Двадцать три часа

Точнее, пришью, но любой адвокат скажет, что опознание по рисунку со спины — хуйня полная. Но она опознала и сумку. И что получается? Какая-то баба вышла из их квартиры с этой сумкой, потом передала эту сумку Гришке, причем по описанию баба на Гришку похожа, а по базе — совсем нихуя.

— Это вообще говно вопрос, — отмахнулся Лагутников. — На мою тещу ее дед похож, причем двоюродный. Если бы не юбка и усы, хуй отличишь, выебешь по ошибке.

— Дед что, в юбке ходит? — схохмил Юрка.

— Не, просто теща усатая, — на полном серьезе ответил Лагутников. — Зачем им сумка? Не ребенка же в ней тащить? И заметь, Легков пошел с ней к электричке или еще куда. Знать бы, видел ли кто-нибудь эту сумку когда-нибудь еще.

Он не отрываясь смотрел на дверь квартиры Плотниковой.

— Что ты хочешь? — с подозрением спросил Юрка. — Думаешь, она дома уже?

— Все может быть, — и с этими словами Лагутников уверенно нажал на звонок.

Некоторое время спустя Юрка отмер.

— Ты что творишь? Витька? Совсем ебанулся?

— Красин прикроет, если что, — отмахнулся Лагутников, осторожно поворачивая в замочной скважине отмычку. — Не ссы.

— Ты… ты спятил! — Но попытки предстать добропорядочным ментом у Юрки выходили какие-то робкие. Лагутников тем временем дождался щелчка в замке и нажал на ручку.

— Запиздывай. Только тихо.

— Еблан ты, — подытожил Юрка, проскальзывая следом за Лагутниковым в приоткрытую дверь. — А если она вернется?

— Оперативная необходимость, — отрезал Лагутников.

— Что ты несешь? Совсем крышей тронулся?

— Тихо. Телефон дай, — Лагутников аккуратно закрыл дверь.

Юрка протянул Лагутникову смартфон. В квартире было тихо. Где-то капала вода, Юрка наступил на что-то, к счастью, это оказались какие-то тапки.

Чувствовал он себя настоящим преступником.

— Если тут была баба, то поищем ее следы, — пояснил Лагутников. — Не думаю, что Плотникова успела все выкинуть.

Он определенно знал, куда идти и что делать. Юрка только тихо диву давался — вначале, а после стал по-настоящему охреневать.

— Помада. А это? Что-то вроде тонального крема.

Лагутников раздумывал, бросить ли найденные улики обратно в мусорное ведро или все-таки взять в ОВД. С одной стороны, к материалам проверки их приложить было абсолютно нереально, проще было вернуться и официально изъять, правда, для начала надо было перевести Плотникову из потерпевшей в подозреваемые.

— А это что? Гондон. — Лагутников посветил на него смартфоном и разжал пальцы. Презерватив смачно шлепнулся поверх пустых бутылок. — Люблю я нашу работу.

— Эта баба тут с кем-то еблась? — задумчиво проговорил Юрка. — Выходит, что сестра, или кто она там, все же была?

Лагутников не отвечал. Сунув помойное ведро на место — ватные диски он все-таки бросил обратно — он направился в туалет.

— Ты что, другого места вообще не нашел? — зашипел Юрка.

Лагутников потерял терпение.

— Слушай, долбоеб, тебе не лучше было бы внизу на стреме постоять? — спросил он. — Смотри. Стульчак опущен. Редкая баба, не поссав, из дому выйдет…

Юрка вздохнул. Последней из этой квартиры выходила Плотникова. Лагутников закрыл туалет и направился в ванную. Там он долго смотрел на стены, полотенца, подошел и потрогал зубные щетки. Юрка недоумевал, а Лагутников становился все мрачнее. Отодвинул Юрку в сторону, он прошел в комнаты, сначала в одну, потом в другую.

— Не понял, — процедил он.

Юрка тоже не очень понял. Судя по всему, ребенка в этой квартире не было уже некоторое время.

— Все, пошли, пока нас действительно не замели.

Они вышли на улицу, аккуратно заперев дверь. Юрка только подивился, где и когда участковый оперуполномоченный капитан Лагутников научился так ловко вскрывать замки, но результат того стоил.

— Будешь? — спросил Лагутников, закуривая. — Ну и правильно, не привыкай… Совершенно точно: Плотникова врет, ребенка у нее никто не крал. Сегодня — как два пальца обоссать не крали.

— Основания? — ехидно спросил Юрка, пародируя Красина.

— Детская кроватка сложена, — легко парировал Лагутников. — В ванной сохнут труселя и ни одной детской вещи. Вообще ни следа пребывания ребенка. Мне-то уж поверь.

Юрка верил. В опыте многодетного отца он не сомневался ни минуты.

— Думаешь, она воспользовалась отсутствием Легкова и решила замутить шантаж?

Лагутников сплюнул.

— Пошли в отдел. А ты считаешь, Легков отсутствовал? — в свою очередь спросил он и тут же сам ответил: — Во-первых, эту кровать хуй соберешь, хуй разберешь. Даже я бы вкрай заебся, хотя у меня руки не из жопы растут. Во-вторых, щеткой и бритвой недавно пользовались. В-третьих, гондон…

— Дался тебе этот гондон, — в сердцах сказал Юрка, понимая, что Лагутников прав.