Фандом: Гарри Поттер. Спустя два года после окончания войны у Гарри Поттера есть все: положение в обществе, высокооплачиваемая должность в Аврорате и счастливая личная жизнь. Вот только он этого совершенно не помнит. Получится ли у него вернуть жизнь на круги своя? Сможет ли настоящая любовь выдержать все испытания, или это шанс начать жизнь с чистого листа?
Добавить в моё избранное
233 мин, 52 сек 22894
Если Гарри сам не понимает, что должен остаться, то он ему уже не сможет помочь. Главное, выйти из ситуации с достоинством.
— Ничего, — медленно произнес он, поворачиваясь к тому, с кем еще недавно грезил о прекрасном дне. — Я больше ничего от тебя не хочу. — В его голосе четко слышались металлические нотки, а внутри Драко умолял себя не плакать. — Я больше не верю в то, что ты сможешь что-то вспомнить. Не насилуй себя, уходи, если хочешь, я не стану тебя держать.
На самом деле Драко думал, что простил бы ему любые слова и любые оскорбления в свой адрес, лишь бы Гарри не уходил. Лишь бы сам захотел остаться. Но Драко не мог пойти на попятный, он не хотел потерять лицо перед тем, кто не разделяет его чувства. Поттер сам должен сделать правильный выбор. Его любви с лихвой хватило бы на двоих, но притворяться, что все это — интересная игра, было нереально. Видимо, вчерашняя ночь окончательно испугала Гарри.
Гарри не мог прочитать мысли собеседника, он видел лишь холод в глазах Драко, он не знал, что это был голый страх, поэтому решил, что ему действительно будет лучше сейчас уйти. Он не хотел. Все, что просило сердце Гарри в этот момент — остаться, но разум твердил, что уйти будет правильно. Возможно, Малфой просто больше любил того Гарри, которого он вспомнить не смог. Которым не смог снова стать. И раз Малфой решил оскорблять близких друзей Гарри, то пусть делает это в одиночестве. Жить с таким человеком он точно не сможет. Всем в итоге будет только лучше. Или нет? В душе боролось желание остаться и чувство, что пора уходить отсюда подальше, что вчерашняя ночь была ошибкой, что все эти чувства были ошибкой. И он попятился к выходу.
— Да, наверно, ты прав, — проговорил Гарри. — Мне действительно лучше уйти.
— Прекрасно! — воскликнул Драко. — Иди! Привет Уизли не забудь передать!
Последние слова настигли Гарри уже в коридоре. Он быстро оделся и спустился вниз. Оттолкнув от себя Элизу, кинулся к камину. А в то время в их спальне, закрыв от бессилия глаза и пытаясь остановить нахлынувшие слезы, медленно оседал на пол Драко.
«Я больше не чувствую себя в безопасности. Ты ничего не понимаешь и не хочешь произносить вслух то, что так тебя пугает. У тебя был выбор, но, по сути, ты ничего не хотел менять. И я не знаю, хватит ли мне сил убедить тебя. Ты постоянно борешься с собой, и я не уверен, делаешь ли ты это, чтобы что-то изменить.»
Какая глупая ссора. Что на тебя вообще нашло? В каждый момент казалось, что еще можно что-то исправить, но слова вырывались помимо воли. Ведь, если бы ты хотел остаться, ты бы это сделал, правда? Просто ты предпочел слушать голос своего разума. Какой же ты дурак, все-таки! А я еще больший. И когда это мне показалось, что я повзрослел? Это же так по-Малфоевски, когда что-то идет не так, уйти, оставив других разбираться с проблемами. Но я не мог что-либо сделать, ведь так? Не так… Надо было кинуться к тебе и кричать, что все будет хорошо, что не надо бояться. Но я был так зол. На себя или на то, что ты захотел провести время с ней, а не со мной, не знаю. Мне самому постоянно страшно. Завтра ты будешь на приеме у Коллинза. Может, стоит с тобой поговорить? Извиниться, попросить вернуться? Наверно, еще можно все исправить. Никакая Уизли не сможет изменить моего отношения к тебе. И твое не должно. Ведь раньше это никому не удавалось. Почему она вообще встала между нами тем утром? Почему я не мог промолчать? Дружи, с кем хочешь, но не уходи. Научись любить меня. Ведь это правильно. Ты же сам знаешь, что правильно, я чувствовал твои эмоции той ночью. Возвращайся домой, Гарри. Даже если ты не захочешь, я всегда буду здесь, обещаю, потому что ты — это все, что у меня есть«.»
Прошло несколько дней с момента той странной утренней ссоры, и Драко был решительно настроен поговорить с Поттером. Он хотел написать тому письмо, но едва начав, понял, что просто похоронит себя среди глаголов, выражающих раскаяние. В тот день, когда Гарри должен был быть на приеме в Мунго, Драко проснулся раньше обычного, потому что никак не мог унять чувство тревоги, не покидающее его даже во сне. Гарри не давал о себе знать, и было совершенно непонятно, что он там себе надумал. Хотелось верить, что все это было просто одним большим недоразумением. Прежде чем поговорить с Поттером, ему нужно было занести новые зелья Генри Коллинзу. Как же не хотелось его видеть. И вообще не хотелось никого видеть, кроме Поттера. «Как раз успею отдать и оформить все до его прихода, а потом мы поговорим. Он должен простить, глупая же вышла ссора», — думал Драко, быстро натягивая на себя одежду.
В клинике было непривычно тихо. Наверно, потому, что все меньше зла происходило сейчас в Лондоне, меньше людей оказывались на грани жизни и смерти. Отчаянных криков умирающих Драко просто бы не вынес. Он осторожно постучал в дверь колдомедика и, услышав тихое «войдите», зашел в кабинет. На кушетке возле большого стола сидел Поттер, свесив ноги и робко глядя на Драко исподлобья.
— Ничего, — медленно произнес он, поворачиваясь к тому, с кем еще недавно грезил о прекрасном дне. — Я больше ничего от тебя не хочу. — В его голосе четко слышались металлические нотки, а внутри Драко умолял себя не плакать. — Я больше не верю в то, что ты сможешь что-то вспомнить. Не насилуй себя, уходи, если хочешь, я не стану тебя держать.
На самом деле Драко думал, что простил бы ему любые слова и любые оскорбления в свой адрес, лишь бы Гарри не уходил. Лишь бы сам захотел остаться. Но Драко не мог пойти на попятный, он не хотел потерять лицо перед тем, кто не разделяет его чувства. Поттер сам должен сделать правильный выбор. Его любви с лихвой хватило бы на двоих, но притворяться, что все это — интересная игра, было нереально. Видимо, вчерашняя ночь окончательно испугала Гарри.
Гарри не мог прочитать мысли собеседника, он видел лишь холод в глазах Драко, он не знал, что это был голый страх, поэтому решил, что ему действительно будет лучше сейчас уйти. Он не хотел. Все, что просило сердце Гарри в этот момент — остаться, но разум твердил, что уйти будет правильно. Возможно, Малфой просто больше любил того Гарри, которого он вспомнить не смог. Которым не смог снова стать. И раз Малфой решил оскорблять близких друзей Гарри, то пусть делает это в одиночестве. Жить с таким человеком он точно не сможет. Всем в итоге будет только лучше. Или нет? В душе боролось желание остаться и чувство, что пора уходить отсюда подальше, что вчерашняя ночь была ошибкой, что все эти чувства были ошибкой. И он попятился к выходу.
— Да, наверно, ты прав, — проговорил Гарри. — Мне действительно лучше уйти.
— Прекрасно! — воскликнул Драко. — Иди! Привет Уизли не забудь передать!
Последние слова настигли Гарри уже в коридоре. Он быстро оделся и спустился вниз. Оттолкнув от себя Элизу, кинулся к камину. А в то время в их спальне, закрыв от бессилия глаза и пытаясь остановить нахлынувшие слезы, медленно оседал на пол Драко.
«Я больше не чувствую себя в безопасности. Ты ничего не понимаешь и не хочешь произносить вслух то, что так тебя пугает. У тебя был выбор, но, по сути, ты ничего не хотел менять. И я не знаю, хватит ли мне сил убедить тебя. Ты постоянно борешься с собой, и я не уверен, делаешь ли ты это, чтобы что-то изменить.»
Какая глупая ссора. Что на тебя вообще нашло? В каждый момент казалось, что еще можно что-то исправить, но слова вырывались помимо воли. Ведь, если бы ты хотел остаться, ты бы это сделал, правда? Просто ты предпочел слушать голос своего разума. Какой же ты дурак, все-таки! А я еще больший. И когда это мне показалось, что я повзрослел? Это же так по-Малфоевски, когда что-то идет не так, уйти, оставив других разбираться с проблемами. Но я не мог что-либо сделать, ведь так? Не так… Надо было кинуться к тебе и кричать, что все будет хорошо, что не надо бояться. Но я был так зол. На себя или на то, что ты захотел провести время с ней, а не со мной, не знаю. Мне самому постоянно страшно. Завтра ты будешь на приеме у Коллинза. Может, стоит с тобой поговорить? Извиниться, попросить вернуться? Наверно, еще можно все исправить. Никакая Уизли не сможет изменить моего отношения к тебе. И твое не должно. Ведь раньше это никому не удавалось. Почему она вообще встала между нами тем утром? Почему я не мог промолчать? Дружи, с кем хочешь, но не уходи. Научись любить меня. Ведь это правильно. Ты же сам знаешь, что правильно, я чувствовал твои эмоции той ночью. Возвращайся домой, Гарри. Даже если ты не захочешь, я всегда буду здесь, обещаю, потому что ты — это все, что у меня есть«.»
Прошло несколько дней с момента той странной утренней ссоры, и Драко был решительно настроен поговорить с Поттером. Он хотел написать тому письмо, но едва начав, понял, что просто похоронит себя среди глаголов, выражающих раскаяние. В тот день, когда Гарри должен был быть на приеме в Мунго, Драко проснулся раньше обычного, потому что никак не мог унять чувство тревоги, не покидающее его даже во сне. Гарри не давал о себе знать, и было совершенно непонятно, что он там себе надумал. Хотелось верить, что все это было просто одним большим недоразумением. Прежде чем поговорить с Поттером, ему нужно было занести новые зелья Генри Коллинзу. Как же не хотелось его видеть. И вообще не хотелось никого видеть, кроме Поттера. «Как раз успею отдать и оформить все до его прихода, а потом мы поговорим. Он должен простить, глупая же вышла ссора», — думал Драко, быстро натягивая на себя одежду.
В клинике было непривычно тихо. Наверно, потому, что все меньше зла происходило сейчас в Лондоне, меньше людей оказывались на грани жизни и смерти. Отчаянных криков умирающих Драко просто бы не вынес. Он осторожно постучал в дверь колдомедика и, услышав тихое «войдите», зашел в кабинет. На кушетке возле большого стола сидел Поттер, свесив ноги и робко глядя на Драко исподлобья.
Страница 54 из 63
