Фандом: Гарри Поттер. Отправляясь на помощь Гарри Поттеру в Министерство Магии, Альбус Дамблдор берет с собой Анну. В пылу сражения Анна Риддл влетает в шкаф с хроноворотами и оказывается в прошлом. Во времени, когда Темная Метка на ее руке для окружающих всего лишь забавная татуировка, а в маггловском приюте на окраине города живет мальчик по имени Томми Риддл. И перед Анной встает особая задача — воспитать собственного отца… и возродить Орден Вальпургиевых Рыцарей.
Добавить в моё избранное
131 мин, 25 сек 1847
Вместо ответа я пинаю полуразвалившуюся дверь.
— Опять ты?! — шипит на парселтанге Морфин Гонт. Прошедшие с моего последнего визита годы ничуть его не приукрасили.
— Я, — отвечаю на том же языке.
— Что тебе надо?!
— Познакомься, Том, — говорю вместо ответа. — Морфин Гонт. Брат твоей матери. Сын Марволо Гонта. Глава Древнейшего и Благороднейшего Рода Гонт. Рода, в котором течет кровь Салазара Слизерина.
— Сын шлюхи, — брызгает слюной Морфин, глядя на перекошенное ужасом и брезгливостью лицо Тома. — Твоя рожа — точь-в-точь рожа того маггла, Риддла. Ублюдок…
Последним словом мой двоюродный дед давится, получив посохом под челюсть.
— Еще одно слово, гаденыш, — говорю по-английски, — и ты только ползать сможешь. Хотя, думаю, тебе не привыкать…
— Идем отсюда! — вдруг говорит Том. — Анна!
Разворачиваюсь, бросив последний взгляд на замершего Морфина Гонта.
Том несется по улице, не разбирая дороги. Я едва успеваю догнать его где-то на середине пути.
— Том! Том!
— Анна… — на лице мальчика — ужас. — Что… кто…
Втискиваю в зубы Тома склянку с Успокаивающим. Я предусмотрительная — я помню, как мне было жутко после приюта.
Успокаивающее помогает. Через минуту Том снова собран и серьезен. Он ничего не говорит, но я понимаю, как он напряжен.
— Как звали мою мать? — вдруг спрашивает он.
— Меропа, — отвечаю. — Меропа Риддл, в девичестве — Гонт.
— Значит, вы не моя мать, — вдруг с горечью говорит Том. — Вы ведь Анна…
— Я говорила тебе это, — тяжело вздыхаю. — Ты думал, я обманываю?
— Все говорят, что я очень на вас похож. К тому же тот лазурный цвет Зелья Родства…
Том не договаривает.
— Зелье может ошибаться, — отвечаю, ощущая себя предательницей. — Но я действительно твоя родственница.
— Что стало с моей матерью?
— Она умерла, дав тебе жизнь, — говорю Тому. — Умерла в том приюте, откуда я забрала тебя.
— Умерла… А отец? Почему он не забрал меня?
Вместо ответа смотрю в глаза мальчика тем взглядом, которым на меня иногда смотрел мой Лорд. И во взгляде Тома постепенно рождается огонек догадки.
— Твоего отца зовут Том Риддл, — произношу аккуратно. — Он живет в этой же деревне. И он отказался от тебя и от твоей матери еще до твоего рождения.
— И по какой причине?
— Потому что твоя мать была ведьмой.
— Так это…
Том не договаривает. Понимание вспыхивает в его взгляде.
— Он сказал, что… Он маггл, верно? — тихо произносит он таким тоном, от которого у меня ползут мурашки по коже.
— Да…
— Мой отец не маг, а гадкий маггл…
Ощущаю, как вокруг начинают скручиваться потоки магии…
— Том, успокойся, — обхватываю мальчика руками, притискиваю к себе, не давая вырваться стихийному выбросу. — Тихо… все хорошо…
— Нет! Пустите!
— Идиот, ты сейчас все разнесешь! — шиплю на парселтанге возмущенному мальчику. — В Азкабан хочешь?!
— Я их просто убью, — вдруг совершенно спокойным голосом говорит Том. — Этого… Гонта и этого… Риддла.
Вздыхаю.
— Том. Те, в ком течет кровь Слизеринов, не могут убивать друг друга, — отпускаю мальчика. — Ты не сможешь убить своего дядю. Думаешь, мне этого не хотелось?
— Тогда я убью Риддла, — соглашается Том, помолчав.
— А это… Это, увы, не сейчас, — перехватываю посох. — Не раньше, чем тебе будет шестнадцать.
— И что меня удержит?
— Хочешь разбить себе ядро и умереть через полгода от того, что тебя выжжет собственная магия? — смотрю в карие глаза, в которых плещется пламя силы Темного Лорда. — Шестнадцать лет, Том. Не раньше.
— Во сколько лет вы первый раз убили человека?
— В шестнадцать, — отвечаю.
— И по какой причине?
«По вашему приказу, мой Лорд»…
— Это… входило в обучение.
— Ясно.
— Том… — говорю максимально спокойно. — Если я виновата, то я хочу об этом знать. Но, прошу, прекрати меня изводить.
Том пожимает плечами.
— Как хотите. Почему вы не сказали мне раньше?
— О твоих родителях?
— Да.
— Раньше ты был не готов.
— Информация — это не магия, — возражает Том. — От нее не бывает магического истощения.
— Не бывает. Но информация тоже может быть оружием. Нужные слова в нужное время могут быть действеннее любых заклятий. Я едва удержала тебя от необдуманных поступков даже в твои четырнадцать. Ты уверен, что раньше тебе было бы легче?
Том молчит.
— Опять ты?! — шипит на парселтанге Морфин Гонт. Прошедшие с моего последнего визита годы ничуть его не приукрасили.
— Я, — отвечаю на том же языке.
— Что тебе надо?!
— Познакомься, Том, — говорю вместо ответа. — Морфин Гонт. Брат твоей матери. Сын Марволо Гонта. Глава Древнейшего и Благороднейшего Рода Гонт. Рода, в котором течет кровь Салазара Слизерина.
— Сын шлюхи, — брызгает слюной Морфин, глядя на перекошенное ужасом и брезгливостью лицо Тома. — Твоя рожа — точь-в-точь рожа того маггла, Риддла. Ублюдок…
Последним словом мой двоюродный дед давится, получив посохом под челюсть.
— Еще одно слово, гаденыш, — говорю по-английски, — и ты только ползать сможешь. Хотя, думаю, тебе не привыкать…
— Идем отсюда! — вдруг говорит Том. — Анна!
Разворачиваюсь, бросив последний взгляд на замершего Морфина Гонта.
Том несется по улице, не разбирая дороги. Я едва успеваю догнать его где-то на середине пути.
— Том! Том!
— Анна… — на лице мальчика — ужас. — Что… кто…
Втискиваю в зубы Тома склянку с Успокаивающим. Я предусмотрительная — я помню, как мне было жутко после приюта.
Успокаивающее помогает. Через минуту Том снова собран и серьезен. Он ничего не говорит, но я понимаю, как он напряжен.
— Как звали мою мать? — вдруг спрашивает он.
— Меропа, — отвечаю. — Меропа Риддл, в девичестве — Гонт.
— Значит, вы не моя мать, — вдруг с горечью говорит Том. — Вы ведь Анна…
— Я говорила тебе это, — тяжело вздыхаю. — Ты думал, я обманываю?
— Все говорят, что я очень на вас похож. К тому же тот лазурный цвет Зелья Родства…
Том не договаривает.
— Зелье может ошибаться, — отвечаю, ощущая себя предательницей. — Но я действительно твоя родственница.
— Что стало с моей матерью?
— Она умерла, дав тебе жизнь, — говорю Тому. — Умерла в том приюте, откуда я забрала тебя.
— Умерла… А отец? Почему он не забрал меня?
Вместо ответа смотрю в глаза мальчика тем взглядом, которым на меня иногда смотрел мой Лорд. И во взгляде Тома постепенно рождается огонек догадки.
— Твоего отца зовут Том Риддл, — произношу аккуратно. — Он живет в этой же деревне. И он отказался от тебя и от твоей матери еще до твоего рождения.
— И по какой причине?
— Потому что твоя мать была ведьмой.
— Так это…
Том не договаривает. Понимание вспыхивает в его взгляде.
— Он сказал, что… Он маггл, верно? — тихо произносит он таким тоном, от которого у меня ползут мурашки по коже.
— Да…
— Мой отец не маг, а гадкий маггл…
Ощущаю, как вокруг начинают скручиваться потоки магии…
— Том, успокойся, — обхватываю мальчика руками, притискиваю к себе, не давая вырваться стихийному выбросу. — Тихо… все хорошо…
— Нет! Пустите!
— Идиот, ты сейчас все разнесешь! — шиплю на парселтанге возмущенному мальчику. — В Азкабан хочешь?!
— Я их просто убью, — вдруг совершенно спокойным голосом говорит Том. — Этого… Гонта и этого… Риддла.
Вздыхаю.
— Том. Те, в ком течет кровь Слизеринов, не могут убивать друг друга, — отпускаю мальчика. — Ты не сможешь убить своего дядю. Думаешь, мне этого не хотелось?
— Тогда я убью Риддла, — соглашается Том, помолчав.
— А это… Это, увы, не сейчас, — перехватываю посох. — Не раньше, чем тебе будет шестнадцать.
— И что меня удержит?
— Хочешь разбить себе ядро и умереть через полгода от того, что тебя выжжет собственная магия? — смотрю в карие глаза, в которых плещется пламя силы Темного Лорда. — Шестнадцать лет, Том. Не раньше.
Глава 38. I am Lord Voldemort
Том не разговаривает со мной неделю. И эта неделя мне дается тяжелее, чем минутное Круцио от Лорда. И только через неделю за завтраком Том задает мне вопрос:— Во сколько лет вы первый раз убили человека?
— В шестнадцать, — отвечаю.
— И по какой причине?
«По вашему приказу, мой Лорд»…
— Это… входило в обучение.
— Ясно.
— Том… — говорю максимально спокойно. — Если я виновата, то я хочу об этом знать. Но, прошу, прекрати меня изводить.
Том пожимает плечами.
— Как хотите. Почему вы не сказали мне раньше?
— О твоих родителях?
— Да.
— Раньше ты был не готов.
— Информация — это не магия, — возражает Том. — От нее не бывает магического истощения.
— Не бывает. Но информация тоже может быть оружием. Нужные слова в нужное время могут быть действеннее любых заклятий. Я едва удержала тебя от необдуманных поступков даже в твои четырнадцать. Ты уверен, что раньше тебе было бы легче?
Том молчит.
Страница 30 из 40
