Узы

Я блуждал по той самой темной части леса, что мне так нравится, когда Трендер перехватил меня у еловой рощи. Он довольно сильно запыхался, из чего следовал вывод, что ищет модник меня давно. Перед тем как начать говорить он немного отдышался, а после внимательно на меня посмотрел.

— Отец просил, чтобы ты нашел Оффендера. Тот уже больше месяца не появлялся. Ему пришло письмо из «Ордена», о том, что они обеспокоены его долгим отсутствием, — голос младшего безликого был очень серьезен.

— Почему бы отцу самому его не поискать? — я как всегда держался равнодушно.

— Он принимает гостей… — многозначно осведомил того модник.

— Гостей?

— Агнессу и ее старшего брата Марка. «Орден» послал их«подчистить» за тобой, и они решили зайти. Отец обхаживает их… — Трендер закатил глаза. — Агнесса интересовалась тобой, — последовала пауза. — Опять.

— Тогда я в дом ни ногой, — я уже было собрался уйти, но Трендер придержал меня за плечо, заставляя остановиться.

— Нельзя избегать старших советников «Ордена», — обеспокоенно произнес модник. — К тому же, ты знаешь, как Агнесса к тебе относится, а ее лучше не злить.

— Она наяда, брат! Как ты себе представляешь наши отношения?! — меня начинала злить напористость брата.

— Вот именно, тебе жутко повезло. Наяды на редкость красивые создания. Послушай моего совета и не перечь «Ордену». Отец сможет спокойно вздохнуть, если «Орден» перестанет давить на семью.

— Мне в «Ордене» не место! — голос мой погрубел, хотя я сдерживал накатывающую злость как мог. — Ты забыл, что они сделали с нашей матерью? Забыл, какого пришлось Сплендору?! Он был совсем ребенком, а они… — я отвернулся от брата и солидно вдарил кулаком по ели, что стояла за нами. Вдоль ее ствола, словно молния, промелькнула глубокая трещина.

— Брат, нам всем нелегко пришлось! Но провоцируя советников, мы только навредим семье еще больше! — модник тяжело выдохнул и продолжил. — Вдохни поглубже, выдохни, затем отправляйся в город, найди Оффендера и возвращайся в дом!

Я лишь окинул брата пристальным взглядом, после чего направился вдоль леса в сторону дороги, что вела к городу. Брат же какое-то время наблюдал за тем, как я отдаляюсь от него, после чего направился в противоположную сторону от меня.

Голова была забита тяжелыми, грузными мыслями. Хотелось разрядки. Стоило мне покинуть дом в поисках добычи, как мною снова начал помыкать отец. Он вечно поручал самую грязную работу мне. Казалось, будто братьев он берег, а меня доводил до грани, чтобы я оставил дом ради «Ордена».

В голову пробрались и склизкие мысли об Агнессе. Наяды — существа древние и очень сильные. Они потомки Богов, а точнее Бога. Зевса. Его дочери и одно из самых сильных орудий. Они обитают у чистейших водоемов земли с тех пор, как покинули родной дом. Своей красотой заманивали к рекам мужчин и топили в них, высасывая поцелуем души, которыми и питались. Водная стихия подчинялась им непрекословно. Они способны утопить человека даже в пустыне. Брат Агнессы, Марк — один из немногих сыновей, что родились у одной из дочерей Зевса. Он красив как Аполлон, а физически силен как Тор. Унаследовал все силы, что дарованы наядам, и считается сильнейшим в своем роде также, как и его сестра.

Они входили в состав тринадцати советников «Ордена Секрета», что считался совокупностью сильнейших существ на земле. Гонцы «Ордена» уже много лет обивают пороги отцовского дома, настаивая на моем зачислении в«Орден». И это после того, что они сделали. Да как им остатки их никчемной совести позволяют?!

Я старался держать себя в равновесии, в городе лучше не светиться. Я уже добирался до города, что был излюбленным для Оффендера, когда на его периметр опустилась вечерняя мгла. Обращаться в незаметную тень для меня не составляло труда в такое время суток, и я начал огибать крупные парки города в поисках брата.

Проверив три самых крупных парка, я направился к меньшим. Один из них находился в спальном районе города. Когда я практически пересек его и уже приближался к вратам, ведущим к дороге, в метрах пяти от меня мелькнул крохотный силуэт. Я скрылся в тени и внимательно проследовал взглядом за его движениями. Когда фигура вышла на свет мигающего паркового фонаря, я понял, что это маленький ребенок. Девочка. Она обтирала кулачками слезы с покрасневших щек и терла ими свои большие зеленые глаза. Ее каштановые волосы копной лежали у нее на плечах, путаясь между собой, слегка подергиваясь от ветра.

Я не мог отвести от нее взгляда. Она казалась одинокой, потерянной. Легкая жертва. Но ярость куда-то испарилась. Остались только тихие всхлипы, доносящиеся из тонкого горла. Все. Больше ничего. Когда я вышел на свет, девочка обернулась на шум шагов и всхлипы прекратились. Она увидела меня и умолкла. Слезы все также стекали по ее щекам, но она стала абсолютно неподвижна. Кажется, впала в ступор.