Узы

Когда я повернула ручки крана, вода полилась, хотя температура не регулировалась. Она была холодной, но все же достаточно чистой. Это навело меня на мысль, что здешняя канализация какая-то странная.

Я наконец подняла глаза на зеркало и поняла, о чем же говорил мистер Черный Плащ. Мою шею обрамляло что-то на вид схожее с татуировкой серебристого цвета колючей проволоки. Она шла по всей ее окружности, не имея ни начала, ни конца. Одной сплошной цепью, казалось, будто тонкие, заостренные края впивались местами в кожу, но это не чувствовалось. Я снова дотронулась до шеи пальцами, но на ощупь все было нормально. Кожа была столь же ровной, как и раньше. Ничего, что было бы похоже на ощупь на объект, охватывающий мою шею, я не чувствовала.

Обратив внимание на свой облик в общем, я нервно закатила глаза. Волосы во все стороны торчали, под глазами мешки, щеки впали, кожа под носом слегка подсохла из-за недавнего нахождения там крови. Даже глаза казались мне уже не такими яркими, как раньше.

Я кое-как пригладила растрепанные волосы и умыла лицо холодной, хотя выбора особо не было, водой. И только в этот момент заметила, что на мне была одета совсем другая одежда. Свободные черные спортивные штаны и белая, с еле заметным бежевым рисунком, футболка, больше походящая на короткую ночную сорочку.

Я закатила глаза еще раз.

— Оу, ну блеск! — саркастично произнесла я.

Решив больше не тянуть, я вернулась в комнату. К этому моменту мистер Черный Плащ уже благополучно слинял. Я понимала абсолютную бессмысленность своей надежды, но не подойти и не подергать дверную ручку было бы просто… она бы не давала мне покоя! В результате так я и сделала. Хотя результат был предсказуем, она не поддалась. Было наивным предположить, что после того, как безликий освободил меня из наручника, он еще и дверь мне оставит открытой. Хотя, может оно и к лучшему. Если мой преследователь не один такой, Бог знает сколько тут еще этих… безликих.

Я подошла к окну, что не давало мне покоя, еще когда я была прикована к кровати. Оно было по-прежнему приоткрыто наверх, но ручка в деревянной раме отсутствовала, как будто ее кто-то выкрутил. Было лишь небольшое отверстие со стержнем, заканчивающимся еще в сантиметре от наружного края углубления. Видимо к нему и крепилась ручка.

— Вот же… Все предусмотрел! — пробурчала я. Перспективы, которые открывались, вовсе не радовали, что теперь делать было совсем не ясно.

Вновь вернувшись на кровать, я недоверчиво покосилась на еду. Рядом с тарелкой по-прежнему лежал нож, что был бережливо припасен как «последняя попытка». Я подняла его с подноса и, немного рассмотрев лезвие, сунула его под подушку.

В той же напряженной тишине прошло еще с несколько часов, а может и больше. И лишь вопрос о том, что же, черт возьми, у меня на шее не давал мне покоя…

Глава 4. Опрометчивый поступок

Я знала, что рано или поздно это случится, и когда дверь со скрипом распахнулась, уже не было той реакции, того страха как раньше. Не могу сказать, что смирилась, просто пришло какое-то осознание. Осознание того, что сейчас мне не дано что-либо изменить, как-то на свою учесть повлиять. Сидя со скрещенными ногами на покрывале, я не подавала вида, что заметила появившегося в дверях гостя и все так же смотрела на покрывало под собой.

В это время звук шагов дал мне понять, что он приблизился к кровати. Звука, означающего, что дверь за ним закрылась, я не услышала.

— Кто тебя освободил?

Я молчала. Только давление, исходящее от него, увеличилось. По скрипу кровати я поняла, что он облокотился о поручень у подножья кровати и склонился надо мной.

— Кто? — голос погрубел. Он злился.

— Тебе так хочется видеть меня скованной? — я промолвила это, не поднимая головы. Делать этого не хотелось, но мне казалось, что если я продолжу молчать, хорошо это не закончится.

Он слегка отстранился и уже не так сжимал руки на поручне. Этой фразой я явно застала его врасплох. Хотелось поднять глаза, чтобы посмотреть на его реакцию, но выдавать свой интерес я не собиралась.

— Я должен знать, у кого еще есть ключ, кто еще может войти к тебе. Не каждый здесь проявит к тебе снисхождение, поверь!

— Правда? — я вскинула голову. — Ты так говоришь об этом, как будто не ты, а он приковал меня к кровати, и не он, а ты освободил, когда, между прочим… — я замялась. Продолжать фразу было не лучшей идеей, и я вовсе замолчала.

— Кто? — тихо спросил он.

— Не скажу! — прошептала я.

Свет за его спиной был ярче, чем в остальной части комнаты, и я поняла, что дверь открыта. Мысль о том, как бы выбежать и найти выход, так и дергала меня за ухо, сидя словно маленький дьяволенок на плече.

Безликий выпрямился. И уже было хотел что-то произнести, как я обрубила его.

— Пить хочу. Налей в стакан из раковины воды, — мои глаза неотрывно смотрели на пуговицы его костюма.