Фандом: Гарри Поттер. Странное чувство. Подобное было, когда умер Глотик. Ты еще добрых полгода по привычке искала его взглядом и, казалось, находила в квартире. Со временем ты смирилась с потерей фамильяра. Но то, что происходит с тобой сейчас, это не тоска по книззлу. Ты не понимаешь, что именно ты потеряла… или кого.
Добавить в моё избранное
8 мин, 46 сек 2129
Субботнее утро, никаких снов, но и без кошмаров, что само по себе неплохо. Смотришь на часы на прикроватной тумбочке, одиннадцать утра. Которое утро подряд ты просыпаешься строго на левой половине большой кровати. Зачем тебе двуспальная, если ты живешь одна с тех пор, как сразу после школы рассталась с Роном? Продуманность во всем. Наперед. Очередная попытка наполнить смыслом пустое существование.
Ты уже не помнишь, когда просыпалась неуставшей. Апатия окутывает тебя с головы до ног. И этими ногами, совершенно босая, ты шлепаешь по прохладному паркету своей квартиры. На кухне привычно завариваешь кофе в турке. На автомате. Когда наливаешь в чашку, то понимаешь, что опять сварила на двоих. Но это пустяки, ведь раньше бывало, что ты спохватывалась, когда уже добавляла сливки во вторую чашку. В такие дни ты через камин связывалась с домом на Гриммо, и если Джинни не была занята, то шагала на твою кухню, и вы болтали. Ты не признавалась, что сварила кофе не специально для неё, а случайно, но все равно замечала, как подруга поглядывает на тебя с легким беспокойством.
Никаких планов на выходные. Ты уже давно перестала планировать что-либо в своей жизни, кроме работы. Да и на работе будни одинаковы. Монотонная работа — обед — монотонная работа — дом — книга — сон. Пять одинаковых дней — и вот она, суббота.
Легкий душ, легкий завтрак, легкий шелковый халат и книга. Снова ловишь себя на том, что занимаешь левую половину кровати, чтобы почитать.
Странное чувство. Подобное было, когда умер Глотик. Ты еще добрых полгода по привычке искала его взглядом и, казалось, находила в квартире. На секунду лишь, но находила. Упавшее под столом полотенце на долю секунды мерещилось им, и в душе что-то ёкало… ан нет, показалось. Шорох на кухне, издаваемый министерской совой, напоминал тебе его шкрябанье. Со временем ты смирилась с потерей фамильяра. Но то, что происходит с тобой сейчас, это не тоска по полу-книзлу. Ты не понимаешь, что именно ты потеряла… или кого.
Все вроде и было как обычно, но в то же время чего-то не хватало. Как будто что-то большое и теплое внутри тебя раскололось надвое и осталась лишь половина с неровными краями на месте разлома. Но это чувство не давило. Лишь иногда волны сплина накатывали на тебя, а потом уходили совсем. Перманентная хандра. Наверное, это и значит быть взрослой. Не питать никаких иллюзий. Свыкнуться с тем, что одиночество — это естественно. Магия действительно существует, но чудес все-таки не бывает.
Нужно просто жить. Существовать день ото дня. Плыть по течению.
Ты с головой уходишь в чтение новой книги, и все становится на свои места. Ты всегда любила читать. Чтение привносит в твою жизнь четкость и порядок. А с учетом того, что порядка тебе не хватает, это очень кстати. Примерно раз в месяц ты разгребаешь завалы в квартире и на рабочем столе. Но уже через пару дней появляются новые.
Наверное, стоит записаться в зал, купить какие-то витамины или биодобавки для бодрости и встретиться с друзьями. Может, с Луной? Да, но не сегодня, через неделю, а лучше в конце месяца… Иногда тебе кажется, что Гарри смотрит на тебя с жалостью. Он привык чувствовать вину даже за семейное счастье с Джин… Глупенький.
Убравшись в квартире, решаешься еще и постирать. За бельевой корзиной обнаруживается мужская футболка. Наверное, Рон или Гарри бросили мимо корзины, когда еще помогали тебе с ремонтом. Абсолютно не помнишь, чья же она. Но почему-то снимаешь халат и натягиваешь чужую футболку, даже не постирав. Запах, что от неё исходит, успокаивает. Тебе явно нужно найти мужчину, Гермиона. А находку все же постирать и отдать Гарри, Рон слишком широкоплечий для такого размера. Но не снимать же её сейчас… все завтра.
В воскресенье традиционно ужинаете в Норе. Ты очень любишь этих людей, но все чаще ловишь себя на том, что говорить с ними тебе не о чем. Ты ковыряешь вилкой во вкусной еде Молли, на автомате поддерживаешь беседу с Артуром. Но то, что происходит в твоей голове, пугает даже тебя. Им не понять. Не понять, что ты разочарована в этом мире, пусть он и волшебный. Война закончилась. А мир слишком скучен. Пуст. Это так начинается депрессия? Вряд ли. Это просто реальный взгляд на вещи.
Будильник. Снова усталость. Заставляешь себя накраситься и одеться. Школьная форма годами, а теперь деловые костюмы день ото дня. Как скучно. Ты задыхаешься в этом министерстве, в этом Лондоне, в этой Англии.
И только глупые мысли о том, как было бы хорошо, окажись лифт пустым. Не нужно было бы лицемерно улыбаться кому-то, вежливо приветствовать и считать секунды, пока вы едете каждый на свой этаж. Молча. Наверное, это ненормально, но ты все равно никому не признаешься в этом, а значит и не важно.
Ты в лифте одна, почти ликуя, в спешке нажимаешь на кнопку, но… чей-то зонт не дает дверям съехаться. Лифт снова открывается, и входит Драко Малфой.
Как всегда идеально вылизан.
Ты уже не помнишь, когда просыпалась неуставшей. Апатия окутывает тебя с головы до ног. И этими ногами, совершенно босая, ты шлепаешь по прохладному паркету своей квартиры. На кухне привычно завариваешь кофе в турке. На автомате. Когда наливаешь в чашку, то понимаешь, что опять сварила на двоих. Но это пустяки, ведь раньше бывало, что ты спохватывалась, когда уже добавляла сливки во вторую чашку. В такие дни ты через камин связывалась с домом на Гриммо, и если Джинни не была занята, то шагала на твою кухню, и вы болтали. Ты не признавалась, что сварила кофе не специально для неё, а случайно, но все равно замечала, как подруга поглядывает на тебя с легким беспокойством.
Никаких планов на выходные. Ты уже давно перестала планировать что-либо в своей жизни, кроме работы. Да и на работе будни одинаковы. Монотонная работа — обед — монотонная работа — дом — книга — сон. Пять одинаковых дней — и вот она, суббота.
Легкий душ, легкий завтрак, легкий шелковый халат и книга. Снова ловишь себя на том, что занимаешь левую половину кровати, чтобы почитать.
Странное чувство. Подобное было, когда умер Глотик. Ты еще добрых полгода по привычке искала его взглядом и, казалось, находила в квартире. На секунду лишь, но находила. Упавшее под столом полотенце на долю секунды мерещилось им, и в душе что-то ёкало… ан нет, показалось. Шорох на кухне, издаваемый министерской совой, напоминал тебе его шкрябанье. Со временем ты смирилась с потерей фамильяра. Но то, что происходит с тобой сейчас, это не тоска по полу-книзлу. Ты не понимаешь, что именно ты потеряла… или кого.
Все вроде и было как обычно, но в то же время чего-то не хватало. Как будто что-то большое и теплое внутри тебя раскололось надвое и осталась лишь половина с неровными краями на месте разлома. Но это чувство не давило. Лишь иногда волны сплина накатывали на тебя, а потом уходили совсем. Перманентная хандра. Наверное, это и значит быть взрослой. Не питать никаких иллюзий. Свыкнуться с тем, что одиночество — это естественно. Магия действительно существует, но чудес все-таки не бывает.
Нужно просто жить. Существовать день ото дня. Плыть по течению.
Ты с головой уходишь в чтение новой книги, и все становится на свои места. Ты всегда любила читать. Чтение привносит в твою жизнь четкость и порядок. А с учетом того, что порядка тебе не хватает, это очень кстати. Примерно раз в месяц ты разгребаешь завалы в квартире и на рабочем столе. Но уже через пару дней появляются новые.
Наверное, стоит записаться в зал, купить какие-то витамины или биодобавки для бодрости и встретиться с друзьями. Может, с Луной? Да, но не сегодня, через неделю, а лучше в конце месяца… Иногда тебе кажется, что Гарри смотрит на тебя с жалостью. Он привык чувствовать вину даже за семейное счастье с Джин… Глупенький.
Убравшись в квартире, решаешься еще и постирать. За бельевой корзиной обнаруживается мужская футболка. Наверное, Рон или Гарри бросили мимо корзины, когда еще помогали тебе с ремонтом. Абсолютно не помнишь, чья же она. Но почему-то снимаешь халат и натягиваешь чужую футболку, даже не постирав. Запах, что от неё исходит, успокаивает. Тебе явно нужно найти мужчину, Гермиона. А находку все же постирать и отдать Гарри, Рон слишком широкоплечий для такого размера. Но не снимать же её сейчас… все завтра.
В воскресенье традиционно ужинаете в Норе. Ты очень любишь этих людей, но все чаще ловишь себя на том, что говорить с ними тебе не о чем. Ты ковыряешь вилкой во вкусной еде Молли, на автомате поддерживаешь беседу с Артуром. Но то, что происходит в твоей голове, пугает даже тебя. Им не понять. Не понять, что ты разочарована в этом мире, пусть он и волшебный. Война закончилась. А мир слишком скучен. Пуст. Это так начинается депрессия? Вряд ли. Это просто реальный взгляд на вещи.
Будильник. Снова усталость. Заставляешь себя накраситься и одеться. Школьная форма годами, а теперь деловые костюмы день ото дня. Как скучно. Ты задыхаешься в этом министерстве, в этом Лондоне, в этой Англии.
И только глупые мысли о том, как было бы хорошо, окажись лифт пустым. Не нужно было бы лицемерно улыбаться кому-то, вежливо приветствовать и считать секунды, пока вы едете каждый на свой этаж. Молча. Наверное, это ненормально, но ты все равно никому не признаешься в этом, а значит и не важно.
Ты в лифте одна, почти ликуя, в спешке нажимаешь на кнопку, но… чей-то зонт не дает дверям съехаться. Лифт снова открывается, и входит Драко Малфой.
Как всегда идеально вылизан.
Страница 1 из 3
