Крысиные бега

— А я, может, не готов, — буркнул Сириус, но, кажется, больше для вида. — На нудную и скучную.

— Она же не всегда такой будет, — улыбнулась Лили и ему. — Может быть, сначала… но со временем…

— Со временем война закончится! — перебил её Сириус.

— Хорошо бы, — вздохнул Джеймс. — Но вообще не знаю… может быть, и правда написать?

— И получить отказ?

Началось, подумал Питер. Теперь так и будут спорить и ходить по кругу и ни до чего не договорятся. А хотя… может, и пусть их? В конце концов, письмо он может написать и сам, а потом скажет, мол, а я так понял, мы решили. И потом, если Дамблдор откажет, они о письме и не узнают, а если согласится — разве кто-нибудь откажется от встречи?

Так что пока Джеймс с Сириусом спорили, он сидел и сочинял письмо. Выходило скверно, весь запал он, кажется, успел истратить, и Питер не один лист скомкал и выкинул под стол, прежде чем услышал кое-что странное.

— Не знаю. Он даже на письмо мне не ответил.

Питер насторожился.

— Он вообще видел Гарри? — спросил Сириус.

— Видел, забежал на несколько минут… Странный он стал.

Питера это заинтересовало. Настолько, что он сразу забыл о письме. Неужели?

— Оставьте Ремуса в покое, — попросила Лили. — Ему и так несладко. И вообще, может быть, он устроился на работу.

— А смысл ему работать? — пожал плечами Джеймс.

Гарри в этот момент захныкал, и Лили, замахав на мужа и его друзей руками, забрала малыша и ушла с ним наверх. «Наверное, кормить», — подумал Питер.

— Я и ему предлагал денег.

— Ремус гордый, — отмахнулся Сириус, и Питера это неприятно царапнуло. Ремус, значит, гордый — а у него, Питера, выходит, гордости нет? — Наверное, если он и работает, то где-то у магглов. У нас… не знаю, я бы на его месте не рисковал.

— Так что его, в каменоломне заперли? — возмутился Джеймс. — Мог бы в ответ написать хоть пару строк. Так его как… как вообще нет.

Питер старался унять бешено колотящееся сердце. Что, если он все понял неправильно? Не Джеймс согласился на предложение Того… а, чтоб его. Того Лорда. А Ремус?

Кошка, чей уютный сон так резко потревожили, ходила вокруг ног Джеймса и недовольно мяукала.

— Отстань, — с раздражением попросил Джеймс. — Тебе только бы лопать.

Питер решил подать голос.

— Я тут… начал писать, — промямлил он. — Хотите послушать?

— Не хотим, — оборвал его Сириус. — Я не вернусь в Орден на таких условиях. Если нас и возьмут обратно, то… — Он пересел на стул задом наперёд, обхватил руками спинку и положил голову на стиснутые руки. — Знаете что? Я предлагаю наведаться к Моуди.

— Мы далеко от него пойдём, — хмыкнул Джеймс. — Я так далеко ещё никогда и не был. Больше чем уверен, что этот параноик и уговорил Дамблдора вышвырнуть нас как котят.

Кошка обиженно подошла к Питеру, и он почесал её за ухом. Наверху появилась Лили. Она недовольно стискивала рукой блузку на груди и смотрела на всех чрезвычайно сердито.

— Знаете что, джентльмены? Если вы и дальше собираетесь так орать, то проваливайте отсюда вон! — посоветовала она. — Джеймс, если ты не забыл, у нас ребёнок. И вы своими криками мешаете ему спать.

— А эта миссис, как её? Лоуэлл? Ну, та соседка, которая всегда таращится в коляску, говорила, что Гарри плохо спит потому, что он ещё некрещёный, — заметил Джеймс.

— Предрассудки! — фыркнула Лили. — Гарри очень спокойный ребёнок.

Спокойный ребёнок как раз в это время решил, что пора показать, кто в этом доме главный, и завопил так, что Лили, преувеличенно громко топая, тут же убежала к нему, Джеймс зажал уши, а кошка скользнула по лестнице за хозяйкой. Один Сириус тут же ухватился за мысль.

— А это идея! — сказал он. — Сохатый, правда, почему бы не покрестить Гарри? Я буду его крёстным отцом!

Джеймс, несмотря на демонстративный жест и вопли Гарри, его услышал.

— А ты разве можешь? — с сомнением произнёс он, оглядывая Сириуса так, будто в первый раз его увидел. — Я к тому, что…

— В англиканской церкви должно быть три крестных, а в католической — один, — проговорил Питер. Он и сам не помнил, откуда это знал, скорее всего, из какого-то журнала или телевизора. Все тотчас обернулись к нему. — Но крестные должны быть крещёными. Бродяга, разве ты крещён?

Сириус глубоко задумался.

— Кажется, нет.

И он посмотрел на Питера, но у того, как назло, все познания уже кончились.

— Давайте покрестим Гарри в католической церкви, — предложил Джеймс. — Какая разница? Ну… скажем, что Сириус крещёный. Кто там будет проверять?

— Нехорошо как-то, — Питер дал задний ход. — Да и зачем?

— Просто так, — пожал плечами Сириус. — Я буду крёстным. Был же я шафером на свадьбе?

Возражений никаких не последовало, впрочем, в том, что их не будет, Питер и не сомневался.