Любовь без памяти

Завтра же начну поиски! — горячо воскликнул Рон и кинулся Гарри на шею.

— И все же, что именно у вас случилось? Утром же все было в порядке, — оторвав руки друга от себя, спросил Поттер.

— Вот так оно и есть. Вроде все в порядке, а вроде и нет. Мы редко обсуждаем наши проблемы, а тут решили поговорить. Ну и, слово за слово, ты же знаешь, как это бывает? — Гарри отрицательно покрутил головой. — Ах, ну да, извини. Я все время сам забываю, что у тебя амнезия, — с сочувствием сказал он и потрепал его по руке.

— Что ты, что Малфой все время говорите об этом так, словно я психически болен, — обиделся Гарри.

— Гарри, нет! — поспешил оправдаться Рон. — Просто… нам, наверно, труднее всего принять этот факт. Мне точно нелегко, представляю, каково ему.

— Но я же стараюсь!

— Я знаю, Гарри, знаю, — успокаивающе сказал Рон и приобнял Поттера за плечи.

Когда они только успели поменяться ролями? Гарри очень не понравилось, что к нему относятся как к инвалиду.

— Ты никогда не даешь о себе позаботиться, — добавил Рон, объясняя свое поведение. — По крайней мере мне. И теперь мне бы хотелось сделать что-то для тебя.

— Помоги сначала себе, — буркнул Гарри, но немного оттаял, позволяя другу оказать ему моральную поддержку.

Так они и просидели остаток ночи, молча подбадривая друг друга. И каждый был мысленно благодарен другому за то, что они есть друг у друга. Под утро они разошлись по комнатам, и у Гарри появилось немного времени подумать о походе в парк и о своих впечатлениях. Но он не мог не отметить, что Малфой стал открываться для него с совершенно другой стороны. Что он вообще о нем знает? «Помимо того, что у него волшебные губы и руки, как они идеально подходят ему… Нет, соберись! Он неплохой человек, отзывчивый, хотя по-прежнему довольно язвительный. Но это больше не раздражает, а даже заводит… О, черт, сколько можно? Так, у него была трудная жизнь, не осталось родителей, но он умный, изворотливый, красивый, такой хрупкий… Проклятье! Неужели он становится навязчивой идеей не только души, но и тела?» И тело тут же радостно отозвалось на эти мысли. Гарри обреченно застонал, пытаясь прогнать прочь навязчивые идеи своего подсознания. Он стал ходить по комнате вперед-назад, лишь бы вернуть себе ясность ума. От отчаяния он подошел к стене и с силой ударил по ней кулаками.«Вспоминай, Поттер, давай!» — он злился на себя и с силой зажмуривал глаза, чтобы хоть что-то вспомнить. Но на ум приходили только сегодняшние поцелуи в парке и у дома Уизли. Жаркие губы, холодный снег — Гарри как мог отгонял от себя эти воспоминания, молясь о том, чтобы память к нему вернулась. Хотя бы для того, чтобы не было так стыдно за свои же собственные мысли и еще и, вдобавок, появившуюся реакцию тела. Не хотелось быть заложником собственного подсознания и физиологии. Куда проще было бы принимать во всем этом участие с памятью!

На несколько часов ему все же удалось заснуть, а сопровождающие его сны, точнее, обрывки воспоминаний, привычно ускользали в те самые моменты, когда Гарри уже готов был ухватиться за их нить. Ему всегда казалось, еще чуть-чуть и он обязательно увидит всю картинку целиком. Он узнает, где он, чей приглушенный смех постоянно слышит, хотя об этом он уже и сам догадывался, но хотел увидеть, почувствовать, вспомнить. В воскресенье он без удовольствия помогал Рону найти его жену, которая совершенно испарилась. Ее не было ни дома у родителей, ни на работе, ни даже в библиотеке. Джинни тоже не видела Гермиону, но предложила свою помощь в ее поисках. Весь день они перемещались по магической части Лондона и возвращались к маггловской. Девушки нигде не было. Видимо, обида была слишком велика, чтобы трое волшебников смогли быстро найти. У Гарри совершенно не было времени на то, чтобы хорошо подумать о том, что сказать Малфою. По правде, ему было неловко, он не мог разобраться в себе, но что-то внутри него отчаянно рвалось в тот уютный милый дом в Годриковой впадине. Решив для себя, что завтра он обязательно зайдет туда после работы, Гарри немного успокоился.

Утро в Министерстве никогда не было спокойным, особенно по понедельникам. Это Гарри понял довольно быстро. Повсюду носились сотрудники всех уровней, торопились, опаздывали, что-то кричали друг другу на бегу. Гарри эта суета совершенно не нравилась, он не понимал, зачем тратить свою жизнь на бесконечную спешку. Зайдя в свой кабинет, он закрыл глаза. Какое счастье, что он тут один.

— Эй, Поттер, — вдруг раздалось сзади. — Как поживает твоя память?

— Спрошу ее, когда встречу, — буркнул в ответ Поттер, глядя на появившегося за его спиной Алфорда Спайка.

— Очень остроумно. Тебе бы писать сценарии для юмористических шоу, а не работать старшим аврором. Не думал сменить профессию?

Черт бы его побрал! Его, что, Малфой обучал?

— Что ты хочешь, Алфорд?

— Подпиши документы, — сказал он и протянул Гарри несколько свернутых в трубочку листков.