Фандом: Гарри Поттер. Питер Петтигрю боялся смерти. Может быть, именно поэтому он стал Пожирателем Смерти — бросил вызов самому себе и своим страхам. История, которую не рассказала Роулинг — как Питер Петтигрю предал своих друзей.
Добавить в моё избранное
166 мин, 32 сек 19835
Может, она ничего такого в виду и не имеет, сказал он сам себе. Может, это просто ласковое прозвище, не больше. Может, попросить её не делать так? Но это тоже глупо… Ладно, он потерпит. Может, Лили это надоест.
Однако надо было собираться и идти. Питер посидел ещё немного, пялясь в стену, потом подошёл к окну и некоторое время рассматривал своё отражение в тёмном стекле. Почему-то он в последнее время совсем разлюбил зеркала — он и прежде-то не слишком любил разглядывать собственное отражение, а теперь и вовсе делал это, только чтобы причесаться и побриться, да и то старался сделать побыстрее.
И аппарировал.
Сириус был уже на месте, и в доме Поттеров царило непривычное в последнее время оживление.
— Хвост, ну где ты ходишь? — воскликнул он. — У нас тут новости, а ты…
— Погоди, — оборвал его Джеймс. — Пит, у нас и вправду новости. И серьёзный разговор. Садись, — он кивнул ему на кресло, в котором мирно дремала кошка. Джеймс шумно выдохнул, переправил её на стул и опять кивнул Питеру на кресло — мол, садись.
Питер занервничал. Какой серьёзный разговор может быть у них к нему? Что они задумали? А если… если они догадались? Потому и сажают его в это кресло — поди выберись оттуда, сядешь — а они тебя раз и…
— Да оставь его в покое! — нетерпеливо сказал Сириус. — Не хочет он сидеть — пускай стоит. Я бы тоже не усидел на месте, — добавил он, нетерпеливо переступая с ноги на ногу.
— У нас был недавно Дамблдор, — проговорила Лили, которой, кажется, совсем не улыбалось слушать эту перепалку. — Он сказал, что Тот-кого-нельзя-называть нас ищет. Лично нас, — подчеркнула она и посмотрела сперва на Питера, потом на Джеймса, а потом опять на Питера. — Чтобы убить, — добавила она негромко.
Питер сглотнул, пытаясь унять вспыхнувшую панику. Убить? Их? Тёмный Лорд? Зачем? Почему? Как же… что же ему теперь делать? Он же знает, что Питер знает… он же ведь потребует… но как…
Да и зачем Джеймс и Лили Темному Лорду? Кто они, что они могут? Да еще и сам Темный Лорд. Это было не просто странно — невероятно. Он лично убил только одного из них — Доркас Медоуз, но Доркас была… фигура. Мало кто мог сравниться с ней, разве что, может, сам Дамблдор.
— Дамблдор нам рассказал об одном способе, — сказал Джеймс.
— Я когда-то читал о таком, — вставил Сириус. — Но забыл и вообще не помнил толком.
— Называется Фиделиус, — продолжил Джеймс. — Скрывает людей так, что их нельзя найти. Вообще никак. Никакой слежкой. И войти в их дом без разрешения нельзя. Дом видно, но… Только один дом, и все.
— Здорово, — с искренним облегчением выдохнул Питер. Если они наложили такое заклинание на дом, то Тёмный Лорд просто не сможет стребовать с него адрес… хотя тогда он может просто приказать ему убить их самому — и что тогда Питер будет делать? Разве он…
— Заклинание не очень сложное, — продолжал Джеймс. — Назначается Хранитель, и с этого момента впустить в дом может только он. Или они — их может быть несколько. Дамблдор предложил в Хранители себя.
— Это здорово, — повторил Питер, стараясь удержать на лице обрадованное выражение. Да, наверно, это правда хорошо. Против Дамблдора Тёмный Лорд его, конечно, не отправит. И вообще, зачем ему Поттеры? И почему он сразу не спросил Питера, где их искать?
— Я сразу предложил, — продолжил Джеймс, хитро заулыбавшись, и улыбка эта Питеру совершенно не понравилась, — что Хранителем будет Бродяга! Ну, а кому еще быть, как не ему, верно? И это, конечно же, очень опасно.
— Опасно, разве? — на всякий случай уточнил Питер. — А кто узнает, кто именно Хранитель? И если узнает, сможет ли он с ним что-то сделать?
Ему хотелось спросить, при чём тут тогда он, Питер, раз все и так уже решили, но он осторожничал. Не в жертву же его принесут. Сами все скажут. Не выдержат.
— Кажется, смогут, — поморщился Джеймс. — Но дело не в этом, выдать тайну Хранитель может только добровольно. Фиделиус запечатывает тайну в его сердце, и, как бы его ни пытали…
Питер сглотнул.
— Дамблдор все равно настаивал на себе. Но я уперся, что Хранителем будет Сириус, — продолжал Джеймс.
— Всё равно мне ничего не делается, — весело сказал Сириус.
— Ну, — Питер сглотнул еще раз — в горле пересохло. — Наверное, это…
— Погоди! — воскликнул Джеймс. — Это тоже не всё! Мы так сказали, но на самом деле… — он сделал паузу. — Хранителем станешь ты.
— На тебя никогда никто и не подумает! — добавил Сириус.
Питер молчал.
— Эй, ну, я про пытки сказал просто так, — Джеймс наконец-то понял, что начал не с того, и надо теперь как-то выкручиваться. — На самом деле все знают… ну, кому надо, конечно, что Фиделиус так не работает. В этом и вся его сила, понимаешь. Так что тебя никто не станет пытать.
— А еще, — серьезно добавил Сириус, — тебе легче скрыться, чем кому-бы то ни было.
Однако надо было собираться и идти. Питер посидел ещё немного, пялясь в стену, потом подошёл к окну и некоторое время рассматривал своё отражение в тёмном стекле. Почему-то он в последнее время совсем разлюбил зеркала — он и прежде-то не слишком любил разглядывать собственное отражение, а теперь и вовсе делал это, только чтобы причесаться и побриться, да и то старался сделать побыстрее.
И аппарировал.
Сириус был уже на месте, и в доме Поттеров царило непривычное в последнее время оживление.
— Хвост, ну где ты ходишь? — воскликнул он. — У нас тут новости, а ты…
— Погоди, — оборвал его Джеймс. — Пит, у нас и вправду новости. И серьёзный разговор. Садись, — он кивнул ему на кресло, в котором мирно дремала кошка. Джеймс шумно выдохнул, переправил её на стул и опять кивнул Питеру на кресло — мол, садись.
Питер занервничал. Какой серьёзный разговор может быть у них к нему? Что они задумали? А если… если они догадались? Потому и сажают его в это кресло — поди выберись оттуда, сядешь — а они тебя раз и…
— Да оставь его в покое! — нетерпеливо сказал Сириус. — Не хочет он сидеть — пускай стоит. Я бы тоже не усидел на месте, — добавил он, нетерпеливо переступая с ноги на ногу.
— У нас был недавно Дамблдор, — проговорила Лили, которой, кажется, совсем не улыбалось слушать эту перепалку. — Он сказал, что Тот-кого-нельзя-называть нас ищет. Лично нас, — подчеркнула она и посмотрела сперва на Питера, потом на Джеймса, а потом опять на Питера. — Чтобы убить, — добавила она негромко.
Питер сглотнул, пытаясь унять вспыхнувшую панику. Убить? Их? Тёмный Лорд? Зачем? Почему? Как же… что же ему теперь делать? Он же знает, что Питер знает… он же ведь потребует… но как…
Да и зачем Джеймс и Лили Темному Лорду? Кто они, что они могут? Да еще и сам Темный Лорд. Это было не просто странно — невероятно. Он лично убил только одного из них — Доркас Медоуз, но Доркас была… фигура. Мало кто мог сравниться с ней, разве что, может, сам Дамблдор.
— Дамблдор нам рассказал об одном способе, — сказал Джеймс.
— Я когда-то читал о таком, — вставил Сириус. — Но забыл и вообще не помнил толком.
— Называется Фиделиус, — продолжил Джеймс. — Скрывает людей так, что их нельзя найти. Вообще никак. Никакой слежкой. И войти в их дом без разрешения нельзя. Дом видно, но… Только один дом, и все.
— Здорово, — с искренним облегчением выдохнул Питер. Если они наложили такое заклинание на дом, то Тёмный Лорд просто не сможет стребовать с него адрес… хотя тогда он может просто приказать ему убить их самому — и что тогда Питер будет делать? Разве он…
— Заклинание не очень сложное, — продолжал Джеймс. — Назначается Хранитель, и с этого момента впустить в дом может только он. Или они — их может быть несколько. Дамблдор предложил в Хранители себя.
— Это здорово, — повторил Питер, стараясь удержать на лице обрадованное выражение. Да, наверно, это правда хорошо. Против Дамблдора Тёмный Лорд его, конечно, не отправит. И вообще, зачем ему Поттеры? И почему он сразу не спросил Питера, где их искать?
— Я сразу предложил, — продолжил Джеймс, хитро заулыбавшись, и улыбка эта Питеру совершенно не понравилась, — что Хранителем будет Бродяга! Ну, а кому еще быть, как не ему, верно? И это, конечно же, очень опасно.
— Опасно, разве? — на всякий случай уточнил Питер. — А кто узнает, кто именно Хранитель? И если узнает, сможет ли он с ним что-то сделать?
Ему хотелось спросить, при чём тут тогда он, Питер, раз все и так уже решили, но он осторожничал. Не в жертву же его принесут. Сами все скажут. Не выдержат.
— Кажется, смогут, — поморщился Джеймс. — Но дело не в этом, выдать тайну Хранитель может только добровольно. Фиделиус запечатывает тайну в его сердце, и, как бы его ни пытали…
Питер сглотнул.
— Дамблдор все равно настаивал на себе. Но я уперся, что Хранителем будет Сириус, — продолжал Джеймс.
— Всё равно мне ничего не делается, — весело сказал Сириус.
— Ну, — Питер сглотнул еще раз — в горле пересохло. — Наверное, это…
— Погоди! — воскликнул Джеймс. — Это тоже не всё! Мы так сказали, но на самом деле… — он сделал паузу. — Хранителем станешь ты.
— На тебя никогда никто и не подумает! — добавил Сириус.
Питер молчал.
— Эй, ну, я про пытки сказал просто так, — Джеймс наконец-то понял, что начал не с того, и надо теперь как-то выкручиваться. — На самом деле все знают… ну, кому надо, конечно, что Фиделиус так не работает. В этом и вся его сила, понимаешь. Так что тебя никто не станет пытать.
— А еще, — серьезно добавил Сириус, — тебе легче скрыться, чем кому-бы то ни было.
Страница 39 из 45
