Долгий рассвет

И вот ― хотел узнать, думал ли об этом ты. Потому что у костра ты сказал, что всё равно придётся. Признал, что я был прав. Так что?

Лин-То вздохнул, отвёл взгляд, потёр лицо, как будто хотел защититься от Солдона.

― Думал, ― признался он. ― И выходит, что я отпетый мерзавец.

― Тебе стыдно?

― Горько, ― поправил Лин-То. ― Потому что нельзя обижать слабых, а я обижал.

― Ну, не такие уж мы и слабые, ― фыркнул Солдон. ― Но я думаю, что ты на верном пути. И нет, я не собираюсь тебя стыдить дальше. Понял ― живём дальше. Иначе всё станет совсем плохо.

― Я понял ещё кое-что, ― добавил Лин-То. ― Изумруды изумрудами. Полковник Джюс страшный хитрец, ваш Ильсор тоже. Но всё, что случилось, уже случилось. Дальше сами.

― И что ты намерен предпринять?

Лин-То помолчал, наклонился сорвать длинную травинку с мягким венчиком на конце.

― Было бы лицемерным бросаться с предложением дружить. Я просто буду делать то, для чего я здесь, ― свою работу. А обстоятельства сложатся так, как сложатся.

― А менвиты умеют дружить? ― уточнил Солдон без желания поддеть.

― Умеют, ― признал Лин-То. ― Но это редкое умение, знаешь ли. У вас дружба получается сама собой. Нам нужно… усилие, что ли.

― Чтобы довериться?

― И чтобы подпустить ближе, чем того требуют официальные отношения.

― Послушай, ― заговорил Солдон, вертя в руках открытую флягу. ― Последнее, что я лично хочу ― так это играть на твоём чувстве вины и заставлять тебя делать что-то помимо твоей воли. Потому что это получается рабство наоборот.

― Это мог бы мне сказать Танри, но ты-то? ― удивился Лин-То. ― Мы же с тобой почти не пересекались.

― Может, и к лучшему, ― мрачно промолвил Солдон. ― Потому что…

― Эй! ― перебил его Лин-То и даже коснулся его плеча. ― С тобой-то всё в порядке?

― Нет, ― признал Солдон и похолодевшими пальцами стиснул горлышко фляги. ― Со мной кое-что случилось, ты об этом знаешь. И теперь я… готов на всякие… безоглядные поступки. Как будто что-то надломилось. Удивительно, что надломило меня не рабство.

― И как ты себя чувствуешь? ― спросил Лин-То. Смотрел он со вниманием, заглядывал в лицо; наверное, и выражение этого внимания далось ему усилием воли и разума.

Солдон на него не смотрел, только на тропу перед собой, и сжимал флягу.

― Я… чувствую жажду, ― признался он после глубокого вдоха. ― Может быть, ты тоже чувствуешь нечто подобное. Я знаю тут поблизости один родник, может, захочешь прийти напиться из него, как и я.

Лин-То молчал долго. Потом Солдон почувствовал невесомое прикосновение к щеке ― это была травинка.

― И где же этот родник? ― спросил Лин-То.

― Если идти по этой тропе… ― Солдон сбился, заволновался. ― Не слишком далеко. Если идти по этой тропе, а потом свернуть перед орешником направо, а возле сухого дуба свернуть ещё раз ― левее, то там как раз и увидишь. Там вечером очень хорошо… И показываются светлячки… Это красиво.

― И во сколько примерно они показываются? ― уточнил Лин-То.

― Примерно после отбоя, ― сказал Солдон и нервно сунул ему флягу. Лин-То взял, отпил и вернул её.

― Я приду, ― пообещал он. ― Но буду задавать много вопросов.

― Не обещаю ответить на все, ― честно предупредил Солдон.

― Понял, ― сказал Лин-То и поднялся. ― Но на какие-то ответишь, и что-то мне подсказывает, что тебе это нужно.

― Было бы не так ― я бы тут не ждал, ― сказал Солдон, осмелившись поднять на него глаза. Лин-То смотрел без насмешки. ― Спасибо.

Вечерело, и, как обычно бывало к вечеру, в уставшем за день лагере тише раздавались голоса.

― Я не могу позволить одному моему пациенту мучить другого! ― сказал Лон-Гор, даже не притронувшись к чаю, который поставил перед ним Ниле. Было видно, что он озадачен и растерян. ― Могу, правда, поставить у лазарета часового и запретить впускать Эйгарда, но что будет, когда Ман-Ра придёт время выписывать? А оно придёт довольно скоро!

― Может, за это время всё устаканится? ― предположил Ниле, загружая посудомоечную машину.

На кухне они были одни, время ужина давно закончилось, и Ниле разогнал всех своих помощников, и толковых, и бестолковых. Он уже успел провести инвентаризацию оставшихся продуктов, написать на холодильнике меню для завтрака и приготовить полковнику чай.

― Вы хотя бы ужинать ходили? ― поинтересовался он.

― Перехватил на бегу, ― сказал Лон-Гор, и Ниле возвёл глаза к потолку.

― И этот человек рассказывает нам о пользе режима и правильного питания! Зря в столовой не были, та ещё картина, когда все вместе едят. Точнее, пытаются сидеть спокойно, не косясь друг на друга и не давясь, когда сосед шевелится.

― Вот тут об этом тоже написано, ― сказал Лон-Гор и указал на книгу, с которой не расставался весь день.