Охота на дракона

У него был шанс — ткнуть его в единственное более-менее уязвимое место: в горло, там, где голова переходила в шею — мечу гоблинской работы такой удар вполне по силам. Но мой приятель этим шансом не воспользовался. Бодрствующий дракон никогда не подпустит человека на это критическое расстояние.

Дракон его убьет и съест. Меня, разумеется, он есть не будет. Но физически я с этих скал не слезу, а аппарировать в присутствии дракона — безумие. Драконов окружает сильнейшая аура, как, впрочем, и большинство магических тварей (что, собственно, и делает их столь ценными для алхимии). Для простейших заклинаний она не опасна — наколдовать чистой воды или привести себя в порядок не составит труда — но вот если рискнуть использовать по-настоящему сильную магию, то результат может быть непредсказуем. Еще, правда, остается годрикова метла — если, конечно, эти «воители» не спихнут ее во время своей наверняка короткой битвы — но я, пожалуй, лучше рискну аппарировать, нежели доверить свою жизнь этой деревяшке.

Так что если Годрика убьют быстро (хотя и вряд ли безболезненно), то мне предстоит тяжкий выбор. Причем оба варианта ничем хорошим для меня не кончаются — мне предстояло либо до упора изображать домашнюю принцессу этого ящера, либо рискнуть жизнью. Интересно, что я выберу, когда припрет?

Я с трудом поднялся на ноги. Зачем мне смотреть на то, как дракон будет приканчивать Гриффиндора — я не знал. И зачем нащупываю свою волшебную палочку — тоже. Палочку держать было неудобно — я левша, а именно левая рука у меня сейчас онемела и плохо слушалась. Возможно, именно от потери крови у меня так странно шумело в голове, и безумные идеи безнаказанно пролезали в нее. Хотя куда уж хуже — все глупости, какие только могли, мы с Годриком уже совершили.

Гриффиндор, что интересно, себя покойником не считал. Он носился по небольшому пространству с непередаваемым выражением на лице, которое я в конце концов классифицировал как счастливо-азартное. Таким веселым и энергичным я его давно не видел — это ж надо так радоваться приближающейся смерти… Ах да, Гриффиндор-то твердо уверен, что победит. Ну ничего, значит, умрет счастливым. Хоть кому-то из нас будет полегче.

Я поднял палочку, морщась от боли в потревоженном плече. Дракон не поливал пламенем — видимо, не хотел оплавить камни на своей «лежанке». Что ж, и это неплохо, хотя если Годрика все-таки заденет когтистая лапа, от моего приятеля останется только мокрое место. Мысли текли как-то стороной, будто я не думал, а читал чей-то чужой разум. Хотя так гладко легилименция у меня никогда не проходила.

Ладно, не надо отвлекаться. Пока нас двое, шанс еще есть… Хотя нет, какой уж там шанс? И все-таки… Что я там еще знаю о драконах? Где у них слабые места? Проклятые драконоборцы свято хранят свои секреты — впрочем, большинство и не лезет в их дела. А легенды, которые знает каждый корнуолец, не шибко информативны в практическом смысле.

С другой стороны, почему бы мне тогда не воспользоваться теми знаниями, что я владею как Мастер Зелий?

Глаза.

Глаза дракона нигде не используются. Это практически единственный орган сего удивительного животного, в котором нет магической силы — а значит, по простейшей логике, он должны быть слабым местом в броне драконьей ауры. К тому же, если дракон не будет видеть Годрика, то, возможно, тот получит шанс добраться до горла.

Короткий взмах волшебной палочки — и дракон отчаянно взревел. Он дернулся и начал мотать головой. Реакция не отказала Гриффиндору, и тот совершил стремительный рывок. К сожалению, ослепленный дракон встал на дыбы, а в таком положении Годрик даже с поднятым вверх мечом до его горла дотянуться не мог.

Рыжеволосый воин бросил взгляд вокруг. Он что, надеется залезть на какой-нибудь камень?

Нет, все-таки я недооценивал Годрика. Он искал не камень, а брошенную где-то здесь метлу. Вскочив на нее, Гриффиндор снова бросился в атаку. Чистое безумие, но в какой-то момент я был зачарован этой бесшабашной храбростью. Вот если бы только я оказался где-нибудь подальше и наблюдал все это с безопасного расстояния…

Что мог бы рассказать дракон

Это было возмутительно. Едва я успел прилечь на солнышке, гордясь с собой и наслаждаясь положением принцессовладельца, как на меня набросился какой-то сумасшедший рыцарь.

Я мгновенно вскочил на ноги, отмахиваясь лапой и одновременно оглядываясь в поисках других нападающих. Ведь говорят, что они всегда нападают по несколько человек сразу. Ну еще бы — по одному ведь с таким драконом, как я, не справиться. Но странно — похоже, этот человек все-таки здесь один.

Однако как же он меня нашел?

В проеме входа мелькнуло нечто голубое. Неужели моя принцесса была приманкой? Как низко пали люди! Ну ничего, никуда она от меня не денется, а этого… провокатора я убью и съем. И пошло это воздержание куда подальше. Съем с наслаждением!

Бегал рыцарь шустро.