Фандом: Гарри Поттер. Кто из нас не мечтал когда-то стать каким-нибудь исследователем, путешественником, первооткрывателем или даже художником? «То, — скорее всего, ответите вы, — было в далеком детстве, и незачем об этом теперь рассуждать». Но будете ли вы правы?
Добавить в моё избранное
14 мин, 52 сек 1864
На пригород Лондона надвигались сумерки. Один за другим загорались огни в районе Старого города Ричмонда. Лишь в одном из немногочисленных старинных особняков не спешили зажигать свет.
Впрочем, жители соседних домов уже давно привыкли к странностям одинокого старичка. Чудаковатого, нужно сказать, старичка.
Лет десять, может быть, меньше прошло с тех пор, как он поселился здесь, в маленьком старинном доме, окруженном небольшим, заросшим сорняками садом. Предыдущего владельца особняка никто уже и не помнил — слишком уж долго дом простаивал в запустении. Предполагали, что раньше дом принадлежал какой-то старой леди, после смерти которой наследники отчего-то не спешили ни оседать в доме, ни продавать или даже сдавать его. Поэтому вскоре окна были заколочены, а участок возле дома стал зарастать. Так продолжалось, пока однажды не объявился новый владелец.
Это был невысокий, осанистый, но как будто внезапно состарившийся мужчина. В карих глазах его была тоска, сам он был помят и удручен. Одет этот мужчина был престранно: черный, непонятного покроя плащ из дорогой ткани, яркий малиновый галстук на шее, остроносые лиловые ботинки, и довершал образ светло-зеленый котелок на поседевшей голове.
Как выяснилось позже, нового жильца звали Корнелиус Фадж и он полжизни прожил в столице, а теперь, судя по всему, возжелал покоя. Ничего больше соседям узнать не удалось. Слишком уж замкнутым и отчужденным оказался мистер Фадж.
Он жил один, жены у мистера Фаджа либо не было совсем, либо та уже умерла, детей тоже никто не видел. Вообще соседи ни разу не замечали, чтобы его хоть кто-то навещал, кроме приходившей два раза в неделю домработницы миссис Смит.
Корнелиус Фадж жил самым настоящим затворником, но соседи не раз замечали такие странности, как совы с газетами и иной корреспонденцией в лапках. Сначала все решили, что им показалось. Но когда всё повторилось, то самая смелая сплетница улицы поймала на выходе миссис Смит и как следует расспросила.
Оказалось, что мистер Фадж специально держал у себя дома нескольких сов и дрессировал их. Соседи нашли это увлечение старичка забавным и успокоились, быстро потеряв интерес. В конце концов, какое им дело до тараканов какого-то пенсионера, которому нечем больше заняться.
Однако Корнелиус Фадж был куда более занятной персоной, чем соседи могли предположить. Вот только помнили об этом лишь интересовавшиеся историей волшебники да несколько магловских премьер-министров, те, которым Фадж когда-то приоткрыл завесу тайны существования магического мира. Все остальные волшебники предпочли забыть экс-министра Магической Британии как страшный сон.
В полутемной гостиной, освещаемой лишь неровным светом, идущим от заключенного в колбочку магического огонька, в кресле-качалке сидел осунувшийся старичок. Наверное, сейчас немногие смогли бы узнать в нём когда-то полного жизни министра магии.
Корнелиус Фадж сильно сдал после выхода на пенсию. Работа была для него всем. Свои лучшие годы он провёл в душном кабинете, ночами корпя над бумагами. Ничто не дается просто так. Сколько труда, сколько сил и умений потребовалось ему, чтобы получить желаемое? А сколько ещё нервов и жизненных сил пришлось отдать, чтобы удержать полученную власть? Про таких как он говорят: сгорел на работе.
Да, Фадж выгорел, выгорел без остатка. А главное — зачем? Чего он в итоге достиг? Кто он теперь и где?
Никто, живой труп, продолжающий жить по инерции, потому что у него не хватит решимости оборвать свою никчемную жизнь…
А все из-за этого треклятого Темного Лорда, чтоб ему на том свете несладко было! Ну какой нормальный, рассудительный человек мог тогда поверить в бредни впавшего в старческий маразм Дамблдора и живущего юношескими фантазиями и максимализмом Поттера? У них же не было никаких весомых доказательств возвращения Волдеморта с того света, кроме слов Поттера и трупа Диггори. Смерть Диггори легко объяснялась делом рук сумасшедшего Барти Крауча-младшего, слова Поттера — его не самым адекватным состоянием. Все же немногие выживают после прямого попадания смертоносного проклятия, и кто знает, как это вообще влияет на психику.
Ему затем вменяли в вину, что он вспомнил так и не отмененные полномочия и избавился от Крауча, применив всё равно светивший тому поцелуй дементора — без судебных разбирательств. Дамблдор желал, чтобы Крауча-младшего допросили с применением сыворотки правды, но опять же: у Крауча-младшего были все признаки безумия, а свято уверенный в возвращении Волдеморта фанатик мог бы и под сывороткой правды сказать то, что считал правдой. И какие же смятения это заявление породило бы в обществе? Совершенно ненужные.
Он столько времени потратил, чтобы стабилизировать обстановку, чтобы в памяти людей притупились эти ужасные годы, а тут этот сумасшедший поднимет панику. Панику, которой мог бы воспользоваться, если бы захотел, Дамблдор.
Впрочем, жители соседних домов уже давно привыкли к странностям одинокого старичка. Чудаковатого, нужно сказать, старичка.
Лет десять, может быть, меньше прошло с тех пор, как он поселился здесь, в маленьком старинном доме, окруженном небольшим, заросшим сорняками садом. Предыдущего владельца особняка никто уже и не помнил — слишком уж долго дом простаивал в запустении. Предполагали, что раньше дом принадлежал какой-то старой леди, после смерти которой наследники отчего-то не спешили ни оседать в доме, ни продавать или даже сдавать его. Поэтому вскоре окна были заколочены, а участок возле дома стал зарастать. Так продолжалось, пока однажды не объявился новый владелец.
Это был невысокий, осанистый, но как будто внезапно состарившийся мужчина. В карих глазах его была тоска, сам он был помят и удручен. Одет этот мужчина был престранно: черный, непонятного покроя плащ из дорогой ткани, яркий малиновый галстук на шее, остроносые лиловые ботинки, и довершал образ светло-зеленый котелок на поседевшей голове.
Как выяснилось позже, нового жильца звали Корнелиус Фадж и он полжизни прожил в столице, а теперь, судя по всему, возжелал покоя. Ничего больше соседям узнать не удалось. Слишком уж замкнутым и отчужденным оказался мистер Фадж.
Он жил один, жены у мистера Фаджа либо не было совсем, либо та уже умерла, детей тоже никто не видел. Вообще соседи ни разу не замечали, чтобы его хоть кто-то навещал, кроме приходившей два раза в неделю домработницы миссис Смит.
Корнелиус Фадж жил самым настоящим затворником, но соседи не раз замечали такие странности, как совы с газетами и иной корреспонденцией в лапках. Сначала все решили, что им показалось. Но когда всё повторилось, то самая смелая сплетница улицы поймала на выходе миссис Смит и как следует расспросила.
Оказалось, что мистер Фадж специально держал у себя дома нескольких сов и дрессировал их. Соседи нашли это увлечение старичка забавным и успокоились, быстро потеряв интерес. В конце концов, какое им дело до тараканов какого-то пенсионера, которому нечем больше заняться.
Однако Корнелиус Фадж был куда более занятной персоной, чем соседи могли предположить. Вот только помнили об этом лишь интересовавшиеся историей волшебники да несколько магловских премьер-министров, те, которым Фадж когда-то приоткрыл завесу тайны существования магического мира. Все остальные волшебники предпочли забыть экс-министра Магической Британии как страшный сон.
В полутемной гостиной, освещаемой лишь неровным светом, идущим от заключенного в колбочку магического огонька, в кресле-качалке сидел осунувшийся старичок. Наверное, сейчас немногие смогли бы узнать в нём когда-то полного жизни министра магии.
Корнелиус Фадж сильно сдал после выхода на пенсию. Работа была для него всем. Свои лучшие годы он провёл в душном кабинете, ночами корпя над бумагами. Ничто не дается просто так. Сколько труда, сколько сил и умений потребовалось ему, чтобы получить желаемое? А сколько ещё нервов и жизненных сил пришлось отдать, чтобы удержать полученную власть? Про таких как он говорят: сгорел на работе.
Да, Фадж выгорел, выгорел без остатка. А главное — зачем? Чего он в итоге достиг? Кто он теперь и где?
Никто, живой труп, продолжающий жить по инерции, потому что у него не хватит решимости оборвать свою никчемную жизнь…
А все из-за этого треклятого Темного Лорда, чтоб ему на том свете несладко было! Ну какой нормальный, рассудительный человек мог тогда поверить в бредни впавшего в старческий маразм Дамблдора и живущего юношескими фантазиями и максимализмом Поттера? У них же не было никаких весомых доказательств возвращения Волдеморта с того света, кроме слов Поттера и трупа Диггори. Смерть Диггори легко объяснялась делом рук сумасшедшего Барти Крауча-младшего, слова Поттера — его не самым адекватным состоянием. Все же немногие выживают после прямого попадания смертоносного проклятия, и кто знает, как это вообще влияет на психику.
Ему затем вменяли в вину, что он вспомнил так и не отмененные полномочия и избавился от Крауча, применив всё равно светивший тому поцелуй дементора — без судебных разбирательств. Дамблдор желал, чтобы Крауча-младшего допросили с применением сыворотки правды, но опять же: у Крауча-младшего были все признаки безумия, а свято уверенный в возвращении Волдеморта фанатик мог бы и под сывороткой правды сказать то, что считал правдой. И какие же смятения это заявление породило бы в обществе? Совершенно ненужные.
Он столько времени потратил, чтобы стабилизировать обстановку, чтобы в памяти людей притупились эти ужасные годы, а тут этот сумасшедший поднимет панику. Панику, которой мог бы воспользоваться, если бы захотел, Дамблдор.
Страница 1 из 5
