает… — альфа запнулся, явно готовясь сказать что-то нелицеприятное. — Как омега-содержанец богатого альфы.

— Как куртизанка, — вздохнул я. — Хорошо, но только пообещай, что потом этот мерзкий шмот отдашь бедным, а меня ото всей штукатурки, мазей и кремиков будешь отмывать самолично.

— Обещаю, — с облегчением хохотнул Асай.

— Ну, вот и славно, — пропел я, притягивая его к себе. Хм, а я уже одного с ним роста… Скоро перерасту, гляди.

— Люська… — выдохнул он в мои губы.

Слишком много зажатости. Альфа он или нет?

Уверенно целую Асая, не прижимая его к себе, но прижимаясь к нему. Хочу всё же быть ведомым. Может мне понравятся типичные омежьи процедуры? Асай оглаживает моё тело, целуя куда настойчивее и жарче. Да, это то, чего мне хотелось так долго… Мужчина подталкивает меня к столу, но звон тарелок отрезвляет меня.

— Прости, но посуду мы бить не будем, — теперь уже я виновато улыбаюсь, стараясь глядеть на него снизу вверх.

— Ты меня просто прости, — кивнув, он отпустил меня. — Не смог удержаться. Сегодня смотри там аккуратнее. Врачи говорили, что твои циклы скоро полностью восстановятся.

— Было дело, — только и пожал плечами я.

Мне самому отлично чувствуется близость течки. Надеюсь, это не случится сегодня вечером.

Насколько я знаю, салонов красоты в нашем городе несколько, но Асай не Асаем был бы, если б не выбрал самый престижный. Он сам отвёз меня, дал инструкции и листочек со списком процедур. Он, как впрочем и я, ничего не понимал в этом вопросе и просто списал с сайта то, что по его мнению я был обязан пройти.

Пока я мельком просматривал непонятные слова, написанные куриным почерком, альфа кому-то подмигнул из машины. Или какому-то своему бывшему, или моему сегодняшнему спутнику.

— Удачи, Люська, — он чмокнул меня в лоб. — Буду ждать тебя вечером!

Кивнув, я вышел из машины. И где этот мой проводник? Асай, зараза, даже никаких внешних примет мне не указал. Знать бы…

— Сыночек! — раздался до боли знакомый и такой родной голос.

Недалеко от того места, где недавно находилось шикарное авто моего альфы, стоял мой омега-отец. Неужели Асай попросил папу помочь мне? Чёрт, чёрт, чёрт. Старый альфач-засранец.

— Папа!

Никого не стесняясь, я обнял своего самого родного человека. Папа, папа…

— Гляди ты какой вымахал! — усмехнулся он. — В отца ростом пошёл! — и тихонько прибавил: — Не будь ты моим сыном, решил бы, что какой-то молодой горячий альфа заинтересовался побитым жизнью стариком.

— Пап, ну как ты можешь про себя так говорить?

Я всё же взял его на руки и мы немного покружились, хохоча от счастья. Шутка ли — так давно не виделись. Столько всего накопилось, что надо рассказать, что надо выслушать, что надо обсудить… Омега я? Омега. И болтать должен без умолку, так?

Первым делом, мы решили выбрать для меня подобающую омеге одежду.