Фандом: Ориджиналы. Детективное Агентство «Альтаир». Когда-то их было шестеро — молодых, дерзких и сильных энергетиков, случайно встретившихся на Московском вокзале Санкт-Петербурга и решивших объединиться во имя новой мощи и знаний. Когда-то они назывались Братством Сумеречных, и слава сноходцев, умеющих во плоти ходить по Граням мироздания, гремела по всей округе и дальше.
Добавить в моё избранное
167 мин, 14 сек 16130
А главное — ей было глубоко наплевать на всё, чем её пытались сокрушить. Абсолютный метаморф, она впитывала любое заклятье, любую атаку, и становилась от этого лишь могущественнее.
Ранний октябрьский снег безропотно смешался с каплями крови, летевшими с рук всех шестерых, от силы, затопившей дворик, заломило зубы, и тогда раздалось шипение Талька:
— Вакуум, убогие! Лишите силы участок, на котором оно стоит, стабилизируем и ставим ловушку вокруг. Запечатаем её без силы!
— Рехнулся? — звонко выкрикнула Багира. — У нас сил не хватит!
— Силы до жопы, — не согласился Лис, шмыгая носом — от напряжения лопнули сосуды. — Нам, направляй всё на нас.
— Насосом поработать, значит? — тот усмехнулся. — А мы не лопнем?
— Я распределю, — одновременно произнесли Сова и Кит.
— Большую часть на меня, — всё так же, сквозь зубы, проскрежетал Тальк.
— Ты не выстроишь ловушку в одиночку, — капелька крови выкатилась из уголка левого глаза Багиры и скользнула по щеке. — А мы займёмся твоим «вакуумом», и…
— Я не сказал, что буду её строить! — взорвался Тальк. — Я её перенесу и выверну на обе стороны, идиотка! Живо, работаем, иначе нас сожрут!
Несколько десятков секунд чудовищных усилий, и тварь заметалась в двухсторонней, «зеркальной» ловушке, лишавшей её силы и возможности перемещения. Шесть печатей по форме звезды окружили наспех созданное узилище, дополняя и укрепляя его, а затем сверху легла седьмая, общая, будто молотом впечатывая стихийно созданную тюрьму как можно глубже на зыбкие слои реальности.
— Я … … и … … в душу, — яростно высказался Тальк, пытаясь удержаться на ногах. — Все живы?
— Все, — просипел Лис, отплёвываясь. — Ты вот что, братишка… тебе бы имя сменить.
— Самое время, — пробормотал тот. — Нахрена?
— У тебя с этим дерьмом в клетке связь, забыл? Силы там нет, крови тоже, а вот имя…
— Хорошо, — буркнул Тальк. — Я подумаю.
Трель телефона оборвала сновидение, полное воспоминаний. Нам потянулся, бросил взгляд на часы. Десять утра. Воскресенье. Старший из братьев повернулся на другой бок и прикрылся подушкой, но телефон не замолкал. Судя по настырности, звонил либо рекламный агент, либо кто-то из своих. Нам скрипнул зубами и поднял трубку.
— Где горит? — хмуро осведомился он.
— Надо встретиться. — То, что Лис даже не поздоровался, говорило о многом. — Когда сможешь подъехать?
— И тебя с добрым утром.
— Да, и хорошего дня в придачу. Всё то, чего я сегодня лишён. Повторю вопрос: когда? Срочное дело.
Нам вздохнул.
— Где собираемся?
— У меня на «Владе».
— Часа в три тебя устроит? Один леший я уже не засну.
— Отлично. Остальным назначу так же.
— Сове…
— Я помню, — Лис хихикнул. — Ей на полвторого. Один хрен опоздает.
— Это уж как водится. Виту я сам скажу. Отбой.
Нам повесил трубку, встал, размялся, подошёл к бесформенной куче на полу в углу комнаты и задумчиво уставился на неё.
Четыре года назад, тот, кто лежал под одеялами на ковре, взял себе имя Вит. И всего спустя месяц после этого он смог сполна расплатиться с командой за их помощь, создав способ перехода между Гранями во плоти, минуя Рубеж — то самое пространство, из которого выполз их первый соперник. Тогда они считали, что и последний.
— К-командир, — процедил Нам и улыбнулся. Несмотря на все проблемы и трения, он действительно любил своего названого брата. Хоть и не отказывал себе в удовольствии время от времени поиздеваться над ним. Вот и сейчас он не стал миндальничать, а попросту потыкал в одеяла ногой:
— Подъём, чудовище.
— На-ам, мать твою так… ещё пять минут.
— Поднимайся, или водой оболью, — уверенный женский голос возымел действие на спящего.
Вит выполз из-под одеяла и взглянул заспанными глазами на дверной проём. Оттуда на него с лёгкой улыбкой смотрела симпатичная брюнетка. Её нельзя было назвать сногсшибательно красивой, но белоснежная кожа, тёмные глаза, густые ресницы, шикарные шёлковые волосы, а главное — пронизывающий, проникающий в самую душу взгляд делали её неотразимой. По крайней мере, двое молодых людей в этой комнате считали именно так.
— Доброе утро, любовь моя, — улыбнулся Вит.
Нам поморщился.
— Между прочим, я устал тебе напоминать, что она — моя невеста.
Девушка только плечами пожала:
— Витти, я тебе всё уже сказала по этому поводу. Брысь умываться, похмельный ты наш.
— У меня сейчас башка треснет пополам и наискосок, — простонал командир, сжимая ладонями многострадальное хранилище своего мозга. — Чего так рано-то?
— Звонил Лис, — Нам начал неторопливо одеваться, — у него что-то стряслось. Просит сбора. Договорились встретиться у него в три часа. Пока мы позавтракаем и соберёмся, времени останется в обрез.
Ранний октябрьский снег безропотно смешался с каплями крови, летевшими с рук всех шестерых, от силы, затопившей дворик, заломило зубы, и тогда раздалось шипение Талька:
— Вакуум, убогие! Лишите силы участок, на котором оно стоит, стабилизируем и ставим ловушку вокруг. Запечатаем её без силы!
— Рехнулся? — звонко выкрикнула Багира. — У нас сил не хватит!
— Силы до жопы, — не согласился Лис, шмыгая носом — от напряжения лопнули сосуды. — Нам, направляй всё на нас.
— Насосом поработать, значит? — тот усмехнулся. — А мы не лопнем?
— Я распределю, — одновременно произнесли Сова и Кит.
— Большую часть на меня, — всё так же, сквозь зубы, проскрежетал Тальк.
— Ты не выстроишь ловушку в одиночку, — капелька крови выкатилась из уголка левого глаза Багиры и скользнула по щеке. — А мы займёмся твоим «вакуумом», и…
— Я не сказал, что буду её строить! — взорвался Тальк. — Я её перенесу и выверну на обе стороны, идиотка! Живо, работаем, иначе нас сожрут!
Несколько десятков секунд чудовищных усилий, и тварь заметалась в двухсторонней, «зеркальной» ловушке, лишавшей её силы и возможности перемещения. Шесть печатей по форме звезды окружили наспех созданное узилище, дополняя и укрепляя его, а затем сверху легла седьмая, общая, будто молотом впечатывая стихийно созданную тюрьму как можно глубже на зыбкие слои реальности.
— Я … … и … … в душу, — яростно высказался Тальк, пытаясь удержаться на ногах. — Все живы?
— Все, — просипел Лис, отплёвываясь. — Ты вот что, братишка… тебе бы имя сменить.
— Самое время, — пробормотал тот. — Нахрена?
— У тебя с этим дерьмом в клетке связь, забыл? Силы там нет, крови тоже, а вот имя…
— Хорошо, — буркнул Тальк. — Я подумаю.
Трель телефона оборвала сновидение, полное воспоминаний. Нам потянулся, бросил взгляд на часы. Десять утра. Воскресенье. Старший из братьев повернулся на другой бок и прикрылся подушкой, но телефон не замолкал. Судя по настырности, звонил либо рекламный агент, либо кто-то из своих. Нам скрипнул зубами и поднял трубку.
— Где горит? — хмуро осведомился он.
— Надо встретиться. — То, что Лис даже не поздоровался, говорило о многом. — Когда сможешь подъехать?
— И тебя с добрым утром.
— Да, и хорошего дня в придачу. Всё то, чего я сегодня лишён. Повторю вопрос: когда? Срочное дело.
Нам вздохнул.
— Где собираемся?
— У меня на «Владе».
— Часа в три тебя устроит? Один леший я уже не засну.
— Отлично. Остальным назначу так же.
— Сове…
— Я помню, — Лис хихикнул. — Ей на полвторого. Один хрен опоздает.
— Это уж как водится. Виту я сам скажу. Отбой.
Нам повесил трубку, встал, размялся, подошёл к бесформенной куче на полу в углу комнаты и задумчиво уставился на неё.
Четыре года назад, тот, кто лежал под одеялами на ковре, взял себе имя Вит. И всего спустя месяц после этого он смог сполна расплатиться с командой за их помощь, создав способ перехода между Гранями во плоти, минуя Рубеж — то самое пространство, из которого выполз их первый соперник. Тогда они считали, что и последний.
— К-командир, — процедил Нам и улыбнулся. Несмотря на все проблемы и трения, он действительно любил своего названого брата. Хоть и не отказывал себе в удовольствии время от времени поиздеваться над ним. Вот и сейчас он не стал миндальничать, а попросту потыкал в одеяла ногой:
— Подъём, чудовище.
— На-ам, мать твою так… ещё пять минут.
— Поднимайся, или водой оболью, — уверенный женский голос возымел действие на спящего.
Вит выполз из-под одеяла и взглянул заспанными глазами на дверной проём. Оттуда на него с лёгкой улыбкой смотрела симпатичная брюнетка. Её нельзя было назвать сногсшибательно красивой, но белоснежная кожа, тёмные глаза, густые ресницы, шикарные шёлковые волосы, а главное — пронизывающий, проникающий в самую душу взгляд делали её неотразимой. По крайней мере, двое молодых людей в этой комнате считали именно так.
— Доброе утро, любовь моя, — улыбнулся Вит.
Нам поморщился.
— Между прочим, я устал тебе напоминать, что она — моя невеста.
Девушка только плечами пожала:
— Витти, я тебе всё уже сказала по этому поводу. Брысь умываться, похмельный ты наш.
— У меня сейчас башка треснет пополам и наискосок, — простонал командир, сжимая ладонями многострадальное хранилище своего мозга. — Чего так рано-то?
— Звонил Лис, — Нам начал неторопливо одеваться, — у него что-то стряслось. Просит сбора. Договорились встретиться у него в три часа. Пока мы позавтракаем и соберёмся, времени останется в обрез.
Страница 20 из 48
