Фандом: Гарри Поттер. Если обстоятельства против, тот тут уже ничего не поделаешь. Они могут убить доброту, желания, доверие… Плохие обстоятельства могут озлобить и ожесточить даже самую милосердную душу. Но что они сделают с любовью? Убьют или заставят переродиться?
Добавить в моё избранное
205 мин, 5 сек 7264
Впрочем, Гермиона была уверена, что ничего у неё к нему не было, всё было игрой, в которой она вовремя не остановилась. Малфой же, получая очередную порцию негатива, подавлял в себе остатки симпатии, которая когда-то существовала к этой неугомонной гриффиндорке. Он надеялся, когда увидел её впервые после возвращения, что они смогут нормально общаться, хотя бы обмениваться приветствиями и общими фразами, ведь война закончилась, и Гермиона должна была оставить в прошлом те ужасные события. Но она не только не оставила, но стала ещё суровее, ещё настороженнее ко всем реабилитированным Пожирателям. Очевидно, война отобрала у неё больше, чем казалось на первый взгляд. Она лишила девушку доверия.
И вот теперь, когда времена изменились до неузнаваемости и каждый из героев войны был более-менее устроен, жизнь снова свела бывших возлюбленных. «Судьба», — скажете вы. «Просто издевательство», — ответят вам оба. — Это просто невероятно! — делилась впечатлениями Гермиона, стоя перед зеркалом и старательно расчёсывая волосы. — Григорович интерпрайзес«ищет специалиста по связям с общественностью. Я просто не могу остаться в стороне!»
— Конечно, Гермиона, — участливо кивала Джинни, сидя на кровати подруги в домашнем халате. Сегодня в Мунго была не её смена и она планировала провести весь день дома. Давние подруги снимали квартиру вскладчину в тихом районе Лондона. Им было проще ужиться друг с другом, чем сходить с ума в компании вечно нервного Гарри на Площади Гриммо, куда он их звал поселиться. Они тогда с улыбками до ушей в один голос говорили ему, что это плохая идея, что им не будет спокойной жизни. К тому же, Джинни совершенно не хотела видеться с Гарри чаще, чем пару раз в месяц. В их отношениях были постоянные конфликты, и они пришли к выводу, что лучше пока пожить раздельно. Вот что бывает, если выходишь замуж сразу после школы. Прошло несколько лет, и Гарри с Джинни устали выяснять отношения, да еще и вечно на публику. Сначала они разъехались, спустя ещё несколько лет подали на развод, но не явились ни на одно слушание. Однако нельзя сказать, что эти двое горевали или ненавидели друг друга. Они прекрасно ужинали вместе и часто неплохо проводили время. Наверно поэтому никто из них не подписывался под документом о расторжении брака.
— Только с чего ты взяла, что они возьмут тебя? Это крупнейшая компания во всей Европе…
— Именно поэтому и обязаны взять, — Гермиона то и дело поднимала бровь, хмурясь в отражении. — Они только недавно на нашем рынке. Здесь все сотрудничают только с «Оливандер синдастриз».
Да, компания «Григорович интерпрайзес» стремительно ворвалась на рынок волшебных палочек Британии, потеснив давнего монополиста в этой области — компанию«Оливандерс индастриз». Оба рода имели многовековую историю и, следовательно, соответствующую репутацию. Однако совершенно новый импульс их традиционный бизнес по изготовлению волшебных палочек получил с приходом к управлению делами более дипломатичных и расчётливых членов семьи. «Григорович интерпрайзес» возглавлял один из потомков последнего хранителя Бузинной палочки (ну, по крайней мере, этот род владел ею до того момента как Гриндевальд похитил ее). Его звали Александр Григорович, ему было чуть больше сорока, и он стремительно заключал выгодные сделки, чего нельзя было сказать о Гертруде Оливандер, младшей сестре господина Оливандера, в свое время продавшего Гарри его волшебную палочку.
— Думаешь, ты им подойдёшь? — Джинни хотела немного отрезвить подругу, а то в последнее время она стала немного переоценивать свои возможности. — Помнится, тебя выгнали с прошлого места работы.
— Кто же виноват, что старуха Оливандер так неразборчива в мужчинах, а я, между прочим, спасла её от международного скандала в прошлом году, — возмутилась Гермиона, закончив с волосами и перейдя к глазам. Макияж должен быть безупречным, она ведь идет на собеседование к мужчине. — Зачем выходила замуж за вчерашнего студента, если ревнует его теперь ко всем женщинам…
— Об этом она как-то не упомянула в твоей характеристике, — усмехнулась Джинни. — Кстати, не ожидала от Колина.
— Да, я тоже, о чём собственно и спросила его при встрече, — Гермиона закончила с глазами и поправляла одежду. — Но старуха Оливандер не поверила. Решила, что я с ним флиртую. А там слово за слово, сама знаешь.
— Знаю, — согласилась Джинни. — Видела характеристику, которую она тебе накатала. Целых пять свитков о том, какой ты некомпетентный работник. — В этот момент Гермиона развернулась к подруге, как бы прося оценить её вид. Тёмно-коричневая юбка-карандаш прекрасно сочеталась с кофейной блузкой без рукавов. На дворе была весна, солнце радовало теплом. Джинни сказала с улыбкой: — 5 баллов Гриффиндору за чрезмерную решимость!
Гермиона лишь усмехнулась. Джинни любила свою подругу именно за твёрдый характер и непоколебимую веру в себя. К тому же амбиции Грейнджер были не на пустом месте.
И вот теперь, когда времена изменились до неузнаваемости и каждый из героев войны был более-менее устроен, жизнь снова свела бывших возлюбленных. «Судьба», — скажете вы. «Просто издевательство», — ответят вам оба. — Это просто невероятно! — делилась впечатлениями Гермиона, стоя перед зеркалом и старательно расчёсывая волосы. — Григорович интерпрайзес«ищет специалиста по связям с общественностью. Я просто не могу остаться в стороне!»
— Конечно, Гермиона, — участливо кивала Джинни, сидя на кровати подруги в домашнем халате. Сегодня в Мунго была не её смена и она планировала провести весь день дома. Давние подруги снимали квартиру вскладчину в тихом районе Лондона. Им было проще ужиться друг с другом, чем сходить с ума в компании вечно нервного Гарри на Площади Гриммо, куда он их звал поселиться. Они тогда с улыбками до ушей в один голос говорили ему, что это плохая идея, что им не будет спокойной жизни. К тому же, Джинни совершенно не хотела видеться с Гарри чаще, чем пару раз в месяц. В их отношениях были постоянные конфликты, и они пришли к выводу, что лучше пока пожить раздельно. Вот что бывает, если выходишь замуж сразу после школы. Прошло несколько лет, и Гарри с Джинни устали выяснять отношения, да еще и вечно на публику. Сначала они разъехались, спустя ещё несколько лет подали на развод, но не явились ни на одно слушание. Однако нельзя сказать, что эти двое горевали или ненавидели друг друга. Они прекрасно ужинали вместе и часто неплохо проводили время. Наверно поэтому никто из них не подписывался под документом о расторжении брака.
— Только с чего ты взяла, что они возьмут тебя? Это крупнейшая компания во всей Европе…
— Именно поэтому и обязаны взять, — Гермиона то и дело поднимала бровь, хмурясь в отражении. — Они только недавно на нашем рынке. Здесь все сотрудничают только с «Оливандер синдастриз».
Да, компания «Григорович интерпрайзес» стремительно ворвалась на рынок волшебных палочек Британии, потеснив давнего монополиста в этой области — компанию«Оливандерс индастриз». Оба рода имели многовековую историю и, следовательно, соответствующую репутацию. Однако совершенно новый импульс их традиционный бизнес по изготовлению волшебных палочек получил с приходом к управлению делами более дипломатичных и расчётливых членов семьи. «Григорович интерпрайзес» возглавлял один из потомков последнего хранителя Бузинной палочки (ну, по крайней мере, этот род владел ею до того момента как Гриндевальд похитил ее). Его звали Александр Григорович, ему было чуть больше сорока, и он стремительно заключал выгодные сделки, чего нельзя было сказать о Гертруде Оливандер, младшей сестре господина Оливандера, в свое время продавшего Гарри его волшебную палочку.
— Думаешь, ты им подойдёшь? — Джинни хотела немного отрезвить подругу, а то в последнее время она стала немного переоценивать свои возможности. — Помнится, тебя выгнали с прошлого места работы.
— Кто же виноват, что старуха Оливандер так неразборчива в мужчинах, а я, между прочим, спасла её от международного скандала в прошлом году, — возмутилась Гермиона, закончив с волосами и перейдя к глазам. Макияж должен быть безупречным, она ведь идет на собеседование к мужчине. — Зачем выходила замуж за вчерашнего студента, если ревнует его теперь ко всем женщинам…
— Об этом она как-то не упомянула в твоей характеристике, — усмехнулась Джинни. — Кстати, не ожидала от Колина.
— Да, я тоже, о чём собственно и спросила его при встрече, — Гермиона закончила с глазами и поправляла одежду. — Но старуха Оливандер не поверила. Решила, что я с ним флиртую. А там слово за слово, сама знаешь.
— Знаю, — согласилась Джинни. — Видела характеристику, которую она тебе накатала. Целых пять свитков о том, какой ты некомпетентный работник. — В этот момент Гермиона развернулась к подруге, как бы прося оценить её вид. Тёмно-коричневая юбка-карандаш прекрасно сочеталась с кофейной блузкой без рукавов. На дворе была весна, солнце радовало теплом. Джинни сказала с улыбкой: — 5 баллов Гриффиндору за чрезмерную решимость!
Гермиона лишь усмехнулась. Джинни любила свою подругу именно за твёрдый характер и непоколебимую веру в себя. К тому же амбиции Грейнджер были не на пустом месте.
Страница 8 из 58
