Никогда не делай поспешных выводов. Ведь не сможешь просить прощения, когда кто-то умрет, будет поздно. И когда ты испытаешь на своей шкуре, ты поймешь это. Возможно, бы все были живы в ту красивую ночь, если бы не скандал. Виновна. Это клеймо будет всегда на её плечах. Спокойная жизнь покинула её в тот момент, внутренний мир рухнул как и надежды на мирную жизнь.
Добавить в моё избранное
146 мин, 49 сек 16975
Рукой он залез в её трусики и, раздвинув двумя пальцами половые губы, стал массировать клитор девушки. Та застонала чуть громче, но Джефф-то знал, что довел её до оргазма, просто та не хочет этого показывать и пытается как можно тише издавать звуки.
После того, как парень решил, что пора приготавливать лоно девушки к его члену, он медленно стал вводить палец и двигать им, затем второй, а затем третий. Двигая их всё быстрее и быстрее, наблюдая, как извивается и стонет под ним Эмили, заставляло его внутри взрываться от чувств, переполнявших его.
После долгих прелюдий, когда Эмили более менее привыкла и перестала плакать, заставив слезам засохнуть на щеках и немного щипать, Джефф приспустил свои штаны и стянул последнюю деталь одежды на дочери — трусы.
Раздвинул её ноги пошире и, встав между ними, приподнял бёдра так, чтобы её киска была на одном уровне с возбужденном половым органом. Не став медлить, брюнет вставил своё орудие в лоно Эмили, что та застонала от оргазма. Со временем, набирая скорость, Джефф уже жестко драл свою дочь в киску, не взирая на её слёзные мольбы остановиться. Его забавляло, что в каждом крике о прекращении она стонала, как никто другой, извивалась всем телом, царапала ему спину, сжимала руки в кулачки, что, казалось, ещё чуть-чуть и у неё сломаются фаланги пальцев. Парня так это забавляло, что он не смел останавливаться, а ещё быстрее двигал тазом туда-сюда, дабы удовлетворить свою похоть, которая возникла так внезапно.
Чувствуя, как от криков и влажной киски своей дочери, он скоро кончит, он незамедлительно вынул член из её лона и выставил на живот. В следующий момент горячая липкая жидкость струйками выплеснулась на живот девушки. В голове у похотливого папаши была лишь одна мысль: «Фух, слава Сатане, успел извлечь корень».
— Вот видишь, я не сделал тебе больно, а только лишь приятно, — накрывая одеялом оттраханную дочь, папаня застегнул ширинку своих штанов и вышел из комнаты.
В эту ночь мне снился странный сон, будто я разгадываю великую тайну семи пирамид, и вот уже я б нашла ответ, как вдруг… Заорал Тилль Линдеманн, исполнявший песню du hast. Мы с Эмили аж подпрыгнули (с того момента, как была осквернена Джеффом, девушка спала со мной — так безопаснее) на кровати и испуганно переглянулись.
— О, господи, когда же мне дадут нормально выспаться?! — уткнувшись носом в подушку, прогундосила я. — Уже четвертое утро не могу выспаться! Сволочи. Нужно сходить к ним.
— Николь, не надо, прошу, — щенячьими глазами умоляла меня соседка.
— Ты права. Я сейчас херово выгляжу. Вот когда переоденусь да причешусь и стану секси, тогда и пойду, — улыбнулась я.
— Это плохая идея, — не унималась та.
— Да не переживай ты так. Я всего навсего вежливо попрошу их больше так не делать.
— А вдруг они тебя не послушают?
— Да хватит всего бояться-то. У тебя в корешах Слендер! Ты ему слово — он их на кол посадит.
— А потом они узнают, что это я доложила ему про них и они меня на кол посадят.
— Ой, с тобой невозможно ни о чем таком поговорить. Переставай быть невинной монашкой — тебе это не идет, — кинула напоследок грустной Эмили яблоко, которое вчера принесла с кухни, я накинула халат и пошла вниз поговорить с этими психами.
Спустившись вниз, я не застала этих придурков ни в гостиной, ни на кухне. Музыка все еще играла, пришлось выключить её.
«Интересно, куда они съебались? — пронеслось у меня в голове. — Что ж, подожду их тут, ибо я не оставлю этот вопрос нерешенным».
В дом ввалился в стельку пьяный Джефф, которого под руку держал его друг всех времен — Джек. Брюнет то и дело бушевал, спотыкался, смеялся, снова злился, икал, страдал, плакал, а Джек безразлично все это слушал. Вот, что значит быть социопатом — в любой непонятной ситуации молчи и даже нервом не вздрогни.
— Руки убери свои… ик… ша… шаловливые, извращенец эдакий, — очень сильно замедлилась речь у этого ненормального. Когда трезвый, так бубнит и бубнит, бубнит и бубнит, аж не остановить. А тут… Глаза косые, морда лица довольная, в заднем кармане бутылка импортного вина, тебя чуть ли не несут на руках, пьяного в говнище — что еще надо для жизни?
— Да тихо ты, заткнись, — выморозило уже Джека это нахальство Джеффа, поэтому и посадил этого пьянчугу рядом со мной на диван. Далее я даже и представить не могла, что такое произойдет. Парень кинулся на меня с кулаками, причем по нему было видно, что он не в пьяном угаре это делает, а назло мне… Только за что?
Джефф скинул меня с дивана, что я больно ударилась спиной об пол, сел на меня и как давай лупасить по щекам.
Джек, не обращая на меня внимания, направился в комнату этажом выше, и мы остались с маньяком наедине. Повисла неловкая пауза. Убийца сверлил меня диким взглядом, от чего я невольно поежилась. Хрена я сюда пришла?!
После того, как парень решил, что пора приготавливать лоно девушки к его члену, он медленно стал вводить палец и двигать им, затем второй, а затем третий. Двигая их всё быстрее и быстрее, наблюдая, как извивается и стонет под ним Эмили, заставляло его внутри взрываться от чувств, переполнявших его.
После долгих прелюдий, когда Эмили более менее привыкла и перестала плакать, заставив слезам засохнуть на щеках и немного щипать, Джефф приспустил свои штаны и стянул последнюю деталь одежды на дочери — трусы.
Раздвинул её ноги пошире и, встав между ними, приподнял бёдра так, чтобы её киска была на одном уровне с возбужденном половым органом. Не став медлить, брюнет вставил своё орудие в лоно Эмили, что та застонала от оргазма. Со временем, набирая скорость, Джефф уже жестко драл свою дочь в киску, не взирая на её слёзные мольбы остановиться. Его забавляло, что в каждом крике о прекращении она стонала, как никто другой, извивалась всем телом, царапала ему спину, сжимала руки в кулачки, что, казалось, ещё чуть-чуть и у неё сломаются фаланги пальцев. Парня так это забавляло, что он не смел останавливаться, а ещё быстрее двигал тазом туда-сюда, дабы удовлетворить свою похоть, которая возникла так внезапно.
Чувствуя, как от криков и влажной киски своей дочери, он скоро кончит, он незамедлительно вынул член из её лона и выставил на живот. В следующий момент горячая липкая жидкость струйками выплеснулась на живот девушки. В голове у похотливого папаши была лишь одна мысль: «Фух, слава Сатане, успел извлечь корень».
— Вот видишь, я не сделал тебе больно, а только лишь приятно, — накрывая одеялом оттраханную дочь, папаня застегнул ширинку своих штанов и вышел из комнаты.
Глава 21. Тимоша
POV Николь.В эту ночь мне снился странный сон, будто я разгадываю великую тайну семи пирамид, и вот уже я б нашла ответ, как вдруг… Заорал Тилль Линдеманн, исполнявший песню du hast. Мы с Эмили аж подпрыгнули (с того момента, как была осквернена Джеффом, девушка спала со мной — так безопаснее) на кровати и испуганно переглянулись.
— О, господи, когда же мне дадут нормально выспаться?! — уткнувшись носом в подушку, прогундосила я. — Уже четвертое утро не могу выспаться! Сволочи. Нужно сходить к ним.
— Николь, не надо, прошу, — щенячьими глазами умоляла меня соседка.
— Ты права. Я сейчас херово выгляжу. Вот когда переоденусь да причешусь и стану секси, тогда и пойду, — улыбнулась я.
— Это плохая идея, — не унималась та.
— Да не переживай ты так. Я всего навсего вежливо попрошу их больше так не делать.
— А вдруг они тебя не послушают?
— Да хватит всего бояться-то. У тебя в корешах Слендер! Ты ему слово — он их на кол посадит.
— А потом они узнают, что это я доложила ему про них и они меня на кол посадят.
— Ой, с тобой невозможно ни о чем таком поговорить. Переставай быть невинной монашкой — тебе это не идет, — кинула напоследок грустной Эмили яблоко, которое вчера принесла с кухни, я накинула халат и пошла вниз поговорить с этими психами.
Спустившись вниз, я не застала этих придурков ни в гостиной, ни на кухне. Музыка все еще играла, пришлось выключить её.
«Интересно, куда они съебались? — пронеслось у меня в голове. — Что ж, подожду их тут, ибо я не оставлю этот вопрос нерешенным».
В дом ввалился в стельку пьяный Джефф, которого под руку держал его друг всех времен — Джек. Брюнет то и дело бушевал, спотыкался, смеялся, снова злился, икал, страдал, плакал, а Джек безразлично все это слушал. Вот, что значит быть социопатом — в любой непонятной ситуации молчи и даже нервом не вздрогни.
— Руки убери свои… ик… ша… шаловливые, извращенец эдакий, — очень сильно замедлилась речь у этого ненормального. Когда трезвый, так бубнит и бубнит, бубнит и бубнит, аж не остановить. А тут… Глаза косые, морда лица довольная, в заднем кармане бутылка импортного вина, тебя чуть ли не несут на руках, пьяного в говнище — что еще надо для жизни?
— Да тихо ты, заткнись, — выморозило уже Джека это нахальство Джеффа, поэтому и посадил этого пьянчугу рядом со мной на диван. Далее я даже и представить не могла, что такое произойдет. Парень кинулся на меня с кулаками, причем по нему было видно, что он не в пьяном угаре это делает, а назло мне… Только за что?
Джефф скинул меня с дивана, что я больно ударилась спиной об пол, сел на меня и как давай лупасить по щекам.
Джек, не обращая на меня внимания, направился в комнату этажом выше, и мы остались с маньяком наедине. Повисла неловкая пауза. Убийца сверлил меня диким взглядом, от чего я невольно поежилась. Хрена я сюда пришла?!
Страница 27 из 39
