Фандом: Мстители. Сиквел к тексту «Стивен и его Плащ». После битвы Стивен Стрэндж забирает домой Плащ левитации и пробует привыкнуть к нему, своей новой роли в мире и наладить отношения с Кристин.
Добавить в моё избранное
214 мин, 19 сек 12748
Ещё немного продержусь. Спрашивай дальше.
— Вот только мучеников мне тут не надо! Вот что, Дом, усыпляй меня и потом сразу отодвинь Плащ подальше, где ему не будет вреда. Сможешь?
— Слышу слова не мальчика, но мужа, — пророкотал Дом. — Слушаюсь и повинуюсь, хранитель. Засыпай.
Тёплый вихрь подхватил Стивена, дав короткую передышку от боли. Поняв, что это и есть помощь Дома, он максимально расслабился и, сосредоточившись на дыхании, постарался уснуть.
Для Плаща левитации день, когда Стивен Стрэндж собрался стать полноправным хранителем нью-йоркского храма, стал одним из самых сложных за все столетия существования. Ни за одного своего хозяина прежде он не переживал так, как за Стивена, тщательно скрывая от него своё беспокойство с самого утра — не хотел задеть его гордость. Но позже, добравшись с ним в такси до храма, Плащ не удержался и, прикоснувшись к дверному косяку, попросил Дом:
— Дай ему шанс. Он лучше, чем кажется, обещаю.
— Ну, хорошо… — с большим сомнением протянул Дом, однако входную дверь всё же открыл.
То, что начал затем говорить и делать Стивен Стрэндж в присутствии Старейшины, удивило оба артефакта. И чем дольше Плащ наблюдал за любимым хозяином, тем отчётливее ощущал любопытство Дома, у которого прежде не было настолько необычных хранителей-магов. Нахальных, самоуверенных, с громадным чувством собственного достоинства и при этом удивительно искренних в выражении желаний и чувств.
— Он так мало знает и так мало учился магии, — разочарованно сообщил Дом Плащу после просьбы Стивена оставить его в живых.
— Но он готов учиться, — возразил Плащ. — И тебе он тоже начал нравиться, верно?
— Хм… Не знаю, не знаю… Но ладно, пусть хотя бы начнёт.
Плащ наблюдал за магической проверкой Стивена, за тем, как Дом просвечивает его насквозь, перелистывая мысли, чувства и эмоции, словно страницы одной из библиотечных книг. Затем, выслушав перепалку со Старейшиной и не дождавшись появления ритуального кинжала, потянулся к Дому и с удивлением услышал, как тот смеётся.
— Успокой своего врача-параноика, Плащ, — добродушно пророкотал Дом. — Мне хватило его воспоминаний о пациентах с окровавленными запястьями, о которых он думал полночи. Побережём психику нашего будущего хранителя и опустим эту часть, к тому же в прошлый раз он уже заляпал кровью паркет.
— Спасибо!
Искренне обрадованный Плащ поспешил передать хозяину волю Дома и принялся наблюдать за ритуалом дальше. Стивен, словно сбросив с плеч громадный камень, начал действовать гораздо увереннее и чётче, а Дом, связь с которым Плащ ощущал, сидя на полу рядом со Старейшиной, пристально следил за тем, чтобы всё было наколдовано верно.
— Так, хорошо… да… правильно… да, вот так… Знаешь, пожалуй, я понял, что ты в нём нашёл.
— Я же говорил, — довольно откликнулся Плащ.
— Да… Из него получится неплохой хранитель для меня.
— Только неплохой?
Дом промолчал, наблюдая за сотворением особо сложной матрицы, с которой Стивен справился блестяще и так легко, будто годами практиковал нечто подобное.
— Ну, ладно. Достойный хранитель. Мастер Агамотто его бы одобрил. Ты это хотел услышать, Плащ?
— Да, — подтвердил Плащ. — И раз уж ты признал это перед закреплением связи, может быть, подумаешь, как не навредить своему хранителю чересчур сильно? Ему и так досталось от Дормамму, да и рана до конца не зажила.
Дом тяжело вздохнул.
— Хочешь окончательно развеять мою репутацию неуживчивого, придирчивого и очень злобного садиста? На моем счету больше загубленных недостойных мастеров, чем у двух других храмов вместе взятых!
— Да, но ни у кого из храмов прежде не было в хранителях Стивена Стрэнджа, — продолжил уговоры Плащ, воодушевлённый тем, что Дом не отказался сразу. — Посмотри на него, он же не воин, а врач, привыкший спасать жизни. Он справедлив и милосерден, умён и терпелив, любопытен, но без желания навредить кому-то, он не жесток и всегда…
— Хватит, остановись!
— И Глаз Агамотто сразу ему подчинился, а тебе ведь известно, что эта великая Вещь не станет работать у того, кто имеет зло в сердце.
— Довольно, Плащ!
— И на тебя он очень похож.
— Что?! — Дом даже поперхнулся. — Это чем же?
Плащ понизил голос, будто смутившись, но ответил с большой страстью:
— Тем, что вы неимоверно потрясающие оба, Дом. Ты и Стивен. Вы оба представляете собой нечто большее, чем кажется на первый взгляд, и я с нетерпением жду, когда вы сможете действовать вместе.
Повисла пауза. Стивен искусно переплёл два очередных заклинания, полностью сосредоточившись на деле, а Плащ, прислушавшись к дыханию Дома, совсем другим, чуточку легкомысленным тоном добавил:
— И потом, разве ты не хочешь увидеть лица мастеров Камартаджа, когда Стивен явится к ним завтра бодрый и полный сил?
— Вот только мучеников мне тут не надо! Вот что, Дом, усыпляй меня и потом сразу отодвинь Плащ подальше, где ему не будет вреда. Сможешь?
— Слышу слова не мальчика, но мужа, — пророкотал Дом. — Слушаюсь и повинуюсь, хранитель. Засыпай.
Тёплый вихрь подхватил Стивена, дав короткую передышку от боли. Поняв, что это и есть помощь Дома, он максимально расслабился и, сосредоточившись на дыхании, постарался уснуть.
Для Плаща левитации день, когда Стивен Стрэндж собрался стать полноправным хранителем нью-йоркского храма, стал одним из самых сложных за все столетия существования. Ни за одного своего хозяина прежде он не переживал так, как за Стивена, тщательно скрывая от него своё беспокойство с самого утра — не хотел задеть его гордость. Но позже, добравшись с ним в такси до храма, Плащ не удержался и, прикоснувшись к дверному косяку, попросил Дом:
— Дай ему шанс. Он лучше, чем кажется, обещаю.
— Ну, хорошо… — с большим сомнением протянул Дом, однако входную дверь всё же открыл.
То, что начал затем говорить и делать Стивен Стрэндж в присутствии Старейшины, удивило оба артефакта. И чем дольше Плащ наблюдал за любимым хозяином, тем отчётливее ощущал любопытство Дома, у которого прежде не было настолько необычных хранителей-магов. Нахальных, самоуверенных, с громадным чувством собственного достоинства и при этом удивительно искренних в выражении желаний и чувств.
— Он так мало знает и так мало учился магии, — разочарованно сообщил Дом Плащу после просьбы Стивена оставить его в живых.
— Но он готов учиться, — возразил Плащ. — И тебе он тоже начал нравиться, верно?
— Хм… Не знаю, не знаю… Но ладно, пусть хотя бы начнёт.
Плащ наблюдал за магической проверкой Стивена, за тем, как Дом просвечивает его насквозь, перелистывая мысли, чувства и эмоции, словно страницы одной из библиотечных книг. Затем, выслушав перепалку со Старейшиной и не дождавшись появления ритуального кинжала, потянулся к Дому и с удивлением услышал, как тот смеётся.
— Успокой своего врача-параноика, Плащ, — добродушно пророкотал Дом. — Мне хватило его воспоминаний о пациентах с окровавленными запястьями, о которых он думал полночи. Побережём психику нашего будущего хранителя и опустим эту часть, к тому же в прошлый раз он уже заляпал кровью паркет.
— Спасибо!
Искренне обрадованный Плащ поспешил передать хозяину волю Дома и принялся наблюдать за ритуалом дальше. Стивен, словно сбросив с плеч громадный камень, начал действовать гораздо увереннее и чётче, а Дом, связь с которым Плащ ощущал, сидя на полу рядом со Старейшиной, пристально следил за тем, чтобы всё было наколдовано верно.
— Так, хорошо… да… правильно… да, вот так… Знаешь, пожалуй, я понял, что ты в нём нашёл.
— Я же говорил, — довольно откликнулся Плащ.
— Да… Из него получится неплохой хранитель для меня.
— Только неплохой?
Дом промолчал, наблюдая за сотворением особо сложной матрицы, с которой Стивен справился блестяще и так легко, будто годами практиковал нечто подобное.
— Ну, ладно. Достойный хранитель. Мастер Агамотто его бы одобрил. Ты это хотел услышать, Плащ?
— Да, — подтвердил Плащ. — И раз уж ты признал это перед закреплением связи, может быть, подумаешь, как не навредить своему хранителю чересчур сильно? Ему и так досталось от Дормамму, да и рана до конца не зажила.
Дом тяжело вздохнул.
— Хочешь окончательно развеять мою репутацию неуживчивого, придирчивого и очень злобного садиста? На моем счету больше загубленных недостойных мастеров, чем у двух других храмов вместе взятых!
— Да, но ни у кого из храмов прежде не было в хранителях Стивена Стрэнджа, — продолжил уговоры Плащ, воодушевлённый тем, что Дом не отказался сразу. — Посмотри на него, он же не воин, а врач, привыкший спасать жизни. Он справедлив и милосерден, умён и терпелив, любопытен, но без желания навредить кому-то, он не жесток и всегда…
— Хватит, остановись!
— И Глаз Агамотто сразу ему подчинился, а тебе ведь известно, что эта великая Вещь не станет работать у того, кто имеет зло в сердце.
— Довольно, Плащ!
— И на тебя он очень похож.
— Что?! — Дом даже поперхнулся. — Это чем же?
Плащ понизил голос, будто смутившись, но ответил с большой страстью:
— Тем, что вы неимоверно потрясающие оба, Дом. Ты и Стивен. Вы оба представляете собой нечто большее, чем кажется на первый взгляд, и я с нетерпением жду, когда вы сможете действовать вместе.
Повисла пауза. Стивен искусно переплёл два очередных заклинания, полностью сосредоточившись на деле, а Плащ, прислушавшись к дыханию Дома, совсем другим, чуточку легкомысленным тоном добавил:
— И потом, разве ты не хочешь увидеть лица мастеров Камартаджа, когда Стивен явится к ним завтра бодрый и полный сил?
Страница 34 из 63
