Фандом: Ориджиналы. Детективное Агентство «Альтаир». Когда-то их было шестеро — молодых, дерзких и сильных энергетиков, случайно встретившихся на Московском вокзале Санкт-Петербурга и решивших объединиться во имя новой мощи и знаний. Когда-то они назывались Братством Сумеречных, и слава сноходцев, умеющих во плоти ходить по Граням мироздания, гремела по всей округе и дальше.
Добавить в моё избранное
167 мин, 14 сек 16131
Брюнетка подошла к страдальцу:
— Тебя полечить, малыш?
— Было бы неплохо. — Вит поднялся, сделал несколько неверных шагов и рухнул на кровать Нама. Втянул носом запах. — Блин, я когда-нибудь подохну после ночёвки у вас.
— Не подохнешь, гарантирую. — Девушка присела рядом с похмельным основателем Братства и осторожно положила ладони ему на виски. Помассировала. — Перевернись. — Тонкие изящные пальцы переместились на глазные яблоки, чуть надавили. Юноша блаженно замычал. Потом повернул голову набок, ловя губами ладонь.
— Спасибо.
— Вит! — Блондин ещё не рычал, но был к этому близок. Девушка фыркнула, поднялась и вышла. Вит проводил её взглядом, потом повернулся к брату.
— Нам, ты же знаешь, это сильнее меня.
— Борись, малой. Мы разъяснили с тобой этот вопрос раз и навсегда.
— Но…
— Полегчало?
— Да.
— В ванну.
Вит сполз с кровати и побрёл из комнаты. В спину ему прилетело полотенце:
— Брат, заканчивай пить.
— А что мне остаётся делать? Либо боль, либо алкоголь. Больше ничего не глушит. Бритву вы отобрали. А печень моя — как хочу, так и издеваюсь.
— Придурок.
— Ес-сть такое дело.
Вит вышел из комнаты, а старший из братьев присел на кровать.
— Когда же появилась эта трещина? — прошептал он себе. — Когда мы начали отдаляться друг от друга?
Братьями и сёстрами они начали называть себя ещё тогда, после «полигона»: смешавшаяся на сером снегу и запястьях кровь навсегда связала пятерых молодых энергетиков и существо с иной Грани. А когда Вит представил свой способ перехода и объяснил, как встречаться во снах, родилось название для команды: Сумеречное Братство.
«Отвратительный пафос, — сказал тогда Нам. — Но если всех устраивает»…
Всех устраивало. Раз за разом они засыпали в своих кроватях, и перед ними раскрывался огромный многогранный кристалл Большого Мира, чудесный, загадочный, сулящий приключения и знания. А когда было нужно явиться в него со всей возможной силой или вынести что-то материальное из этого пространства грёз и надежд, в изголовье засыпавших загорались свечи.
Изобретение Вита, столь же простое, сколь и гениальное: одна зачарованная свеча, настроенная на тело, вторая — её копия в мире сна. Именно эта, вторая, загораясь, притягивала к себе материальную оболочку. Первая служила стабилизатором перехода и маяком для возвращения.
Сова множество раз объясняла, что подобная система слишком проста, чтоб работать, и слишком опасна, чтоб ей пользоваться. «Будь всё так просто, — говорила она, — и такую хрень уже давно бы использовали. А если свечу потушат? А если она прогорит?».
«Я зачаровывал на неугасимое пламя, — раз за разом парировал Вит. — А касаемо прогорания… что ж, мы и так ограничены двенадцатью часами сна. Вот нам ещё один лимит».
Свечи работали. Непонятно как, «на соплях и предположениях», но работали. И Братство окунулось в круговерть авантюр и приключений. Время в различных реальностях текло для них по-разному, и бывало так, что за ночь они успевали прожить по нескольку недель, а то и месяцев. Их сила и опыт росли, они не боялись ни демонов, ни гнева богов, они жили и дышали полной грудью.
А жизнь тем временем текла своим чередом.
Лис убил год на тщательнейшее расследование, выжал все соки из команды и не без помощи Совы выяснил-таки расу их отца — он оказался инкубом, демоном совращения. На том дело и остановилось.
Сова безуспешно пыталась отыскать прежних друзей со своей Грани, но пока что эти поиски так ни к чему и не привели. Она сосредоточилась на изучении того, что было ближе к ней на тот момент, — на членах Братства. Опытным путём добралась до того, что помимо полукровок Вита и Лиса в команде присутствовала ещё одна — Кит. Нама осчастливили известием об одной четвёртой «чужой» крови в его жилах, а недовольной Багире досталась одна восьмая. Теперь пришелица с иной Грани билась над тем, как выяснить,«кто с кем когда-то переспал». Результаты пока получились только с Витом и Лисом, на большее не хватало средств: была нужна полноценная лаборатория.
Кит училась контролировать свои возможности метаморфа и отчаянно мухлевала на экзаменах, проклиная тот день и час, когда её понесло на МатМех.
Багира превосходила профессию каскадёра, жесточайшим образом отстаивая своё право на это «исконно мужское» занятие.
А Нам, спустя три года после того, как в астральных слоях впервые прозвучало слово «Сумеречные», познакомился с девушкой и ещё через полгода сделал ей предложение руки и сердца.
Она назвалась Син и не признавала иного имени. В ней была странная сила, совершенно не похожая на возможности Братства, но не менее, а то и более могущественная. В дела команды девушка никогда не встревала, считая, что её жених вправе заниматься тем, что ему нравится.
— Тебя полечить, малыш?
— Было бы неплохо. — Вит поднялся, сделал несколько неверных шагов и рухнул на кровать Нама. Втянул носом запах. — Блин, я когда-нибудь подохну после ночёвки у вас.
— Не подохнешь, гарантирую. — Девушка присела рядом с похмельным основателем Братства и осторожно положила ладони ему на виски. Помассировала. — Перевернись. — Тонкие изящные пальцы переместились на глазные яблоки, чуть надавили. Юноша блаженно замычал. Потом повернул голову набок, ловя губами ладонь.
— Спасибо.
— Вит! — Блондин ещё не рычал, но был к этому близок. Девушка фыркнула, поднялась и вышла. Вит проводил её взглядом, потом повернулся к брату.
— Нам, ты же знаешь, это сильнее меня.
— Борись, малой. Мы разъяснили с тобой этот вопрос раз и навсегда.
— Но…
— Полегчало?
— Да.
— В ванну.
Вит сполз с кровати и побрёл из комнаты. В спину ему прилетело полотенце:
— Брат, заканчивай пить.
— А что мне остаётся делать? Либо боль, либо алкоголь. Больше ничего не глушит. Бритву вы отобрали. А печень моя — как хочу, так и издеваюсь.
— Придурок.
— Ес-сть такое дело.
Вит вышел из комнаты, а старший из братьев присел на кровать.
— Когда же появилась эта трещина? — прошептал он себе. — Когда мы начали отдаляться друг от друга?
Братьями и сёстрами они начали называть себя ещё тогда, после «полигона»: смешавшаяся на сером снегу и запястьях кровь навсегда связала пятерых молодых энергетиков и существо с иной Грани. А когда Вит представил свой способ перехода и объяснил, как встречаться во снах, родилось название для команды: Сумеречное Братство.
«Отвратительный пафос, — сказал тогда Нам. — Но если всех устраивает»…
Всех устраивало. Раз за разом они засыпали в своих кроватях, и перед ними раскрывался огромный многогранный кристалл Большого Мира, чудесный, загадочный, сулящий приключения и знания. А когда было нужно явиться в него со всей возможной силой или вынести что-то материальное из этого пространства грёз и надежд, в изголовье засыпавших загорались свечи.
Изобретение Вита, столь же простое, сколь и гениальное: одна зачарованная свеча, настроенная на тело, вторая — её копия в мире сна. Именно эта, вторая, загораясь, притягивала к себе материальную оболочку. Первая служила стабилизатором перехода и маяком для возвращения.
Сова множество раз объясняла, что подобная система слишком проста, чтоб работать, и слишком опасна, чтоб ей пользоваться. «Будь всё так просто, — говорила она, — и такую хрень уже давно бы использовали. А если свечу потушат? А если она прогорит?».
«Я зачаровывал на неугасимое пламя, — раз за разом парировал Вит. — А касаемо прогорания… что ж, мы и так ограничены двенадцатью часами сна. Вот нам ещё один лимит».
Свечи работали. Непонятно как, «на соплях и предположениях», но работали. И Братство окунулось в круговерть авантюр и приключений. Время в различных реальностях текло для них по-разному, и бывало так, что за ночь они успевали прожить по нескольку недель, а то и месяцев. Их сила и опыт росли, они не боялись ни демонов, ни гнева богов, они жили и дышали полной грудью.
А жизнь тем временем текла своим чередом.
Лис убил год на тщательнейшее расследование, выжал все соки из команды и не без помощи Совы выяснил-таки расу их отца — он оказался инкубом, демоном совращения. На том дело и остановилось.
Сова безуспешно пыталась отыскать прежних друзей со своей Грани, но пока что эти поиски так ни к чему и не привели. Она сосредоточилась на изучении того, что было ближе к ней на тот момент, — на членах Братства. Опытным путём добралась до того, что помимо полукровок Вита и Лиса в команде присутствовала ещё одна — Кит. Нама осчастливили известием об одной четвёртой «чужой» крови в его жилах, а недовольной Багире досталась одна восьмая. Теперь пришелица с иной Грани билась над тем, как выяснить,«кто с кем когда-то переспал». Результаты пока получились только с Витом и Лисом, на большее не хватало средств: была нужна полноценная лаборатория.
Кит училась контролировать свои возможности метаморфа и отчаянно мухлевала на экзаменах, проклиная тот день и час, когда её понесло на МатМех.
Багира превосходила профессию каскадёра, жесточайшим образом отстаивая своё право на это «исконно мужское» занятие.
А Нам, спустя три года после того, как в астральных слоях впервые прозвучало слово «Сумеречные», познакомился с девушкой и ещё через полгода сделал ей предложение руки и сердца.
Она назвалась Син и не признавала иного имени. В ней была странная сила, совершенно не похожая на возможности Братства, но не менее, а то и более могущественная. В дела команды девушка никогда не встревала, считая, что её жених вправе заниматься тем, что ему нравится.
Страница 21 из 48
