Земля

Их лошади одна за другой шли по крутой лесной тропе, где то и дело попадались выпирающие корни и острые камни: они подъезжали к замку с другой стороны. — Поезжайте без меня, я немного задержусь у вон тех валунов, — добавил он.

Ему хотелось остаться одному и как следует подумать, прежде чем он окунётся в домашнюю суету, прежде чем сёстры начнут расспрашивать его о том, где он был и что видел. К тому же, он уже давно хотел посмотреть на древние камни.

Подъехав ближе, он отдал Диего поводья Соны.

— Я скоро вернусь, — сказал он, — не ждите, дойду пешком, здесь близко.

Ему не стоило никакого труда перепрыгнуть через ручей и взобраться на площадку, где стоял полуразрушенный от времени камень. С края площадки Дик наблюдал, как скрывается за деревьями его отряд. Только бы Диего догадался послать кого-то вперёд с предупреждением, а то как бы не подумали дурного, увидев Сону в поводу…

Он вздохнул и прошёлся по площадке, разглядывая фамильный камень со всех сторон. Полуосыпавшиеся головы вепрей смотрели на него слепыми глазами, и Дику вдруг стало не по себе. Насвистывая фривольную песенку, услышав слова которой, матушка отреклась бы от него, Дик постелил у подножия обелиска плащ и разлёгся на нём, глядя в синее небо.

Лежать на нагретой солнцем площадке было приятно, и он даже расстегнул ворот камзола. Тёплый ветерок шевелил его волосы, день близился к вечеру, и всё было хорошо. Скоро весна закончится, Дик соберётся в Олларию, куда в это время приедет и Алва, и они отправятся на следующую войну. Что-то тревожило его, какая-то смутная мысль, но Дик не успел её поймать, так измучило его путешествие, из которого он вернулся.

Он проснулся от хруста камней под чем-то тяжелым, и с трудом разлепил глаза. Солнце садилось, окрашивая площадку оранжевым. Дик взглянул туда, откуда доносился шум, и обмер. На краю площадки стояло какое-то большое животное. Дик видел его округлый зад, закрученный колечком хвост, копыта и отвисшую мошонку между толстых ляжек. На площадку забрался вепрь, и нужно было спасаться, пока не поздно, иначе приведённая в поводу Сона действительно станет плохим знаком.

Очень тихо Дик подвинулся в сторону, лихорадочно соображая, куда бы залезть, да повыше. Как назло, пистолетов при нём не было, решил прийти сюда налегке, а что сделаешь против такой туши тонкой шпагой?

Как будто почуяв его движение, вепрь стал оборачиваться, переступая толстыми ногами, и наконец повернулся к Дику лицом. Нет, мордой. Или всё же лицом?

Дик протёр глаза.

Вепрь моргнул и склонил голову, как показалось Дику, насмешливо. Вместо морды у него было какое-то подобие человеческой головы — словно лицо наспех вырезали из камня. Огромные глаза, приплюснутый нос с широкими ноздрями и широкий рот складывались в уродливую гримасу, которая ежесекундно менялась: от глаз бежали морщины, рот растягивался, раздувались ноздри.

— Создатель… — прошептал Дик, пытаясь забиться хоть в какую-то расселину.

Вепрь или, точнее, невепрь нахально усмехнулся, и Дик опомнился. Какой Создатель, если перед тобой стоит существо, выбравшееся из абвениатских легенд?!

Невепрь фыркнул и навис над сжавшимся Диком, подтолкнул его носом, словно проверяя, жив он или уже умер от страха.

— Ты кто? — прохрипел Дик, таращась на него. Какая-то часть его сознания ещё надеялась на то, что спит и видит сон.

— Сон, фрр! — выразил невепрь своё презрение. — Я астэр! Не узнал меня, Повелитель!

— Откуда ты взялся на мою голову?! — простонал Дик, щипая себя за руку.

— Откуда всё берётся, фрр! — ответил невепрь и вдруг наклонился. Шершавый влажный язык прошёлся по лицу Дика, нырнул в расстёгнутый ворот.

— Что ты делаешь, щекотно! — попытался отбрыкаться тот, но, честно говоря, при виде нависшей над ним туши желание сопротивляться пропало.

— Некогда мне с тобой, — прогудел невепрь. — Излом близко. А ну, снимай штаны!

— З-зачем? — пролепетал Дик, сжимаясь ещё больше.

— Наказывать буду, — ухмыльнулся вепрь.

— Я… я твой Повелитель! — От ужаса Дик вспомнил разом всё, что знал про абвениатство. — Ты меня никак не можешь наказать!

— А вот и нет, — возразил астэр. — Какой ты Повелитель, если ничего не знаешь, не умеешь и уметь и знать не хочешь? Фрр!

— Выпороть меня ты не сможешь! — заявил Дик как можно более уверенно, хотя дрожащий голос подводил его.

— Я и не собираюсь, фрр! У меня кое-что получше есть! — ответил ему невепрь и вдруг, отступив, повернулся боком. — Красавец, а?

В страхе Дик закрыл себе рот руками, увидев, про что говорит астэр: у того под животом тяжело покачивался багровый член.

— Ну давай, Повелитель, что артачишься? — спросил невепрь, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. — Как представлю, какой ты гладкий и сладкий, так у меня прямо всё горит!