Беллиорские ёжики настолько суровы…

1. Договор аренды

— Эль, ну нет у меня сейчас свободных… в смысле, не занятых рабов! — Рей-Нар оторвался от микроскопа. — Сам знаешь, горячая пора, сенокос…

Сенокосом начальник биологического корпуса Первой Беллиорской экспедиции немудряще называл сбор растительных образцов.

— Потом всё это разбирать, оформлять… В общем, чего я тебе тут втолковываю, сам, что ли, на биофаке не учился? Никуда твои разлюбезные беллиорские крокодилы не денутся — как грелись все эти дни на отмели, так и дальше будут греться! А у нас веники вянут!

— Рей… — произнёс зоолог с выражением бесконечного терпения на синеглазом лице, — Я вот буквально только что выбил из Мон-Со вертолёт и пилота на завтра для доставки экспедиции в нужную точку. А ты знаешь, насколько проблематично что-то выбить из комэска! И что, всё отменять? Из-за того, что у вас тут рук не хватает управляться с вашими гербариями? Нет, я, конечно, и один могу отправиться — меня не затянет! Но генерал распорядился не пускаться в одиночные экспедиции по Гудвинии, и я его вполне понимаю. Да и к тому же… кто мне будет таскать аппаратуру и управляться с ней?

Разбиравшие тут же охапки «веников» ботаники Гин-Ол и Тай-Эн почти синхронно хрюкнули и уткнулись в душистые ворохи трав. Их помощники, арзаки Немир и Кираз, словно ничего не заметили, оставаясь по-прежнему бесстрастными, как и полагалось рабам.

— Ну-у-у, Эль… Кто ж виноват, что с тобой техника не дружит! — протянул Рей-Нар и показал кулак развеселившимся младшим коллегам.

Техника и правда «не дружила» с зоологом Эль-Суном. Капризничала, отказывалась работать, а то и внезапно ломалась, едва он только пытался её включить. То ли от Эля исходило какое-то вредоносное излучение, то ли просто у техники конкретно на него была какая-то своя особая аллергия — никто, даже сам Эль-Сун, не понимал, в чём причины такой странной аномальности. Под его рукой даже неприхотливые и ко всему привыкшие дверные звонки и кнопки лифтов срабатывали только раза со второго или третьего. О кухонной технике или там компьютерах и говорить было нечего.

Правда, надо отдать ему должное, Эль-Сун никогда в такие моменты не терялся. Но то, что он делал в качестве приведения барахлящей техники в чувство, в свою очередь приводило в замешательство, а то и конкретный ступор всех, кто это видел. Зоолог брал капризный механизм в руки (если позволяли размеры) или просто клал ладони на его корпус и начинал… поглаживать. При этом он называл зловредное устройство всякими ласковыми эпитетами и уговаривал «быть умницей».

Второй ступор у зрителей начинался, когда после таких вот «плясок с бубном» вырубившаяся, казалось бы, намертво аппаратура… вдруг начинала работать! И пахала безукоризненно, пока её не выключали.

В чём была причина и этой аномальности — никто, включая самого «шамана», опять таки не знал. Коллеги-биологи полушутя прозвали этот феномен «эффектом Эль-Суна» и всё советовали товарищу однажды взять и начать исследовать самого себя и свои способности.

— Глядишь — и ещё одну монографию напишешь! — говорил ушедший на втором курсе в медакадемию бывший сокурсник Эля Тен-Тра, но «шаман» только отмахивался. Изучать самого себя — да что он, неведома зверюшка, что ли? Лучше смотаться, к примеру, в пустыню — там такие интересные скорпионы ползают!

В общем-то, в обычной жизни умственные задвиги техники Эль-Суну уже давно не мешали — ибо привык. Но вот в профессиональной… Вот так захочешь ты, допустим, сфотографировать или записать самозабвенно щебечущую на ветке птичку — а вместо этого тебе чуть ли не полчаса приходится умасливать отказавший фотоаппарат или диктофон. И к тому времени, когда эта зараза наконец-то соизволяет перестать придуриваться — птички уже и след простыл.

Потому в свои вылазки зоолог и старался брать ещё кого-нибудь, чтобы самому не тратить время на шаманские пляски вокруг исследовательской аппаратуры.

Но сегодня, как нарочно, все приписанные к био-корпусу арзаки были заняты по уши. Не вытаскивать же из медотсека Тен-Тра, опять таки как нарочно припаханного Лон-Гором на разбор и систематизацию данных сравнительного анализа крови арзаков и беллиорцев!

— Я могу тебе дать ценный совет, — смилостивился над Эль-Суном Рей-Нар. — Дойди до тех, кто сейчас особо не занят и попроси рабов у них. Да вот хотя бы у связистов! Им по должности положено с аппаратурой возиться, заодно и будет, кому её чинить — если что! У них, вроде, пока нет запарки с работой, так что может, Ра-Хор и даст тебе напрокат своего арзака-невидимку. Ну а остальных, если понадобятся, ещё у кого-нибудь займёшь.

Ра-Хором звали сурового пожилого майора, начальника экспедиционного узла связи. Про него было известно, что в своей области он был настоящим асом, что на Рамерии преподавал в одной из военных школ младших специалистов, не раз побеждал в квалификационных соревнованиях и просто на дух не выносил беспорядка и расхлябанности.