Фандом: Гарри Поттер. За что Снейп не любил Хеллоуин.
Добавить в моё избранное
6 мин, 16 сек 11292
— Да мы вообще на смертенинах были! — Поттер поспешил оправдаться. — У Почти-безголового Ника, вот!
Ну да. Самое место для двенадцатилеток — смертины местного привидения. Каждый ребёнок мечтает провести вечер с призраками среди вонючей протухшей еды вместо того, чтобы веселиться вместе с остальными.
— Я допускаю, что мистер Поттер действительно мог оказаться здесь случайно, — начал Снейп.
Ну и чем всё закончилось? Конечно же, заявлением директора о полнейшей невиновности Поттера!
— Скажите, Альбус, а если Поттер попытается у вас на глазах загрызть, к примеру, меня… хотя нет — будем немного реалистичнее. Пусть… допустим, Малфоя, — Профессор Снейп и не думал скрывать своего сарказма. — Вы скажете, что тот его спровоцировал и мальчик, бесспорно, не виноват? Или что?
— Северус, вы несправедливы к мистеру Поттеру! — привычно начал директор, и Снейп так же привычно перестал его слушать. Он думал о том, что милый мальчик Гарри Поттер еще выкинет за этот учебный год — но и предположить не мог, что же произойдет на самом деле.
Следующий Хэллоуин Снейп мог бы назвать почти что спокойным — и даже немного забавным, хотя обосновавшийся в Хогвартсе «оборотень домашний», как он именовал Люпина, его раздражал просто безмерно.
Но кружившие вокруг Хогвартса дементоры к олимпийскому спокойствию никак не располагали — и помимо утроенного количества успокоительных зелий ему еще приходилось постоянно отслеживать свой персональный кошмар — не получивший, к великой радости Снейпа, разрешения на посещение Хогсмида Поттер как-то умудрялся выбираться из замка. Без нарушения правил наша знаменитость, похоже, просто не мыслила своего существования.
И это при том, что мальчишку разыскивал Блэк! Впрочем, что с Поттера было взять — весь в своего безмозглого папашу. Но директор-то должен был понимать, насколько это опасно! Он-то знал Блэка!
Но мальчишку даже не наказали — и Хэллоуин для Снейпа вновь оказался совершенно испорчен.
В конце года, после феерического явления и столь же феерического отбытия Блэка верхом на беглом гиппогрифе, он уже не удивлялся довольной физиономии Поттера, приложившего руки к этому безобразию. И радовало его только одно — «ручного волка» директора из Хогвартса удалось убрать. Нет, все-таки все профессора ЗОТИ были безответственными идиотами — не выпить аконитовое в полнолуние мог только гриффиндорец. И тот, кто его на эту должность взял — тоже гриффиндорец, кстати.
Нового Хэллоуина Снейп ожидал с напряжением. Ну, быть не могло такого, чтобы при таком количестве гостей — да каких! Один Каркаров, старый приятель, дракклы бы его взяли, чего стоил — ничего не случилось! То, что Поттер умудрился угодить в чемпионы, наплевав на все запреты и ограничения, его даже не удивило. Поттер и неприятности для Снейпа давно уже стали синонимами. Мелкий поганец, между тем, в очередной раз спёр у него из кладовой жабросли. Достойный преемник Мародеров — может, если понадобится, сменить на боевом посту Флетчера. Ну и разумеется, в очередной раз Поттер вляпался по полной программе, «поучаствовав» не только в Турнире, но и в возрождении Лорда.
Хеллоуин пятого курса Поттера прошел под знаком розовой жабы и очередных поттеровских выходок — какая оклюменция могла быть у лишенного мозгов имбецила? — на шестом курсе были бесполезные попытки сварить зелье для спасения Альбуса — и кретин Поттер, раздобывший его старый учебник по зельям и угодивший в любимчики Слагхорна. А потом кретин опробовал его, Снейпа, Сектумпсемпру на Малфое — и чуть не угробил мальчишку.
На последнем курсе Поттера, хвала Мерлину, в Хогвартсе не было. Как и Уизли с Грейнджер. Зато были доморощенные садисты Кэрроу и малолетние «Герои», решившие поиграть в Сопротивление с полусумашедшими Пожирателями смерти. А еще надо было ухитриться передать Поттеру меч Гриффиндора. И информацию о том, что сам Поттер — хоркрукс Лорда и может быть уничтожен его же, Лорда, Авадой. Так что, умирая в Визжащей хижине с чувством выполненного долга, Снейп мог с облегчением подумать, что больше в его жизни не будет ни Хеллоуина, ни Поттера. Как не будет и самой давно осточертевшей ему жизни.
Ну да. Самое место для двенадцатилеток — смертины местного привидения. Каждый ребёнок мечтает провести вечер с призраками среди вонючей протухшей еды вместо того, чтобы веселиться вместе с остальными.
— Я допускаю, что мистер Поттер действительно мог оказаться здесь случайно, — начал Снейп.
Ну и чем всё закончилось? Конечно же, заявлением директора о полнейшей невиновности Поттера!
— Скажите, Альбус, а если Поттер попытается у вас на глазах загрызть, к примеру, меня… хотя нет — будем немного реалистичнее. Пусть… допустим, Малфоя, — Профессор Снейп и не думал скрывать своего сарказма. — Вы скажете, что тот его спровоцировал и мальчик, бесспорно, не виноват? Или что?
— Северус, вы несправедливы к мистеру Поттеру! — привычно начал директор, и Снейп так же привычно перестал его слушать. Он думал о том, что милый мальчик Гарри Поттер еще выкинет за этот учебный год — но и предположить не мог, что же произойдет на самом деле.
Следующий Хэллоуин Снейп мог бы назвать почти что спокойным — и даже немного забавным, хотя обосновавшийся в Хогвартсе «оборотень домашний», как он именовал Люпина, его раздражал просто безмерно.
Но кружившие вокруг Хогвартса дементоры к олимпийскому спокойствию никак не располагали — и помимо утроенного количества успокоительных зелий ему еще приходилось постоянно отслеживать свой персональный кошмар — не получивший, к великой радости Снейпа, разрешения на посещение Хогсмида Поттер как-то умудрялся выбираться из замка. Без нарушения правил наша знаменитость, похоже, просто не мыслила своего существования.
И это при том, что мальчишку разыскивал Блэк! Впрочем, что с Поттера было взять — весь в своего безмозглого папашу. Но директор-то должен был понимать, насколько это опасно! Он-то знал Блэка!
Но мальчишку даже не наказали — и Хэллоуин для Снейпа вновь оказался совершенно испорчен.
В конце года, после феерического явления и столь же феерического отбытия Блэка верхом на беглом гиппогрифе, он уже не удивлялся довольной физиономии Поттера, приложившего руки к этому безобразию. И радовало его только одно — «ручного волка» директора из Хогвартса удалось убрать. Нет, все-таки все профессора ЗОТИ были безответственными идиотами — не выпить аконитовое в полнолуние мог только гриффиндорец. И тот, кто его на эту должность взял — тоже гриффиндорец, кстати.
Нового Хэллоуина Снейп ожидал с напряжением. Ну, быть не могло такого, чтобы при таком количестве гостей — да каких! Один Каркаров, старый приятель, дракклы бы его взяли, чего стоил — ничего не случилось! То, что Поттер умудрился угодить в чемпионы, наплевав на все запреты и ограничения, его даже не удивило. Поттер и неприятности для Снейпа давно уже стали синонимами. Мелкий поганец, между тем, в очередной раз спёр у него из кладовой жабросли. Достойный преемник Мародеров — может, если понадобится, сменить на боевом посту Флетчера. Ну и разумеется, в очередной раз Поттер вляпался по полной программе, «поучаствовав» не только в Турнире, но и в возрождении Лорда.
Хеллоуин пятого курса Поттера прошел под знаком розовой жабы и очередных поттеровских выходок — какая оклюменция могла быть у лишенного мозгов имбецила? — на шестом курсе были бесполезные попытки сварить зелье для спасения Альбуса — и кретин Поттер, раздобывший его старый учебник по зельям и угодивший в любимчики Слагхорна. А потом кретин опробовал его, Снейпа, Сектумпсемпру на Малфое — и чуть не угробил мальчишку.
На последнем курсе Поттера, хвала Мерлину, в Хогвартсе не было. Как и Уизли с Грейнджер. Зато были доморощенные садисты Кэрроу и малолетние «Герои», решившие поиграть в Сопротивление с полусумашедшими Пожирателями смерти. А еще надо было ухитриться передать Поттеру меч Гриффиндора. И информацию о том, что сам Поттер — хоркрукс Лорда и может быть уничтожен его же, Лорда, Авадой. Так что, умирая в Визжащей хижине с чувством выполненного долга, Снейп мог с облегчением подумать, что больше в его жизни не будет ни Хеллоуина, ни Поттера. Как не будет и самой давно осточертевшей ему жизни.
Страница 2 из 2
