Сумрачный лес

Перешагивая через черепки стаканов, тарелок и прочих пострадавших предметов, Оффендер подошел к Рее, опустился рядом с ней на одно колено и приподнял ее голову. Даже в данный момент она выглядела намного лучше, чем во время их последней встречи: волосы были расчесанными и блестящими от попадающего на них света, кожа приятно пахла какими-то цветами. Он смотрел на выражение ее лица. Таким спокойным оно может быть только у ребенка в минуты безмятежного сна. Уголки бледных губ едва приподнимались, создавая некое подобие улыбки, а точнее просто оставляя тень от нее.

Он рассматривал ее без устали. Вглядывался в каждый сантиметр тела. Теперь внимание мужчины привлекли ее руки. Исхудавшие тонкие кисти с длинными костлявыми пальцами были очень холодными. Этот холод казался трупным, исходящим будто от неживого тела. Своей ладонью Оффендер накрыл запястье девушки, сжимая его, словно захватывая в плен. Эти ощущения взбудоражили его. Что-то неимоверно привлекательное было в этом бессознательном теле. То ли это спокойствие, то ли податливость, а может все вместе, приправленное какой-то странной нетипичной красотой. Но может быть, она казалась ему такой только в нынешнем свое состоянии. Хотя в данные минуты ему меньше всего хотелось рассусоливать на эту тему.

Взяв девушку на руки, Оффендер встал и пошел на второй этаж в сторону спальни. Поднявшись по лестнице, он добрался до комнаты Реи, открыл дверь и аккуратно уложил ее на кровать. Стоя перед ней, он все еще наблюдал за ее спокойствием. Такого умиротворения он ни разу не видел ни на одном лице. Ни один мускул до сих пор не дрогнул. Она еще не собиралась возвращаться в сознание. Существо боролось со странным желанием, которое с каждым разом становилось все необузданней. Он еще точно не мог понять, что это вообще было, поэтому пока просто старался разобраться с непонятным ощущением. С особой заботой словно неверный муж, он сложил руки Реи на груди, поправил подушку под головой и расправил волосы, которые сейчас угольно-черной копной лежали на белой наволочке. Мертвецки-бледным пальцем мужчина провел по щеке девушки, спустился до шеи, потом до груди… Это белесое тело все больше раздражало его воображение. Он устелил все свободное пространство кровати розами. Так обычно раскладывают цветы в гробах. Разноцветные блестящие растения покоились будто бы рядом с трупом той, которая раньше сама была украшением.

Проверив пульс и убедившись, что этот «труп» еще не совсем таковой, мужчина медленно покинул комнату. Решив не торопиться, он вышел из дома и решил прогуляться по лесу. Как можно неспешней.

А в это время окончательно расстроенный Сплендор вернулся домой и тут же оказался под пристальным вниманием Трендера.

— Почему ты так рано вернулся? Что-то случилось?

— Офф меня убьет. Я все испортил.

— О чем ты говоришь?

Сплендор пошел в мастерскую, а модельер молча отправился за ним. Когда они оказались за закрытыми дверями, младший уселся на диван и пытался собраться с мыслями:

— Она неправильно все поняла. Теперь она думает, что мы лгали ей, чтобы заманить к Слендеру. А еще она меня выгнала.

— Что? — Трендеру этот поворот ну никак не нравился. — Что ты мог ей наговорить?

— Я всего лишь сказал, что думаю, что ей лучше принять предложение Слендера. Ведь никто из нас не знает, что он может с ней сделать.

— Сплендор… Ну как ты только додумался до этого? Мы же ее специально прятали, а после таких разговоров она естественно подумала, что мы все подстроили. Пустая твоя голова, — модник вздохнул. — Ладно, не переживай так. Мы попробуем что-нибудь придумать.

— Правда? Ты не сердишься на меня?

— Не сержусь, но вот от Оффа тебе пока стоит держаться подальше. Он пошел к ней чуть позже тебя и наверняка все видел.

— Это очень плохо.

— Да, но думать надо было раньше.

Сплендор поднялся с диванчика и пошел наверх. В коридоре на пути от гостиной до его комнаты ему не повезло натолкнуться на Слендера, который всем своим видом выражал подозрение и недоверие. Увидев расстроенного младшего брата, он решил поинтересоваться:

— С тобой все в порядке?

От этого вопроса он даже вздрогнул и начал что-то невнятно мямлить. Медленными шагами шут все дальше отходил от Безликого. Плелся так до тех пор, пока не оказался у своей комнаты.

Слендер понаблюдал за этим процессом, ухмыльнулся и все также безучастно скрылся в кабинете.

Спустя несколько часов домой вернулся Оффендер и без всяких приветствий, острот и подколов направился в мастерскую. Когда он хлопнул дверью, бедный Трендер чуть не повалил свой стенд с рисунками.

— Оффендер, что произошло?

— Черти что творится. Я не знаю, что это такое.

— Я понимаю, Сплендор наплошал, но с каждым может случиться…

— Плевать на это, — он прервал брата. — Я хочу убить ее.

— Что?