Фандом: Гарри Поттер, Мэри Поппинс. День Святого Валентина — такой интригующий, такой волнующий, все ждут его с таким нетерпением… или не все. Вот, например, для семилетних мальчиков День Святого Валентина — это просто еще один день. Самый обычный. Или все-таки не самый обычный…
Добавить в моё избранное
17 мин, 59 сек 11426
— Что вы себе позволяете?! — вызверился мистер Дурсль, накинув, наконец, пальто на плечи жены. — То, что мы вас наняли, не дает вам права…
— Кто бы говорил о рванье! — выступила совсем на другую тему миссис Дурсль. — Вы посмотрите, что на вас-то надето! Эта одежда вышла из моды полвека назад!
— Это называется «винтаж», — снисходительно сообщила мисс Поппинс, надевая перчатки. — Будет модно в следующем сезоне, имейте в виду. Позвольте пройти. Спасибо. Хорошего вам дня, желаю замечательно провести время.
Дадли, предвкушавший, как его папа сейчас покажет этой наглой тетке, был безмерно удивлен, когда они беспрепятственно вышли на улицу. Что-то было неправильно, возможно, даже ненормально. При мысли о возможной ненормальности их няни Дадли стало не по себе. Он напрягся и будто бы даже слегка уменьшился.
Гарри, напротив, казалось, что в кои-то веки все идет как надо. Он бодро вышагивал рядом с няней, чуть ли не подпрыгивая от волнения.
— Мэри Поппинс, мы правда пойдем в парк?
— А куда, по-твоему, мы еще можем пойти? Ты знаешь какое-нибудь другое место, в которое можно прийти этим путем?
— Ну-у, вон там супермаркет есть…
— Самое подходящее место для прогулки, — фыркнула она.
— А мне туда надо, я чипсов хочу! — осмелел Дадли, поняв, что ничего ненормального больше не происходит — разве что ненормальный Поттер чересчур обнаглел.
— Настоятельно советую не только не упоминать о подобных порывах в присутствии приличных леди, но и не есть подобную вредную пищу, Дадли. Тебя и так больше, чем хотелось бы.
— А папа говорит, что мужчина должен быть большим и солидным! Как он!
— Не знаю, кому и что должен этот мужчина, — отрезала мисс Поппинс, — но пока я здесь — никаких чипсов, сэр.
— Ну воооот! А я хочууууу! — заныл Дадли. Гарри вздохнул. Дадли обычно ныл до тех пор, пока не получал наконец желаемое. Обычно это случалось очень быстро, но этот раз мог и затянуться. Они шли дальше, Дадли ныл, поговорить с няней не было никакой возможности, потому что кое-чьи вопли заглушали все вокруг. Прогулка, которая так хорошо начиналась, грозила стать ужасно унылой. Но тут они наконец пришли. Гарри запнулся и встал, изумленно глядя на ворота парка. Даже Дадли перестал ныть и замер.
— Что вас смущает, юные джентльмены? Мы хотели в парк — мы пришли туда. Идемте же.
Юных джентльменов смущало все. Особенно их смущал тот факт, что у небольшого скверика, называемого местными жителями парком, никогда не было никаких ворот. Ни ворот, ни ограды, ни статуй, ни выключенного зимой фонтана, ни виднеющейся вдали карусели. Как будто это совсем другой парк в другом городе!
Гарри обернулся. Нет, это был Литл-Уингинг, вон и кафешка на углу, и супермаркет, в который они так и не зашли. Но парк был другой, хотя никого из прохожих это почему-то не смущало.
— Ворота! — только и смог вымолвить Дадли.
— Ну да, ворота. Их раньше не было? А теперь есть. Тоже мне, новость. Современные строители быстро работают. Ну теперь мы можем, наконец, идти? Мне говорили, там внутри сегодня продают какой-то особенный шоколад.
И дети послушно пошли за Мэри Поппинс. Гарри — потому что и так сгорал от желания зайти в парк, который внезапно так странно изменился, Дадли — скорее подкупленный обещанием сладостей, чем успокоенный рациональными объяснениями.
— А я на карусели покатаюсь, да?
— Непременно, Дадли. И ты, и Гарри.
— А давайте лучше Гарри просто посидит, а я два раза прокачусь! Нет, лучше три!
— Боюсь, тебе и одного-то раза будет много.
— А давайте вы шоколад Гарри тоже отдадите мне! Ему все равно не надо! Скажи, Поттер?
— Прискорбно видеть, как столь похвальная целеустремленность используется в столь жалких целях, — вздохнула няня.
Гарри почти не слышал их разговора. Он глазел по сторонам. Вроде бы, это был парк как парк, но ему постоянно мерещились странные вещи. Краем глаза он успевал увидеть, как шевелятся статуи, как совершенно без всякого ветра колышутся ветви деревьев, как фонтан то и дело выбрасывает вместо воды струи разноцветного снега. Но стоило взглянуть на эти чудеса чуть пристальнее, оказывалось, что никаких чудес и вовсе нет. Просто на ветку дерева присела птица, а мимо фонтана пролетел кусочек цветной бумаги, а статуи — ну, что статуи? Как стояли, так и стоят.
Две тележки со сладостями расположились друг напротив друга рядом с каруселью. Продавщица шоколада, симпатичная девушка в ярком красном плаще, тут же приветственно улыбнулась детям.
— Ой, вы сегодня первые! Так рано пришли! Здравствуйте, Мэри Поппинс! — она говорила с сильным французским акцентом, но слова подбирала без труда.
— Здравствуй, Анук. Как ты выросла! Продашь что-нибудь этим молодым джентльменам?
— Даже не продам, а подарю, — улыбнулась та.
— Кто бы говорил о рванье! — выступила совсем на другую тему миссис Дурсль. — Вы посмотрите, что на вас-то надето! Эта одежда вышла из моды полвека назад!
— Это называется «винтаж», — снисходительно сообщила мисс Поппинс, надевая перчатки. — Будет модно в следующем сезоне, имейте в виду. Позвольте пройти. Спасибо. Хорошего вам дня, желаю замечательно провести время.
Дадли, предвкушавший, как его папа сейчас покажет этой наглой тетке, был безмерно удивлен, когда они беспрепятственно вышли на улицу. Что-то было неправильно, возможно, даже ненормально. При мысли о возможной ненормальности их няни Дадли стало не по себе. Он напрягся и будто бы даже слегка уменьшился.
Гарри, напротив, казалось, что в кои-то веки все идет как надо. Он бодро вышагивал рядом с няней, чуть ли не подпрыгивая от волнения.
— Мэри Поппинс, мы правда пойдем в парк?
— А куда, по-твоему, мы еще можем пойти? Ты знаешь какое-нибудь другое место, в которое можно прийти этим путем?
— Ну-у, вон там супермаркет есть…
— Самое подходящее место для прогулки, — фыркнула она.
— А мне туда надо, я чипсов хочу! — осмелел Дадли, поняв, что ничего ненормального больше не происходит — разве что ненормальный Поттер чересчур обнаглел.
— Настоятельно советую не только не упоминать о подобных порывах в присутствии приличных леди, но и не есть подобную вредную пищу, Дадли. Тебя и так больше, чем хотелось бы.
— А папа говорит, что мужчина должен быть большим и солидным! Как он!
— Не знаю, кому и что должен этот мужчина, — отрезала мисс Поппинс, — но пока я здесь — никаких чипсов, сэр.
— Ну воооот! А я хочууууу! — заныл Дадли. Гарри вздохнул. Дадли обычно ныл до тех пор, пока не получал наконец желаемое. Обычно это случалось очень быстро, но этот раз мог и затянуться. Они шли дальше, Дадли ныл, поговорить с няней не было никакой возможности, потому что кое-чьи вопли заглушали все вокруг. Прогулка, которая так хорошо начиналась, грозила стать ужасно унылой. Но тут они наконец пришли. Гарри запнулся и встал, изумленно глядя на ворота парка. Даже Дадли перестал ныть и замер.
— Что вас смущает, юные джентльмены? Мы хотели в парк — мы пришли туда. Идемте же.
Юных джентльменов смущало все. Особенно их смущал тот факт, что у небольшого скверика, называемого местными жителями парком, никогда не было никаких ворот. Ни ворот, ни ограды, ни статуй, ни выключенного зимой фонтана, ни виднеющейся вдали карусели. Как будто это совсем другой парк в другом городе!
Гарри обернулся. Нет, это был Литл-Уингинг, вон и кафешка на углу, и супермаркет, в который они так и не зашли. Но парк был другой, хотя никого из прохожих это почему-то не смущало.
— Ворота! — только и смог вымолвить Дадли.
— Ну да, ворота. Их раньше не было? А теперь есть. Тоже мне, новость. Современные строители быстро работают. Ну теперь мы можем, наконец, идти? Мне говорили, там внутри сегодня продают какой-то особенный шоколад.
И дети послушно пошли за Мэри Поппинс. Гарри — потому что и так сгорал от желания зайти в парк, который внезапно так странно изменился, Дадли — скорее подкупленный обещанием сладостей, чем успокоенный рациональными объяснениями.
— А я на карусели покатаюсь, да?
— Непременно, Дадли. И ты, и Гарри.
— А давайте лучше Гарри просто посидит, а я два раза прокачусь! Нет, лучше три!
— Боюсь, тебе и одного-то раза будет много.
— А давайте вы шоколад Гарри тоже отдадите мне! Ему все равно не надо! Скажи, Поттер?
— Прискорбно видеть, как столь похвальная целеустремленность используется в столь жалких целях, — вздохнула няня.
Гарри почти не слышал их разговора. Он глазел по сторонам. Вроде бы, это был парк как парк, но ему постоянно мерещились странные вещи. Краем глаза он успевал увидеть, как шевелятся статуи, как совершенно без всякого ветра колышутся ветви деревьев, как фонтан то и дело выбрасывает вместо воды струи разноцветного снега. Но стоило взглянуть на эти чудеса чуть пристальнее, оказывалось, что никаких чудес и вовсе нет. Просто на ветку дерева присела птица, а мимо фонтана пролетел кусочек цветной бумаги, а статуи — ну, что статуи? Как стояли, так и стоят.
Две тележки со сладостями расположились друг напротив друга рядом с каруселью. Продавщица шоколада, симпатичная девушка в ярком красном плаще, тут же приветственно улыбнулась детям.
— Ой, вы сегодня первые! Так рано пришли! Здравствуйте, Мэри Поппинс! — она говорила с сильным французским акцентом, но слова подбирала без труда.
— Здравствуй, Анук. Как ты выросла! Продашь что-нибудь этим молодым джентльменам?
— Даже не продам, а подарю, — улыбнулась та.
Страница 3 из 5
