Долгий рассвет

Взгляд его был внимательным, он знал, что Мевир загоняет его в ловушку, но собирался обороняться до последнего.

― Ну, лишних техников у нас всё же нет, ― ответил Мевир. ― Захочешь кого-то позвать ― придётся договариваться. И с ним, и с его лётчиком. А слухи расходятся быстро, сам знаешь. Поэтому я вообще-то тоже ничего делать не собираюсь. Ты летаешь, я смотрю за машиной, иногда мы здороваемся, и больше у меня с тобой ничего общего. Уяснил?

Не дождавшись ответа, он бросил гаечный ключ обратно в коробку. Мевир не боялся, что Ву-Инн отнимет у него изумруд. Загипнотизированного среди свободных будет видно сразу, и по шее получит не Мевир, а Ву-Инн. Интересно, какое помещение Мон-Со приспособит под гауптвахту?

Ву-Инн сделал быстрый шаг к нему, и Мевир запоздало испугался. Что если он догадается приказать ему на людях вести себя как обычно, а вот когда они наедине… или ночью…

― Оглянись, ― посоветовал Мевир, пряча взгляд. Сердце колотилось в горле.

Ву-Инн оглянулся. Позади него плечом к плечу стояли Солто и Найдан, которые старательно что-то прятали за спиной. Из-за соседней «десятки» к ним свернул Риган, который на ходу жевал бутерброд.

― Ням, парни, вам помощь нужна? ― поинтересовался он и как бы невзначай положил руку на пока что застёгнутую кобуру. ― А то я всегда готов помочь.

Ву-Инн понял прозрачный намёк и отступил от Мевира на тот же шаг.

― Если что ― обращайся, Мев, ― весело сказал Риган. ― Пойду посмотрю, что там за шум, кажется, кто-то идёт от ворот.

― Точно не нужна помощь? ― спросил Найдан. ― Ладно, мы тут рядом.

Когда они остались одни, Мевир улыбнулся Ву-Инну в лицо.

― Мы теперь не одни, понимаешь? ― спросил он. ― Никто из нас. Мы помним себя, мы не разобщены, и принимай это как хочешь.

Ву-Инн смотрел на него долго, оперевшись плечом о дверцу вертолёта и даже не пытаясь загипнотизировать.

― Ты меня ненавидишь? ― спросил он наконец.

― Не, ― отмахнулся Мевир. ― Много тебе чести будет.

Они опять помолчали, Мевир трогал тёплый бок вертолёта и щурился на солнце.

― Вообще должен бы, ― задумчиво сказал он. ― Но мне с тобой было хорошо, пусть это ты сам приказывал. Так что нет, не ненавижу и не буду, если тебе от этого легче. А сейчас давай-ка ты отсюда, я пока посмотрю, совсем ты машину угробил или нет. Не потому что ты велишь работать, а потому что я хочу посмотреть. Пока ходишь, подумай над разницей. Ладно?

― Ладно, ― сказал Ву-Инн и ушёл. Мевир даже не стал гадать, куда именно. Либо в лазарет, либо к Вас-Лану.

Он открыл боковую панель, всмотрелся в двигатель, но через минуту захлопнул её.

Эйгард ненавидел, Эйгарду было больно и тошно, почему же с Мевиром не так? С кем не всё в порядке ― с Эйгардом, который пытается пережить свои страдания или с Мевиром, у которого их, кажется, вовсе нет?

Совещание вышло странным хотя бы потому, что на председательском месте за столом сидел рыжий лис с изящной короной на голове. Преисполненный чувства собственного достоинства, Тонконюх приветствовал представленных ему и по-свойски поздоровался с Урфином, который как раз прибыл из своей усадьбы. Все были в сборе, вовремя вернулся штурман, Ис-Кела снова заменил Эш и приготовил чистые листы для протокола.

― Никаких протоколов, ― распорядился Баан-Ну. ― Как мы это потом будем объяснять?

Эш согласился и покинул собрание.

― Наше совещание секретно? ― осведомился король и взмахом лапы отпустил свою пушистую свиту. ― В таком случае дарами мы обменяемся позже.

Лон-Гор проследил за его жестом взглядом человека, который старается уже ничему не удивляться.

― Следовало бы устроить совещание с участием всех правителей, но, думаю, это тоже можно сделать немного погодя, ― заявил король. Он стоял в кресле на задних лапках, передней опираясь о стол.

― Говорите, ваше лисичество, ― попросил генерал. ― Вы, наверное, прибыли в Ранавир не просто так?

― Разумеется, ― ответил Тонконюх. ― Я прибыл с официальным визитом, чтобы поблагодарить вас за спасение Волшебной страны. Едва моё сознание прояснилось после наложенного на нас тёмного колдовства, я бросился узнавать последние новости, а птицы только и трещали о том, что вы нас всех спасли.

― Не только я, ― скромно признался генерал. ― Мы все принимали в этом участие.

― Также я прибыл лично принести вам извинения от лица моего народа, ― продолжал Тонконюх. ― Вы спасли нас, генерал, получив за это прозвание Сокрушитель Скал, и все лисы обязаны вам если не жизнью, так уж сохранностью Лисограда, но мы отплатили вам чёрной неблагодарностью, напав на вас и Энни. Перед феей Энни мы также ужасно виноваты. Ведь когда-то и она меня спасла. Моей тётке так стыдно, что она надела траур и удалилась из города, что, признаюсь, к лучшему, ― сказал король. ― Мне уже сказали, что с феей Энни мы разминулись…