Девушку по имени Аннет с ее пятилетнего возраста преследует тень, что не дает той покоя от чувства его взгляда, постоянного присутствия. Четырнадцать лет непроглядного ужаса вели ее к тому знаменательному дню, когда этот страх спас ее от нападения. Однако, эта встреча обернулась для девушки заточением, которому она изо всех сил противостоит. Поймет, а главное примет ли она того, кто как ей казалось, разрушал всю ее жизнь.
Добавить в моё избранное
220 мин, 36 сек 7503
Когда я закончила мучить пуговицы пиджака, Слендер судорожно стянул его со своих плеч теневыми векторами. Мои руки начали исследовать плечи и спину убийцы через рубашку. Надолго моего терпения не хватило, и вскоре я, ослабив галстук, избавилась и от него. Не теряя времени, мои пальцы переключились на рубашку, пуговицы которой не поддавались, как бы я ни старалась. Потеряв терпение, я просто сжала края рубашки кулаками и резко дернула в разные стороны. Несколько пуговиц с характерным звуком посыпались на пол. Я стянула с плеч безликого ненужный атрибут одежды, что вскоре полетел куда-то в угол комнаты. Когда мои руки начали блуждать по груди, широким плечам и спине Слендера, его дыхание стало более ощутимым. Убийца переключился на мою шею, покрывая ее грубыми поцелуями, по которым он тут же проходился языком.
Вскоре безликий отстранился от моей шеи, из-за чего я издала глухой, недовольный стон. Быстро стянув с меня джемпер и джинсы, он принялся за ключицы. Руки, что блуждали по животу и бедрам, оставляли темно-красные разводы на моей бледной коже. Они вырисовывали различного рода узоры на моих боках, оставляя своеобразный след.
Когда я принялась за ремень, до которого едва дотягивалась, убийца оставил мои ключицы и снова внимательно посмотрел на меня. Я положила ладонь на его щеку. Уголок моего рта вытянулся в подобие улыбки. Он снова поцеловал меня, но на этот раз мягче. Кончиками пальцев он провел от виска вдоль щеки до подбородка, оставив алую дугу.
Вскоре остатки одежды, что служили ненужной преградой, уже валялись где-то у подножья кровати, давая мне доступ к прохладе бледной кожи безликого. Я всем телом прижималась к его груди, ощущала его каждой клеточкой тела, что уже было разгорячено до предела.
Мой помутневший рассудок немного прояснился, когда я почувствовала, как Слендер коленом плавно раздвинул мне ноги. Я вцепилась пальцами в его плечи, не желая ни сопротивляться ему, ни игнорировать страх, что бесцеремонно проник в мой разум. Его рука коснулась внутренней стороны моего бедра, и я зажмурила глаза. Спустя мгновение я почувствовала учащенное дыхание Слендера у своего уха.
— Все будет хорошо. Доверься мне, — голос Слендера был немного запыхавшимся, чувствовалось, что он едва сдерживается.
— Хорошо, — немного хрипло отозвалась я.
Расслабив мышцы лица, я наполовину приоткрыла глаза. Теплое, тягучее чувство желания разлилось внизу живота. Оно утешало, шептало моему разуму, что все правильно, все так, как и должно быть.
Как ни странно, я не помню боли. С размеренными толчками безликого тело обволакивали новые и новые волны наслаждения, что разливались по всему телу, доставая до самых закоулков моего разума. Наши тела были настолько близко, насколько это было физически возможно. Мои руки судорожно бродили по шее, плечам, спине. Его толчки откликались звонкими, мелодичными стонами, каждый из которых он жадно ловил. Напряжение росло, казалось, мы оба приближались к чему-то большему, чем волна: к ее выплеску. Последние рывки сопроводило животное рычание убийцы, что будоражило мой слух.
С его последним рывком мое тело окутал мощный разряд тока, что с громким стоном донес самую сильную волну наслаждения до каждой клеточки тела. Безликий тяжело дышал прямо у моего уха. Хрипотца в его голосе выдавала изнеможение. Спустя какое-то время он с небольшим усилием перевернулся и лег на спину рядом со мной. Я уютно утроилась на его часто вздымающейся груди. Спустя какое-то время мы оба отдышались. Все еще покоясь в уютной неге, оставшейся после недавней волны ощущений, я почувствовала, как мои глаза закрываются в приятной усталости. Мне хотелось спросить у Слендера, насколько хорошо я выполнила обещание, но сил уже не осталось. Я поддалась этому чувству и вскоре начала погружаться в дрему, наслаждаясь звуком его размеренного дыхания. Последнее, что я почувствовала в тот вечер, это навязчивое чувство теплого, приятного покалывания вокруг шеи.
Я коснулась ладонью своей шеи. Кожа была гладкой, словно ничего на ней вовсе и не было.
Вскоре безликий отстранился от моей шеи, из-за чего я издала глухой, недовольный стон. Быстро стянув с меня джемпер и джинсы, он принялся за ключицы. Руки, что блуждали по животу и бедрам, оставляли темно-красные разводы на моей бледной коже. Они вырисовывали различного рода узоры на моих боках, оставляя своеобразный след.
Когда я принялась за ремень, до которого едва дотягивалась, убийца оставил мои ключицы и снова внимательно посмотрел на меня. Я положила ладонь на его щеку. Уголок моего рта вытянулся в подобие улыбки. Он снова поцеловал меня, но на этот раз мягче. Кончиками пальцев он провел от виска вдоль щеки до подбородка, оставив алую дугу.
Вскоре остатки одежды, что служили ненужной преградой, уже валялись где-то у подножья кровати, давая мне доступ к прохладе бледной кожи безликого. Я всем телом прижималась к его груди, ощущала его каждой клеточкой тела, что уже было разгорячено до предела.
Мой помутневший рассудок немного прояснился, когда я почувствовала, как Слендер коленом плавно раздвинул мне ноги. Я вцепилась пальцами в его плечи, не желая ни сопротивляться ему, ни игнорировать страх, что бесцеремонно проник в мой разум. Его рука коснулась внутренней стороны моего бедра, и я зажмурила глаза. Спустя мгновение я почувствовала учащенное дыхание Слендера у своего уха.
— Все будет хорошо. Доверься мне, — голос Слендера был немного запыхавшимся, чувствовалось, что он едва сдерживается.
— Хорошо, — немного хрипло отозвалась я.
Расслабив мышцы лица, я наполовину приоткрыла глаза. Теплое, тягучее чувство желания разлилось внизу живота. Оно утешало, шептало моему разуму, что все правильно, все так, как и должно быть.
Как ни странно, я не помню боли. С размеренными толчками безликого тело обволакивали новые и новые волны наслаждения, что разливались по всему телу, доставая до самых закоулков моего разума. Наши тела были настолько близко, насколько это было физически возможно. Мои руки судорожно бродили по шее, плечам, спине. Его толчки откликались звонкими, мелодичными стонами, каждый из которых он жадно ловил. Напряжение росло, казалось, мы оба приближались к чему-то большему, чем волна: к ее выплеску. Последние рывки сопроводило животное рычание убийцы, что будоражило мой слух.
С его последним рывком мое тело окутал мощный разряд тока, что с громким стоном донес самую сильную волну наслаждения до каждой клеточки тела. Безликий тяжело дышал прямо у моего уха. Хрипотца в его голосе выдавала изнеможение. Спустя какое-то время он с небольшим усилием перевернулся и лег на спину рядом со мной. Я уютно утроилась на его часто вздымающейся груди. Спустя какое-то время мы оба отдышались. Все еще покоясь в уютной неге, оставшейся после недавней волны ощущений, я почувствовала, как мои глаза закрываются в приятной усталости. Мне хотелось спросить у Слендера, насколько хорошо я выполнила обещание, но сил уже не осталось. Я поддалась этому чувству и вскоре начала погружаться в дрему, наслаждаясь звуком его размеренного дыхания. Последнее, что я почувствовала в тот вечер, это навязчивое чувство теплого, приятного покалывания вокруг шеи.
Глава 21. Незваные гости
Когда я проснулась с утра, Слендера уже не было. Я не знаю, когда он ушел, так как уснула очень быстро и абсолютно непробудно. Я лениво потянулась и, собрав всю волю в кулак, неохотно выбралась из-под одеяла. Тело немного ныло, но это было скорее приятно, чем болезненно. Я нерасторопно прошагала в ванную комнату, где, перед тем как залезть под душ, встала перед раковиной, над которой висело большое высокое зеркало. Сказать, что увиденное застало меня врасплох — это ничего не сказать! Практически все мое тело: руки, ноги, плечи, живот, даже лицо немного были покрыты багровыми, кровавыми разводами. Они узорами лежали практически по всему телу, выдавая местами отпечатки рук безликого. На шее же красовалась приятного, золотистого, какого-то… теплого оттенка цепь, что кардинально отличалась от той ее вариации, куда более холодного и немного потертого цвета.Я коснулась ладонью своей шеи. Кожа была гладкой, словно ничего на ней вовсе и не было.
Страница 41 из 59
