Фандом: Гарри Поттер. Втроём они были только в раннем детстве, а потом каждая сама по себе. Но когда секрет одной выходит за рамку нормы, две других готовы бросить все совместные силы на предотвращение её личной катастрофы.
Добавить в моё избранное
12 мин, 12 сек 11482
А Цисси? Она же с Малфоем, так почему же сказала, что не будет счастливой? Слишком скрытой и молчаливой она стала. Поэтому я не понимала её.
И я мирилась с этим, пока накануне её свадьбы ко мне в дверь не постучались.
— Кто там? — грубо и резко — теперь так привычно.
— Я.
Может, послышалось? Она не могла быть здесь. Мне, верно, показалось — последствия ставшего таким близким сердцу сумасшествия. Но стук повторился. Я вскочила на ноги, подлетела к двери и резко распахнула её.
— Ты! — прошипела я.
— Белла…
— Ты! Ты посмела явиться сюда, неблагодарная девчонка?
— Белла, прошу, послушай!
— С чего, Андромеда? Миссис Тонкс, — выплюнула я.
— Я никогда не пришла бы сюда, ты знаешь.
— Но?
— Но это из-за Нарциссы.
— Так иди к ней, пока я не убила тебя на этом месте.
— Ты не поняла. Я узнала её секрет, её тайну. Она казалась тебе более менее счастливой — и мне тоже, — пока я не прочитала письмо. Несколько писем, точнее. По-видимому, они случайно попали ко мне в сумку.
— Быстрее, Меда, я теряю терпение.
— Это её переписка с Люциусом.
— Переписка?
— Да, он всегда присылал обратно её собственные письма, потому что она иногда теряет нить разговора, — объяснила она. — Важные лишь два. Они объясняют всё.
— Показывай.
— Я заучила наизусть, оригинал дома.
— Внимательно слушаю. И сразу после этого ты уйдёшь.
… письмо Люциуса Нарциссе …
Ты Блэк, у тебя нет выбора. Твоя мать выбрала тебя,
и это правильное решение: ты красива, умна, умеешь
держать себя достойно, есть манеры. Будет, чему
научиться, но ты справишься. Я не требую от тебя любви или
тепла, это не так уж важно. Ты должна будешь выйти за
меня замуж и родить мне сына. Наследник — единственное, что
нужно обеим нашим семьям. Ты чистокровная волшебница,
от смешения наших кровей не пострадает ни одно родословное
дерево. Я дам тебе всё, что ты захочешь, чтобы ты не
чувствовала себя несчастной или обделённой. Украшения,
платья, туфли, книги — что угодно, только скажи. С этим
письмом я прислал тебе кое-что. Это подвеска в форме
цветка, нарцисса. Ты наденешь его и будешь носить. При
встрече я объясню, зачем. Только не снимай.
Надеюсь, ты смиришься с решением наших родителей.
И моим.
… письмо Нарциссы Люциусу …
Я понимаю, что так нужно. Не стоит
оправдывать решение взрослых, с детства
мы привыкли их слушаться, и этот раз
не будет исключением. Ты говорил
о подарках, деньгах и богатствах —
это не главное в жизни девушки,
по крайней мере, моей. Я прошу лишь
о немногом: настоящих и искренних
чувствах. Ты, верно, не любишь меня,
но я хочу нежности и ласки, чтобы
узнать, что такое семья. Это, может,
и несвойственно Малфоям, но это
моё условие. Я приеду на две недели
в следующем месяце, хорошо?
Кстати, я должна сказать тебе
спасибо за подвеску. Только ты выбрал
нарцисс из-за моего имени, но мой
любимый цветок — лилия. Как Лили — помнишь,
была такая милая девочка на Гриффиндоре?
Я привыкну, обещаю. Но, знаешь,
это тяжело: в письмах ты один,
в жизни другой. Тебе тоже придётся
мириться. С моим характером, с моим
существом. Со мной.
— То есть они… — начала я.
— Не любят друг друга, — кивнула Андромеда.
Теперь всё встало на свои места, и я поняла, как слепа была по отношению к младшей из сестрёнок.
— Белла, нужно делать что-то.
— Я поеду к нему, — решение выстроилось в мыслях быстро, твёрдо и неоспоримо, потому что другого выхода не было.
— Я с тобой, — мигом вызвалась она.
— Ты слишком мала, к тому же ты предательница крови, не забыла? — прошипела я, останавливая сестру.
— Цисси и мне родная тоже! И смирись с моим выбором хотя бы сейчас, нам нужно вместе с ним поговорить, ясно?
Две сестры, бывшие Блек, появились на пороге Малфой-мэнора поздно вечером. В огромных витражных окнах горел свет: значит, хозяин бодрствовал.
Я, особо не церемонясь, взмахнула волшебной палочкой, и дверь мгновенно поддалась отпирающему заклинанию. Люциус обнаружился в гостиной комнате. Он медленно потягивал из бокала наверняка безумно дорогое вино и даже не шелохнулся, когда мы пришли. Меда прокашлялась, и он, наконец, соизволил поднять свои ледяные серые глаза.
— Добрый вечер, дамы. Надеюсь, причина вашего столь позднего визита воистину важна, иначе не вижу смысла вам здесь находиться, — растягивая по привычке слова, проговорил он.
И я мирилась с этим, пока накануне её свадьбы ко мне в дверь не постучались.
— Кто там? — грубо и резко — теперь так привычно.
— Я.
Может, послышалось? Она не могла быть здесь. Мне, верно, показалось — последствия ставшего таким близким сердцу сумасшествия. Но стук повторился. Я вскочила на ноги, подлетела к двери и резко распахнула её.
— Ты! — прошипела я.
— Белла…
— Ты! Ты посмела явиться сюда, неблагодарная девчонка?
— Белла, прошу, послушай!
— С чего, Андромеда? Миссис Тонкс, — выплюнула я.
— Я никогда не пришла бы сюда, ты знаешь.
— Но?
— Но это из-за Нарциссы.
— Так иди к ней, пока я не убила тебя на этом месте.
— Ты не поняла. Я узнала её секрет, её тайну. Она казалась тебе более менее счастливой — и мне тоже, — пока я не прочитала письмо. Несколько писем, точнее. По-видимому, они случайно попали ко мне в сумку.
— Быстрее, Меда, я теряю терпение.
— Это её переписка с Люциусом.
— Переписка?
— Да, он всегда присылал обратно её собственные письма, потому что она иногда теряет нить разговора, — объяснила она. — Важные лишь два. Они объясняют всё.
— Показывай.
— Я заучила наизусть, оригинал дома.
— Внимательно слушаю. И сразу после этого ты уйдёшь.
… письмо Люциуса Нарциссе …
Ты Блэк, у тебя нет выбора. Твоя мать выбрала тебя,
и это правильное решение: ты красива, умна, умеешь
держать себя достойно, есть манеры. Будет, чему
научиться, но ты справишься. Я не требую от тебя любви или
тепла, это не так уж важно. Ты должна будешь выйти за
меня замуж и родить мне сына. Наследник — единственное, что
нужно обеим нашим семьям. Ты чистокровная волшебница,
от смешения наших кровей не пострадает ни одно родословное
дерево. Я дам тебе всё, что ты захочешь, чтобы ты не
чувствовала себя несчастной или обделённой. Украшения,
платья, туфли, книги — что угодно, только скажи. С этим
письмом я прислал тебе кое-что. Это подвеска в форме
цветка, нарцисса. Ты наденешь его и будешь носить. При
встрече я объясню, зачем. Только не снимай.
Надеюсь, ты смиришься с решением наших родителей.
И моим.
… письмо Нарциссы Люциусу …
Я понимаю, что так нужно. Не стоит
оправдывать решение взрослых, с детства
мы привыкли их слушаться, и этот раз
не будет исключением. Ты говорил
о подарках, деньгах и богатствах —
это не главное в жизни девушки,
по крайней мере, моей. Я прошу лишь
о немногом: настоящих и искренних
чувствах. Ты, верно, не любишь меня,
но я хочу нежности и ласки, чтобы
узнать, что такое семья. Это, может,
и несвойственно Малфоям, но это
моё условие. Я приеду на две недели
в следующем месяце, хорошо?
Кстати, я должна сказать тебе
спасибо за подвеску. Только ты выбрал
нарцисс из-за моего имени, но мой
любимый цветок — лилия. Как Лили — помнишь,
была такая милая девочка на Гриффиндоре?
Я привыкну, обещаю. Но, знаешь,
это тяжело: в письмах ты один,
в жизни другой. Тебе тоже придётся
мириться. С моим характером, с моим
существом. Со мной.
— То есть они… — начала я.
— Не любят друг друга, — кивнула Андромеда.
Теперь всё встало на свои места, и я поняла, как слепа была по отношению к младшей из сестрёнок.
— Белла, нужно делать что-то.
— Я поеду к нему, — решение выстроилось в мыслях быстро, твёрдо и неоспоримо, потому что другого выхода не было.
— Я с тобой, — мигом вызвалась она.
— Ты слишком мала, к тому же ты предательница крови, не забыла? — прошипела я, останавливая сестру.
— Цисси и мне родная тоже! И смирись с моим выбором хотя бы сейчас, нам нужно вместе с ним поговорить, ясно?
Две сестры, бывшие Блек, появились на пороге Малфой-мэнора поздно вечером. В огромных витражных окнах горел свет: значит, хозяин бодрствовал.
Я, особо не церемонясь, взмахнула волшебной палочкой, и дверь мгновенно поддалась отпирающему заклинанию. Люциус обнаружился в гостиной комнате. Он медленно потягивал из бокала наверняка безумно дорогое вино и даже не шелохнулся, когда мы пришли. Меда прокашлялась, и он, наконец, соизволил поднять свои ледяные серые глаза.
— Добрый вечер, дамы. Надеюсь, причина вашего столь позднего визита воистину важна, иначе не вижу смысла вам здесь находиться, — растягивая по привычке слова, проговорил он.
Страница 2 из 4
