Фандом: Гарри Поттер. Прошло 12 лет с момента изгнания бывших Пожирателей смерти из Англии. Драко Малфой возвращается на родину и пишет свое первое в жизни письмо Гарри Поттеру. Кто бы мог подумать, что оно не станет последним, а откроет для обоих мир увлекательной переписки.
Добавить в моё избранное
178 мин, 45 сек 8129
Этак скоро проторенной дорогой в св. Мунго, торжественно объявлять борьбу с пьянством. Нет, положительно, у меня и старины Хаггиса разные представления о» легком«спиртном.»
На самом деле все просто, Поттер. Ты же не пройдешь мимо утопающего? Не остановишься, чтобы поглазеть на его отчаянные попытки выбраться, и смеяться над этим зрелищем вряд ли будешь. Так вот ты — тонешь, Поттер. И выглядит это жутковато даже по моим весьма гибким меркам. Я мог бы еще элегантно проехаться по метафоре «тонешь на дне бутылки», но вовремя вспомнил ту батарею стеклотары, что мы составили совместными усилиями в прошлый раз, м-да.
Ты, Поттер, уныло ноешь и этим раздражаешь меня неимоверно, ибо не видишь, что прямо перед твоим носом, прямо перед твоими близорукими глазищами — величайшая, мать ее, свобода из всех возможных. Свобода, за которую я бы, например, пожертвовал очень многим. Та прекрасная и жуткая свобода, когда никого нет — и вот ты жалуешься, что никого нет, а я говорю тебе — уже не в качестве урока жизни, а в качестве, Мерлин тебя задери, императива: никого нет — и это прекрасно. Это значит, что ты никому ничего не должен, ты можешь выстроить восхитительную новую жизнь, и никакие жалкие людишки (хватит кривиться, Поттер, достал, достал маячить своими нравоучительными гримасами у меня в голове) тебе не помешают своей душащей любовью, своими «дай, дай, дай мне внимания» и прочими омерзительными вещами. А то, что ты, дескать, никому такой новенький сияющий как галеон не нужен — это такая мелодраматичная жалоба, что оперная дива позавидовала бы. Ты ж, Поттер, не проверял нихрена. Только до бутылки и успел добрести да там и остановился.
Неожиданно злой и неожиданно пьяный, ненавижу Хаггиса и все его безумные смеси,
и тебя, нытика, ненавижу тоже,
твой друг по, мать ее, переписке
Драко.
3 ноября 2010 / среда
Спасибо тебе, Малфой, за то, что не заставил меня чувствовать себя еще более гадко и униженно, чем я и так себя ощущал. А я понимаю, что ты мог бы и, наверное, даже получил бы от этого какое-то садистское удовольствие. Ты знаешь, если ты начнешь становиться таким же унылым, как и я, то мир этого не выдержит. Пощади его, недавно ж только войну пережили, а тут еще и такая печаль вселенского масштаба! Ради всеобщего блага, оставайся все тем же язвительным мудаком, коим ты всегда и являлся. Не хочу влиять на твою хрупкую психику так сильно. Потом меня еще и обвинят в твоем алкоголизме и не дай бог еще в чем-нибудь.
Спасибо тебе, Малфой, за то, что, по каким-то только тебе известным причинам, ты не проходишь мимо бесконечно тонущего меня. Твои истории про Францию на самом деле очень забавные, я иногда даже завидую, что не видел мир. Мне бы хотелось однажды побывать, например, в Японии или Вьетнаме, ты там был? Коллеги говорят, что там круто и красиво. Может быть, надо в кои-то веки действительно взять отпуск и сгонять на недельку в далекие страны? Разузнаю вот только побольше об их местных напитках.
Тот факт, как ты упомянул, что я «дескать, никому такой новенький сияющий как галеон не нужен» и«никакие жалкие людишки тебе не помешают своей душащей любовью, своими» дай, дай, дай мне внимания«, больше говорит все же о тебе. Тебе серьезно настолько не хватает внимания и всеобщей любви? Зачем тебе это, Малфой? Это же настолько все пустое, фальшивое и глупое. Давай лучше вместе смеяться над всеми этими людьми, ежели тебе нужна компания, дабы не чувствовать себя таким одиноким?»
Спасибо тебе, Малфой, за то, что все всех вещах, касающихся твоей работы, мне вообще не к чему придраться. Чем ты их там опоил всех? Они в таком восторге от тебя, что мне приходиться краснеть и говорить, что я к твоему воспитанию не имею никакого отношения. Дариус каждый раз орет мне в ухо, что ты — золотой работник. Просит, чтобы ты через полгода продлил контракт и работал на него, цитирую, «вечно». Подумаешь над очень заманчивым предложением, я надеюсь?
Краем уха сегодня слышал, что конфискованный мэнор в ближайшее время собираются переводить из статуса государственной собственности в частные владения. Торги будут через месяц где-то, но потенциальных покупателей уже собралось немерено. И тут, знаешь, Малфой, я беспокоюсь. Твоя белобрысая задница обязательно же попрется туда, да? Не сказать об этом факте я не могу, знаю как для тебя это важно, но от лица твоего куратора запрещаю появляться на территории мэнора. Узнаю — убью.
Твой друг по переписке Гарри.
5 ноября 2010 / пятница
Поттер,
во первых строках сразу же хочу уточнить: «белобрысая задница»? Хотя нет, я передумал. Не хочу уточнять и даже знать ничего не желаю по поводу твоих мыслей, связанных с моей задницей. У меня есть вопросы поважнее.
Сегодняшний день отмечен весьма занятной встречей, но перед тем, как живописать тебе подробности (о, их много, не сомневайся), хочу задать риторический вопрос: Поттер, в Министерстве что, вообще все поголовно идиоты, расслабившиеся за послепобедное десятилетие?
На самом деле все просто, Поттер. Ты же не пройдешь мимо утопающего? Не остановишься, чтобы поглазеть на его отчаянные попытки выбраться, и смеяться над этим зрелищем вряд ли будешь. Так вот ты — тонешь, Поттер. И выглядит это жутковато даже по моим весьма гибким меркам. Я мог бы еще элегантно проехаться по метафоре «тонешь на дне бутылки», но вовремя вспомнил ту батарею стеклотары, что мы составили совместными усилиями в прошлый раз, м-да.
Ты, Поттер, уныло ноешь и этим раздражаешь меня неимоверно, ибо не видишь, что прямо перед твоим носом, прямо перед твоими близорукими глазищами — величайшая, мать ее, свобода из всех возможных. Свобода, за которую я бы, например, пожертвовал очень многим. Та прекрасная и жуткая свобода, когда никого нет — и вот ты жалуешься, что никого нет, а я говорю тебе — уже не в качестве урока жизни, а в качестве, Мерлин тебя задери, императива: никого нет — и это прекрасно. Это значит, что ты никому ничего не должен, ты можешь выстроить восхитительную новую жизнь, и никакие жалкие людишки (хватит кривиться, Поттер, достал, достал маячить своими нравоучительными гримасами у меня в голове) тебе не помешают своей душащей любовью, своими «дай, дай, дай мне внимания» и прочими омерзительными вещами. А то, что ты, дескать, никому такой новенький сияющий как галеон не нужен — это такая мелодраматичная жалоба, что оперная дива позавидовала бы. Ты ж, Поттер, не проверял нихрена. Только до бутылки и успел добрести да там и остановился.
Неожиданно злой и неожиданно пьяный, ненавижу Хаггиса и все его безумные смеси,
и тебя, нытика, ненавижу тоже,
твой друг по, мать ее, переписке
Драко.
3 ноября 2010 / среда
Спасибо тебе, Малфой, за то, что не заставил меня чувствовать себя еще более гадко и униженно, чем я и так себя ощущал. А я понимаю, что ты мог бы и, наверное, даже получил бы от этого какое-то садистское удовольствие. Ты знаешь, если ты начнешь становиться таким же унылым, как и я, то мир этого не выдержит. Пощади его, недавно ж только войну пережили, а тут еще и такая печаль вселенского масштаба! Ради всеобщего блага, оставайся все тем же язвительным мудаком, коим ты всегда и являлся. Не хочу влиять на твою хрупкую психику так сильно. Потом меня еще и обвинят в твоем алкоголизме и не дай бог еще в чем-нибудь.
Спасибо тебе, Малфой, за то, что, по каким-то только тебе известным причинам, ты не проходишь мимо бесконечно тонущего меня. Твои истории про Францию на самом деле очень забавные, я иногда даже завидую, что не видел мир. Мне бы хотелось однажды побывать, например, в Японии или Вьетнаме, ты там был? Коллеги говорят, что там круто и красиво. Может быть, надо в кои-то веки действительно взять отпуск и сгонять на недельку в далекие страны? Разузнаю вот только побольше об их местных напитках.
Тот факт, как ты упомянул, что я «дескать, никому такой новенький сияющий как галеон не нужен» и«никакие жалкие людишки тебе не помешают своей душащей любовью, своими» дай, дай, дай мне внимания«, больше говорит все же о тебе. Тебе серьезно настолько не хватает внимания и всеобщей любви? Зачем тебе это, Малфой? Это же настолько все пустое, фальшивое и глупое. Давай лучше вместе смеяться над всеми этими людьми, ежели тебе нужна компания, дабы не чувствовать себя таким одиноким?»
Спасибо тебе, Малфой, за то, что все всех вещах, касающихся твоей работы, мне вообще не к чему придраться. Чем ты их там опоил всех? Они в таком восторге от тебя, что мне приходиться краснеть и говорить, что я к твоему воспитанию не имею никакого отношения. Дариус каждый раз орет мне в ухо, что ты — золотой работник. Просит, чтобы ты через полгода продлил контракт и работал на него, цитирую, «вечно». Подумаешь над очень заманчивым предложением, я надеюсь?
Краем уха сегодня слышал, что конфискованный мэнор в ближайшее время собираются переводить из статуса государственной собственности в частные владения. Торги будут через месяц где-то, но потенциальных покупателей уже собралось немерено. И тут, знаешь, Малфой, я беспокоюсь. Твоя белобрысая задница обязательно же попрется туда, да? Не сказать об этом факте я не могу, знаю как для тебя это важно, но от лица твоего куратора запрещаю появляться на территории мэнора. Узнаю — убью.
Твой друг по переписке Гарри.
5 ноября 2010 / пятница
Поттер,
во первых строках сразу же хочу уточнить: «белобрысая задница»? Хотя нет, я передумал. Не хочу уточнять и даже знать ничего не желаю по поводу твоих мыслей, связанных с моей задницей. У меня есть вопросы поважнее.
Сегодняшний день отмечен весьма занятной встречей, но перед тем, как живописать тебе подробности (о, их много, не сомневайся), хочу задать риторический вопрос: Поттер, в Министерстве что, вообще все поголовно идиоты, расслабившиеся за послепобедное десятилетие?
Страница 16 из 49
