Фандом: Гарри Поттер. Отправляясь на помощь Гарри Поттеру в Министерство Магии, Альбус Дамблдор берет с собой Анну. В пылу сражения Анна Риддл влетает в шкаф с хроноворотами и оказывается в прошлом. Во времени, когда Темная Метка на ее руке для окружающих всего лишь забавная татуировка, а в маггловском приюте на окраине города живет мальчик по имени Томми Риддл. И перед Анной встает особая задача — воспитать собственного отца… и возродить Орден Вальпургиевых Рыцарей.
Добавить в моё избранное
131 мин, 25 сек 1848
— Нет, — произносит он после долгого раздумья. — Спасибо… Анна.
— Не за что, Том…
Стою за спиной Тома, глядя, как выплясывают в воздухе огненные буквы, складываясь самым причудливым образом. Он меня не замечает. Буквы складываются в до боли знакомую фразу и замирают.
«I am Lord Voldemort».
Резко выдыхаю. Том оборачивается на звук и видит меня.
— Анна?
— Том, — собираюсь с мыслями. — Что это?
— Мое новое имя, — пожимает плечами мальчик. — Правда, красиво?
«Полет смерти».
— Да, — киваю.
— В любом случае, это красивее, чем Гонт. Или, тем более, Риддл.
— Не имя красит человека, а человек имя, — говорю аккуратно.
Том недоверчиво фыркает.
— Ты решил отказаться от имени Гонт потому, что видел своего дядю, верно? — щурюсь. — И имя Риддл тебе не нравится, потому что это имя маггла. То есть, все эти имена тебе неприятны, потому что принадлежат недостойным личностям. А что было бы, если б имя Риддл носил сильный и богатый маг, перед которым склоняли колени многие древние и благородные Рода?
Том замирает.
— Так и будет, — продолжаю. — Перед Томом Риддлом склонятся многие…
— Перед Лордом Волдемортом, — обрывает меня Том. — Том Риддл — это маггл.
— Как тебе хочется, — улыбаюсь краем рта.
После четвертого курса мы с Томом отправляемся в Европу. Чтобы обезопасить детей от бушующей в Европе войны, директор Дурмстранга организовывает летний лагерь, и я уговариваю его принять туда Тома.
— Практика в русском языке тебе не будет лишней, — поясняю слегка недовольному мальчику. К тому же познакомишься с теми, кто учится в моей школе. Сравнишь образ мыслей учеников из разных стран.
— Есть разница? — Том стоит перед зеркалом уже в дорожной мантии, поправляя воротник.
— Да. И… запомни одно: «другое» — не значит«хуже».
— Я запомню, — серьезно говорит Том.
В отличие от предыдущих лет, Диппет разрешил нам с Томом прибыть в Хогвартс вместе с учениками первого сентября.
Два месяца в Дурмстранге, пусть и в летнем лагере, пошли Тому на пользу. Он вытянулся, лицо и руки покрыты загаром. Смотрю, как он идет по тропинке вместе с другими учениками.
— Как тебе отдых? — спрашиваю по-русски.
— Неплохо, — Том пожимает плечами и представляет меня темноволосому парню с глубоко посаженными глазами.
Долохов.
— Тони, это моя мама, Анна Монро, — говорит Том. — Анна, это Антонин Долохов.
— Рада знакомству, — делаю книксен.
— Взаимно, мадам, — кланяется Долохов. — Вы хорошо знаете русский.
— Я училась здесь, — улыбаюсь приветливо.
— О! — в глазах Долохова — уважение. — Давно закончили?
— В тринадцатом году.
— Еще до революции…
— Да, — киваю.
И я знаю, что примерно в это время должен быть создан Орден Вальпургиевых Рыцарей.
Шестнадцатилетие Тома отмечаем тихо. В Косой Переулок мы не идем — Том почему-то не хочет. Домовые эльфы пекут для него большой торт — вафельный, с кремом. Такой, какой он любит.
— Теперь я могу убивать? — тихий голос Тома выводит меня из задумчивости.
Вдох, выдох.
— Да. Теперь это не будет вредить твоему магическому ядру.
— Почему другие об этом не знают?
— Чистокровные знают. Но не говорят. И не будут говорить, Том.
Том какое-то время молчит, затем кивает.
— Это правильно.
А через два месяца после начала семестра умирает Мелани Миртл, ученица третьего курса Когтеврана.
Альбус Дамблдор вылавливает меня в одну из ночей, когда я обхожу коридоры Хогвартса.
— Анна?
— Да, Альбус? — смотрю на декана Гриффиндора. — Чем могу быть полезна?
— Думали, я не узнаю? — во взгляде Дамблдора — холод.
— О чем именно? — приподнимаю бровь.
— Смерть мисс Миртл через два месяца после того, как вашему сыну исполнилось шестнадцать. Странное совпадение, вам не кажется?
— Или через месяц после того, как исполнилось шестнадцать мистеру Дюпре с Гриффиндора, — улыбаюсь краем рта. — Альбус, вы хотите обвинить Тома в том, чего он не делал? Ведь уже установлено, что мисс Миртл убил паук вашего студента, мистера Хагрида.
Дамблдор ничего не говорит. Какое-то время он сверлит меня взглядом, затем разворачивается и уходит.
Фыркаю.
Дамблдор идиот. Я знаю, что Том не убивал Миртл. Я слишком хорошо знаю как своего сына Тома Риддла, так и своего отца, моего Лорда.
— Не за что, Том…
Стою за спиной Тома, глядя, как выплясывают в воздухе огненные буквы, складываясь самым причудливым образом. Он меня не замечает. Буквы складываются в до боли знакомую фразу и замирают.
«I am Lord Voldemort».
Резко выдыхаю. Том оборачивается на звук и видит меня.
— Анна?
— Том, — собираюсь с мыслями. — Что это?
— Мое новое имя, — пожимает плечами мальчик. — Правда, красиво?
«Полет смерти».
— Да, — киваю.
— В любом случае, это красивее, чем Гонт. Или, тем более, Риддл.
— Не имя красит человека, а человек имя, — говорю аккуратно.
Том недоверчиво фыркает.
— Ты решил отказаться от имени Гонт потому, что видел своего дядю, верно? — щурюсь. — И имя Риддл тебе не нравится, потому что это имя маггла. То есть, все эти имена тебе неприятны, потому что принадлежат недостойным личностям. А что было бы, если б имя Риддл носил сильный и богатый маг, перед которым склоняли колени многие древние и благородные Рода?
Том замирает.
— Так и будет, — продолжаю. — Перед Томом Риддлом склонятся многие…
— Перед Лордом Волдемортом, — обрывает меня Том. — Том Риддл — это маггл.
— Как тебе хочется, — улыбаюсь краем рта.
После четвертого курса мы с Томом отправляемся в Европу. Чтобы обезопасить детей от бушующей в Европе войны, директор Дурмстранга организовывает летний лагерь, и я уговариваю его принять туда Тома.
— Практика в русском языке тебе не будет лишней, — поясняю слегка недовольному мальчику. К тому же познакомишься с теми, кто учится в моей школе. Сравнишь образ мыслей учеников из разных стран.
— Есть разница? — Том стоит перед зеркалом уже в дорожной мантии, поправляя воротник.
— Да. И… запомни одно: «другое» — не значит«хуже».
— Я запомню, — серьезно говорит Том.
В отличие от предыдущих лет, Диппет разрешил нам с Томом прибыть в Хогвартс вместе с учениками первого сентября.
Два месяца в Дурмстранге, пусть и в летнем лагере, пошли Тому на пользу. Он вытянулся, лицо и руки покрыты загаром. Смотрю, как он идет по тропинке вместе с другими учениками.
— Как тебе отдых? — спрашиваю по-русски.
— Неплохо, — Том пожимает плечами и представляет меня темноволосому парню с глубоко посаженными глазами.
Долохов.
— Тони, это моя мама, Анна Монро, — говорит Том. — Анна, это Антонин Долохов.
— Рада знакомству, — делаю книксен.
— Взаимно, мадам, — кланяется Долохов. — Вы хорошо знаете русский.
— Я училась здесь, — улыбаюсь приветливо.
— О! — в глазах Долохова — уважение. — Давно закончили?
— В тринадцатом году.
— Еще до революции…
— Да, — киваю.
Глава 39. Орден Вальпургиевых Рыцарей
На пятом курсе Том получает значок старосты факультета. После этого он почти не появляется у меня в комнатах, все время посвящая учебе, своим обязанностям и общению со своими однокурсниками — Лестрейнджем, Ноттом, Эйвери и Мальсибером.И я знаю, что примерно в это время должен быть создан Орден Вальпургиевых Рыцарей.
Шестнадцатилетие Тома отмечаем тихо. В Косой Переулок мы не идем — Том почему-то не хочет. Домовые эльфы пекут для него большой торт — вафельный, с кремом. Такой, какой он любит.
— Теперь я могу убивать? — тихий голос Тома выводит меня из задумчивости.
Вдох, выдох.
— Да. Теперь это не будет вредить твоему магическому ядру.
— Почему другие об этом не знают?
— Чистокровные знают. Но не говорят. И не будут говорить, Том.
Том какое-то время молчит, затем кивает.
— Это правильно.
А через два месяца после начала семестра умирает Мелани Миртл, ученица третьего курса Когтеврана.
Альбус Дамблдор вылавливает меня в одну из ночей, когда я обхожу коридоры Хогвартса.
— Анна?
— Да, Альбус? — смотрю на декана Гриффиндора. — Чем могу быть полезна?
— Думали, я не узнаю? — во взгляде Дамблдора — холод.
— О чем именно? — приподнимаю бровь.
— Смерть мисс Миртл через два месяца после того, как вашему сыну исполнилось шестнадцать. Странное совпадение, вам не кажется?
— Или через месяц после того, как исполнилось шестнадцать мистеру Дюпре с Гриффиндора, — улыбаюсь краем рта. — Альбус, вы хотите обвинить Тома в том, чего он не делал? Ведь уже установлено, что мисс Миртл убил паук вашего студента, мистера Хагрида.
Дамблдор ничего не говорит. Какое-то время он сверлит меня взглядом, затем разворачивается и уходит.
Фыркаю.
Дамблдор идиот. Я знаю, что Том не убивал Миртл. Я слишком хорошо знаю как своего сына Тома Риддла, так и своего отца, моего Лорда.
Страница 31 из 40
