Фандом: Изумрудный город. Менвит-зоолог Эль-Сун отправляется в автономную экспедицию к Большой реке изучать беллиорских крокодилов. В качестве связиста и помощника он арендует у начальника связи «Диавоны» Ра-Хора его личного раба и ассистента Лана. Что ожидает пришельцев — избранника и раба в лесах Гудвинии? Ведь пока они изучают местное зверьё, в Ранавире грядут нашествие мышей, Дни Безумия вещей и прочие«приятные» события канона!
Добавить в моё избранное
274 мин, 43 сек 11639
— Шахта, это Шаман! Мы в лесу у Большой Реки. Автономная зооэкспедиция. Говорит Эль-Сун, руководитель. У нас пропала связь с Ранавиром. В оговоренное время в 12.00 они не вышли в эфир и до сих пор молчат. Аппаратура у нас в исправности. Такое ощущение, что случилось что-то у них. Шахта, вам что-нибудь известно?
— Шаман, мы не в курсе. Но сейчас попробуем всё проверить. Ждите, не отключайтесь!
Далее несколько минут было слышно, как связист горняков столь же безуспешно, как и зоолог, пытается достучаться до основного лагеря.
— Шаман, я — Шахта! — затем переключился он. — У нас — та же хрень! Ничего не понимаю!
— Шахта, вы можете отправить кого-нибудь, чтобы разузнали, в чём причины сбоя связи? А потом сообщить нам на нашей частоте?
— Дельная мысль! — одобрили почти на другом конце Гудвинии. — Сейчас сообщу начальству, пусть примут меры. Наш канал — 2418.
— Принято, Шахта! Наш канал — 2460! Ждём вас! Отбой!
— Отбой!
— Ффух! — Эль откинулся на ствол дерева, у подножья которого сидел. — Хоть какая-то определённость! Теперь остаётся только ждать.
Ждать… От копей до замка было не так уж и далеко, бригады горняков гоняли туда и обратно пешком. Но в распоряжении коменданта рудника на случай разных нештатных ситуаций был также и вертолёт.
— Если они пошлют вертушку, — сказал Эль-Сун, — то следующего сеанса связи с Шахтой нам нужно будет ждать часа полтора — два. Если пошлют кого-нибудь из рабов — то и того дольше. Надеюсь, у них там, в комендатуре не идиоты сидят!
— В таком случае, господин, я, пожалуй, не стану пока выключать рацию, — арзак вопросительно посмотрел на избранника, и тот кивнул.
Следующие час или полтора прошли в напряжённом ожидании. Чтобы как-то скоротать время, занялись делом: приготовили еду, пообедали, просмотрели снимки крокодильчиков, отобрали самые удачные на взгляд Эль-Суна.
И никто из двоих даже не заикнулся о своих опасениях, что, может быть, все эти снимки теперь окажутся бесполезны. И если вдруг в Ранавире действительно случилось что-нибудь непоправимое (например, внезапное нападение беллиорцев), и самого лагеря (а также и тех, кто прилетел вместе с ними) больше нет…
Думать о страшном не хотелось. Но то Эль, то Лан нет-нет, да и бросали тревожный взгляд на молчащую рацию.
Иногда эти взгляды встречались…
Наконец, к исходу второго часа эфирного молчания, когда нервы обоих были уже напряжены до такой степени, что впору было плюнуть на всё и попытаться рискнуть и через пол-Гудвинии пробиться к оставленному лагерю, зашипел динамик.
— Шаман, я — Шахта, приём! Слышите меня?
— Слышу вас, Шахта! — более лёгкий и гибкий Лан одним кошачьим прыжком очутился у рации, опередив Эля. Бросил на него виноватый взгляд — мол, всё понимаю, но давайте с наказаниями потом? — Какие новости?
— Только что вернулся наш гонец. База на месте, все живы… — Эль и Лан, не сговариваясь, синхронно выдохнули, — Только у них возникли очень серьёзные проблемы!
В голосе неведомого собеседника была слышна явная растерянность.
— Что у них там стряслось, Шахта?
— Мыши! — в некотором офигении отозвались горняки, — Беллиорские мыши! Целые полчища пришли ночью в Ранавир и погрызли и разбили всё, что можно было погрызть и разбить! Пострадали все службы, включая медиков, электриков и связистов! Так что связи не будет ещё какое-то время — пока не заменят провода! Кстати, мы передали, что вы связались с нами. Башня (позывной Ра-Хора) просит вас пока не дёргаться и если что — передавать всё через нас. К вечеру обещают закончить ремонт и связаться с вами. Ориентировочное время проверочного сеанса — двадцать ноль-ноль по местному, если Башня не успеет с ремонтом — включайте рацию на приём через каждые полчаса до полуночи.
— Принято, Шахта! Спасибо вам за помощь! Будем на связи!
— Служим Рамерии, Шаман! Ладно, давайте там, не пропадайте! Отбой!
Лан выключил рацию и поднял взгляд на Эль-Суна. В глазах арзака зоолог прочёл то же самое, что чувствовал сам: недоумение, удивление, замешательство и… облегчение.
— Значит, мыши… — протянул менвит. И покачал головой. — Суровые, однако, на Беллиоре мышки!
— Вот это, я понимаю, настоящий шестнадцатиэтажный мат! — Эль с восхищением вслушивался в разносящийся над рекой свирепый, с явственно оскорбительными интонациями рёв хвостатых бойцов.
— Шаман, мы не в курсе. Но сейчас попробуем всё проверить. Ждите, не отключайтесь!
Далее несколько минут было слышно, как связист горняков столь же безуспешно, как и зоолог, пытается достучаться до основного лагеря.
— Шаман, я — Шахта! — затем переключился он. — У нас — та же хрень! Ничего не понимаю!
— Шахта, вы можете отправить кого-нибудь, чтобы разузнали, в чём причины сбоя связи? А потом сообщить нам на нашей частоте?
— Дельная мысль! — одобрили почти на другом конце Гудвинии. — Сейчас сообщу начальству, пусть примут меры. Наш канал — 2418.
— Принято, Шахта! Наш канал — 2460! Ждём вас! Отбой!
— Отбой!
— Ффух! — Эль откинулся на ствол дерева, у подножья которого сидел. — Хоть какая-то определённость! Теперь остаётся только ждать.
Ждать… От копей до замка было не так уж и далеко, бригады горняков гоняли туда и обратно пешком. Но в распоряжении коменданта рудника на случай разных нештатных ситуаций был также и вертолёт.
— Если они пошлют вертушку, — сказал Эль-Сун, — то следующего сеанса связи с Шахтой нам нужно будет ждать часа полтора — два. Если пошлют кого-нибудь из рабов — то и того дольше. Надеюсь, у них там, в комендатуре не идиоты сидят!
— В таком случае, господин, я, пожалуй, не стану пока выключать рацию, — арзак вопросительно посмотрел на избранника, и тот кивнул.
Следующие час или полтора прошли в напряжённом ожидании. Чтобы как-то скоротать время, занялись делом: приготовили еду, пообедали, просмотрели снимки крокодильчиков, отобрали самые удачные на взгляд Эль-Суна.
И никто из двоих даже не заикнулся о своих опасениях, что, может быть, все эти снимки теперь окажутся бесполезны. И если вдруг в Ранавире действительно случилось что-нибудь непоправимое (например, внезапное нападение беллиорцев), и самого лагеря (а также и тех, кто прилетел вместе с ними) больше нет…
Думать о страшном не хотелось. Но то Эль, то Лан нет-нет, да и бросали тревожный взгляд на молчащую рацию.
Иногда эти взгляды встречались…
Наконец, к исходу второго часа эфирного молчания, когда нервы обоих были уже напряжены до такой степени, что впору было плюнуть на всё и попытаться рискнуть и через пол-Гудвинии пробиться к оставленному лагерю, зашипел динамик.
— Шаман, я — Шахта, приём! Слышите меня?
— Слышу вас, Шахта! — более лёгкий и гибкий Лан одним кошачьим прыжком очутился у рации, опередив Эля. Бросил на него виноватый взгляд — мол, всё понимаю, но давайте с наказаниями потом? — Какие новости?
— Только что вернулся наш гонец. База на месте, все живы… — Эль и Лан, не сговариваясь, синхронно выдохнули, — Только у них возникли очень серьёзные проблемы!
В голосе неведомого собеседника была слышна явная растерянность.
— Что у них там стряслось, Шахта?
— Мыши! — в некотором офигении отозвались горняки, — Беллиорские мыши! Целые полчища пришли ночью в Ранавир и погрызли и разбили всё, что можно было погрызть и разбить! Пострадали все службы, включая медиков, электриков и связистов! Так что связи не будет ещё какое-то время — пока не заменят провода! Кстати, мы передали, что вы связались с нами. Башня (позывной Ра-Хора) просит вас пока не дёргаться и если что — передавать всё через нас. К вечеру обещают закончить ремонт и связаться с вами. Ориентировочное время проверочного сеанса — двадцать ноль-ноль по местному, если Башня не успеет с ремонтом — включайте рацию на приём через каждые полчаса до полуночи.
— Принято, Шахта! Спасибо вам за помощь! Будем на связи!
— Служим Рамерии, Шаман! Ладно, давайте там, не пропадайте! Отбой!
Лан выключил рацию и поднял взгляд на Эль-Суна. В глазах арзака зоолог прочёл то же самое, что чувствовал сам: недоумение, удивление, замешательство и… облегчение.
— Значит, мыши… — протянул менвит. И покачал головой. — Суровые, однако, на Беллиоре мышки!
5. Менвитские развлечения
В свете последних событий Эль-Сун решил пока не переносить лагерь на другое место, а отложил эту акцию на утро следующего дня. Вместо перебазирования снова сходили «в гости» к крокодилам, сделали несколько видеозаписей — в том числе и редкостную запись потрясающе яростной драки между двумя крупными самцами. В процессе наблюдения за этим захватывающим зрелищем обнаружили, что беллиорские крокодилы небезголосы!— Вот это, я понимаю, настоящий шестнадцатиэтажный мат! — Эль с восхищением вслушивался в разносящийся над рекой свирепый, с явственно оскорбительными интонациями рёв хвостатых бойцов.
Страница 13 из 79
