Последняя ошибка директора

— Финелли тряс Каркарова за грудки.

— Да живы они все! Живы! В Англии остались! Что с ними сделается?!

— Но если они там, то почему ты здесь? — спросила с нордическим спокойствием Брунгильда.

— Да, действительно!

— Он воскрес! — трагическим голосом проговорил Каркаров.

— Кто конкретно? — спросил Якоб. — Иисус Христос? Владимир Ленин? Граф Сен-Жермен? Рамзес Второй?

— Ленина не трожь! — послышалось от двери.

О, особист наш очухался. Назначили нам это чудо еще в конце сороковых. Правда ничего о нас сообщать он не мог. Так посылал отчеты под диктовку умных людей. Потом все это заглохло, но особист прижился. Оказалось, что идти бедолаге некуда. Вот тогдашний директор и взял его кем-то вроде старшего дворника. С работой он справляется, но иногда его разбирает. Да, зовут это чудо природы Иван Прокофьевич Кривозуб.

— Прокофьич, не бузи! — строго сказала я. — Никто твоего Ленина не трогает. Как и Рамзеса Второго. Народ интересуется, кто там у них в Англии воскрес.

— В-в… в-в… — начал Каркаров, — Темный Лорд у них воскрес.

— То, что у англичан лорды и леди всякие имеются, мы наслышаны, — сказал Черноморов, — а чего он темный-то? Из Африки что ли?

— Он великий темный маг, — почему-то шепотом проговорил Каркаров. — Его… его зовут… В-в-в…

— Вильям? Воланд? Вульпер? Викланд? Вольдемар? — начала перечислять Брунгильда.

— Волдеморда его зовут, — подал голос Кузьмич, — я читал про него.

— Так и зовут? — удивился Финелли.

Каркаров содрогнулся и схватился за левое предплечье.

— Чего это у него там? — проявил бдительность Прокофьич.

Каркаров попытался смыться, но от Черноморова и Миколы еще никто не уходил. Особенно, если страхует Брунгильда и я с помелом.

— Ни фига себе татушка! — заценил Финелли.

— А-а-а-а, — сиреной завыл Прокофьич, — вот оно как! Не проверили во-время! Уголовничек… Так-так-так… В глаза смотреть, враг народа!

— Уберите его от меня! — завизжал Игорек и хлопнулся в обморок.

— С ума все посходили, — строго проговорила Марья Искусница, — свяжите его там чем-нибудь, чтобы не удрал и будем решать, что делать. Связь у нас какая-нибудь есть? Кто там за старшего остался? Ван дер Декен? Бухгольц? Галеаццо, в жизни не поверю, что вы с приятелями связаться не можете? Передатчик мне еще когда притаскивали на консультацию.

— Так он если только корабль на месте стоит, — ответил Финелли.

— А кто мешает проверить?

И все рванули в обитель наших мареманов, где кроме моделей судов, всякого оборудования хранилась и старая радиостанция, которую старательно чинили Финелли и Бухгольц. Хайнц мужик вполне приличный. Вот уж кто точно своих не бросит. Его и сняли с подводной лодки, когда немцы свои базы у нас на Севере устраивали. Остался, прижился, сошелся с бывшим союзничком Финелли и с нашим капитаном Ван дер Декеном. Теперь управляет нашим кораблем в подводном положении. Два у нас капитана.

Связанного Каркарова уложили на диван, с которого Финелли с извинениями убрал какие-то тряпки. Хм… тряпки по виду женские. Интересненько. Но сейчас не до того. Галеаццо задвинул тряпки ногой под диван, там отчетливо зазвенело. Кузьмич насторожил уши.

— Ты бы это, превратился что ли, — попросил его Черноморов.

Кузьмич покрутил лапой у виска. А, он же оборотень у нас, так что сейчас на нем только шерсть. И хвостик… пупочкой. Действительно, ну его на фиг, такое зрелище. Пусть лучше зайцем побудет.

Финелли содрал с радиостанции какую-то парчовую занавеску. Вот на фига она парчовая? Другой не было? Или для любимого прибора все самое лучшее? Электричества и прочего у нас нету, батареи заряжали всем коллективом. Потом плюнули и приспособили какой-то артефакт, лично Марьюшкой состряпанный. Искусница она у нас, по-другому и не скажешь. Галеаццо тублерами пощелкал, ручки всякие покрутил, антенну за окно выдвинул, наушники напялил и начал вызывать.

Мы терпеливо ждали. Наконец послышался ответный писк. Коллективным вздохом облегчения чуть стекла не повыбивало. Галеаццо аж на стуле подпрыгнул и снова ключиком застучал. Вскоре сеанс закончился.

— Значит так, — доложился наш боевой пловец, сняв наушники, — на этом самом Турнире самым жульническим образом всплыл четвертый участник. Второй от Хогвартса. Некто Гарри Поттер, мы про него слышали. А во время третьего тура произошла какая-то накладка. Оба представителя Хогвартса исчезли из лабиринта вместе с Кубком. Потом вернулся Поттер с трупом второго чемпиона. И заявил, что Волдеморт возродился. Никто ничего не понял, но Игорь удрал, бросив всех. Корабль в порядке, капитаны справятся, домой всех доставят. Да еще, на Крама кто-то Империо накладывал.

Несколько секунд все присутствующие переваривали информацию.

— Так я не поняла, — сказала Брунгильда, — почему Игорь сбежал и всех бросил?