Фандом: Безумный Макс. Пустошь кажется бескрайней, но это впечатление обманчиво: встречи со знакомыми здесь не редкость. Можно при случае вернуть долг.
Добавить в моё избранное
20 мин, 24 сек 17341
Бензак тёк слишком медленно, и нужно было контролировать, чтобы трубка не выпала. Фуриоса скорчилась у борта, левой рукой фиксируя шланг у бензобака, а правой — удерживая канистру от опрокидывания. Байкеры, до того просто игравшие с добычей в ожидании, пока она заглохнет, напряглись, начали перестраиваться к левому борту. Над головой свистнула пуля, вторая ударилась о борт и срикошетила в протез, чудом его не разломав. Терпеть это безобразие дальше было никак нельзя. Прижав локтем шланг, Фуриоса дотянулась до кобуры и высунулась из-за борта.
Байкер ехал вплотную к Перехватчику, пытаясь выдернуть шланг из железных пальцев. Фуриоса выстрелила ему в плечо, и его опрокинуло.
Преследователей оставалось слишком много. Макс уже растратил все патроны и не мог отвлечься от дороги, чтоб поменять обойму. Фуриоса была слишком занята, чтобы полноценно отбиваться, да и её позиция оставляла желать лучшего.
Ещё один байкер пристроился у борта и, показав зубы в торжествующей ухмылке, демонстративно подкинул на ладони гранату — мол, могу в любой момент взорвать всех. Фуриоса тоже оскалилась в ответ, прицелилась…
— Отбой, девочки! По домам! — зычно рявкнул один из преследователей. Голос его эхом прокатился по каньону и ушёл в пустыню, вырисовавшуюся на повороте.
Игра закончилась.
Парень на мушке сник и резко сбавил скорость. Следом ним от Перехватчика отцепился остальной хвост: байкеры пыльным веером разошлись в стороны, загалдели, засвистели.
— Вали к чёрту, блаженный, и только попробуй ещё раз притащить с собой эту калечную крысу! — проорал один из них. — Мы её узнали и запомнили!
— В следующий раз уроем! — добавил «нюхач».
Макс чуть притормозил и обернулся, встретившись глазами с Фуриосой. Она кивнула ему, давая понять, что она в порядке, и напряжённое беспокойство, застывшее на его лице, сменилось мимолётной улыбкой.
После каньона Макс повернул южнее, и некоторое время они ехали без остановок. Не то, чтобы они беспокоились, что горные байкеры изменят своему обычаю не выбираться на открытое пространство и кинутся в погоню, но всё же… Фуриоса так и ехала в багажнике, вполголоса ругаясь из-за затекающих в неудобном положении ног.
В бензобак успела перелиться треть канистры, когда Макс по известным только ему знакам нашёл укрытие — пещеру с низким, присыпанным песком входом. Пока Фуриоса, шипя проклятия, разминала ноги, Макс успел отгрести заносы, чтобы загнать туда Перехватчик — благо, машина была низкая.
— На сегодня хватит, — объявил он, давая понять, что сегодня больше и мили не проедет. Фуриоса была с ним солидарна. День был хоть и коротким, но насыщенным.
Внутри пещера оказалась обширной и даже уютной. В давние времена дожди промыли в мягком песчанике трубу, сквозь которую на пол падали солнечные лучи. На светлых стенах ярко выделялись рисунки, нанесённые краской цвета высохшей крови, углём и белой глиной. Люди, ящерицы, птицы, двуногие звери с большими ушами и вытянутой мордой… И руки, множество отпечатков рук разных размеров и цветов. Фуриоса приложила к одному из них железную ладонь, усмехнулась и обернулась.
Макс устроился прямо в круге света, изучая самодельную карту.
— Куда ты теперь? — спросила Фуриоса.
Макс промолчал, и тогда она подошла поближе, наклонившись над картой.
Значки пестрели на куске тонкой кожи, показывая, где есть источники воды, где такие же, как это, убежища. Фуриоса попыталась запомнить их: кто знает, когда и что может пригодиться. Её карта не так хороша.
Макс вздрогнул и поднял на неё взгляд.
— На юг.
— Что там?
Он отвёл глаза, неаккуратно свернув карту и спрятав её за пазуху.
— Я не знаю.
— Мне ехать с тобой?
— Нет. Нет, я должен… один.
Странный он всё-таки человек.
Пути людей сплетаются, связываются в крепкий узел, и вновь расходятся. Мир рухнул, и полотно жизни создаётся заново, покрывая собой Пустошь.
Утром их дороги разошлись. Фуриоса решила ехать на восток, к обитателям болот. Ходили слухи, что у них хранились знания о возделывании земель, и если это окажется правдой, то ей придётся вновь вернуться в Цитадель. Завязать узелок меж двумя народами.
Макс, как и собирался, уехал на юг, вечером накануне найдя на карте Фуриосы то, что искал. За смертью или возрождением он отправился — мог знать лишь он сам.
Байкер ехал вплотную к Перехватчику, пытаясь выдернуть шланг из железных пальцев. Фуриоса выстрелила ему в плечо, и его опрокинуло.
Преследователей оставалось слишком много. Макс уже растратил все патроны и не мог отвлечься от дороги, чтоб поменять обойму. Фуриоса была слишком занята, чтобы полноценно отбиваться, да и её позиция оставляла желать лучшего.
Ещё один байкер пристроился у борта и, показав зубы в торжествующей ухмылке, демонстративно подкинул на ладони гранату — мол, могу в любой момент взорвать всех. Фуриоса тоже оскалилась в ответ, прицелилась…
— Отбой, девочки! По домам! — зычно рявкнул один из преследователей. Голос его эхом прокатился по каньону и ушёл в пустыню, вырисовавшуюся на повороте.
Игра закончилась.
Парень на мушке сник и резко сбавил скорость. Следом ним от Перехватчика отцепился остальной хвост: байкеры пыльным веером разошлись в стороны, загалдели, засвистели.
— Вали к чёрту, блаженный, и только попробуй ещё раз притащить с собой эту калечную крысу! — проорал один из них. — Мы её узнали и запомнили!
— В следующий раз уроем! — добавил «нюхач».
Макс чуть притормозил и обернулся, встретившись глазами с Фуриосой. Она кивнула ему, давая понять, что она в порядке, и напряжённое беспокойство, застывшее на его лице, сменилось мимолётной улыбкой.
После каньона Макс повернул южнее, и некоторое время они ехали без остановок. Не то, чтобы они беспокоились, что горные байкеры изменят своему обычаю не выбираться на открытое пространство и кинутся в погоню, но всё же… Фуриоса так и ехала в багажнике, вполголоса ругаясь из-за затекающих в неудобном положении ног.
В бензобак успела перелиться треть канистры, когда Макс по известным только ему знакам нашёл укрытие — пещеру с низким, присыпанным песком входом. Пока Фуриоса, шипя проклятия, разминала ноги, Макс успел отгрести заносы, чтобы загнать туда Перехватчик — благо, машина была низкая.
— На сегодня хватит, — объявил он, давая понять, что сегодня больше и мили не проедет. Фуриоса была с ним солидарна. День был хоть и коротким, но насыщенным.
Внутри пещера оказалась обширной и даже уютной. В давние времена дожди промыли в мягком песчанике трубу, сквозь которую на пол падали солнечные лучи. На светлых стенах ярко выделялись рисунки, нанесённые краской цвета высохшей крови, углём и белой глиной. Люди, ящерицы, птицы, двуногие звери с большими ушами и вытянутой мордой… И руки, множество отпечатков рук разных размеров и цветов. Фуриоса приложила к одному из них железную ладонь, усмехнулась и обернулась.
Макс устроился прямо в круге света, изучая самодельную карту.
— Куда ты теперь? — спросила Фуриоса.
Макс промолчал, и тогда она подошла поближе, наклонившись над картой.
Значки пестрели на куске тонкой кожи, показывая, где есть источники воды, где такие же, как это, убежища. Фуриоса попыталась запомнить их: кто знает, когда и что может пригодиться. Её карта не так хороша.
Макс вздрогнул и поднял на неё взгляд.
— На юг.
— Что там?
Он отвёл глаза, неаккуратно свернув карту и спрятав её за пазуху.
— Я не знаю.
— Мне ехать с тобой?
— Нет. Нет, я должен… один.
Странный он всё-таки человек.
Пути людей сплетаются, связываются в крепкий узел, и вновь расходятся. Мир рухнул, и полотно жизни создаётся заново, покрывая собой Пустошь.
Утром их дороги разошлись. Фуриоса решила ехать на восток, к обитателям болот. Ходили слухи, что у них хранились знания о возделывании земель, и если это окажется правдой, то ей придётся вновь вернуться в Цитадель. Завязать узелок меж двумя народами.
Макс, как и собирался, уехал на юг, вечером накануне найдя на карте Фуриосы то, что искал. За смертью или возрождением он отправился — мог знать лишь он сам.
Страница 6 из 6
