Нечистая совесть

Хирума лениво надувал пузыри из жвачки, а Мамори продолжала бессвязно бормотать:

— Я вечно твердила, что Сена не сможет как следует играть в амерфут, что он слишком слабый. Что он труслив, что никогда не сделает того, что может Айшилд. Это было хуже, чем мое невнимание, что Сена растет как игрок. Я обращалась с ним как с ребенком, которому нужен постоянный присмотр.

— Брось, — хмыкнул Хирума, — сомневаюсь, что мелкого это волновало.

Мамори утерла глаза тыльной стороной ладони.

— Волновало, иначе бы зачем он скрывал от меня то, что и так знали все? — она закрыла руками лицо и всхлипнула. — Он не считает меня больше другом, и за это я его не виню, — призналась она. — Я сама не смогла бы уважать того, кто относился бы ко мне как к несмышленому младенцу. Даже если это и было не так, то…

— Чертов менеджер, — перебил ее Хирума и вздрогнул, когда она вконец разревелась.

— Перестань так меня называть! — завопила она.

— Слушай, — продолжил он чуть погодя, — он молчал, потому что я запретил. И даже когда остальные узнали, я все равно запрещал все рассказывать.

Мамори мрачно посмотрела на него.

— И почему ты так сделал?

— Да я просто тебе не доверял, — спокойно ответил Хирума.

Мамори перестала рыдать и уставилась на него с сомнением. После многозначительной долгой паузы она проговорила:

— А ты почему мне не доверял?

— Смысл повторять? — Хирума пожал плечами и скрестил руки на груди. — У меня были свои причины, и теперь ты их знаешь.

Мамори ударила рукой по столу. Теперь лицо ее пылало от гнева, от слез не осталось и следа.

— Не доверял мне после всего, что я сделала для команды?

— Да, я не хотел держать тебя в курсе! — резко отозвался Хирума. — Сейчас это уже вообще не имеет никакого значения.

— Имеет! — зло сказала Мамори. — Ты пользуешься слишком дурной славой. Шантаж. Влияние на людей. Любые средства для достижения цели. Ты даже меня шантажировал! — Она на минуту умолкла, но когда заговорила снова, ее тон несколько смягчился. — И, несмотря на все это, я все равно доверяю тебе, Йоичи Хирума. Ты последний, кому я должна бы верить, и все же — я тебе доверяю. Так что — да, я думаю, это важно: я знаю, что ты не доверяешь мне. И как я должна на это реагировать?

Хирума поднял бровь.

— Не уверен, что я когда-нибудь видел, в чем выражается твое доверие, — прокомментировал он.

— И все-таки я тебе доверяю, — ответила она. — Я была в бешенстве и чувствовала себя виноватой. И я думаю, я имею право узнать, почему не пользуюсь твоим доверием.

— Ну, хорошо, — сказал он. Мамори обеспокоенно взглянула на него, а Хирума какое-то мгновение любовался ее раскрасневшимися щеками. При прежних размолвках он ее такой рассерженной не видел. — Я тебе доверял, в том смысле, что ты не проболтаешься. Но сомневался, что ты не вынудишь мелкого уйти из команды.

У Мамори отвисла челюсть.

— Я… заставила бы его уйти? Зачем бы я это сделала?

— Подумай, — Хирума издевательски фыркнул. — Если бы ты знала, кто во время этих нескольких первых игр постоянно лажал, ты бы просто указала ему на выход.

— Но если бы я знала!

— Без разницы. Ты такой человек.

Мамори плюхнулась в кресло и угрюмо посмотрела на стол.

— Довольна, чертов менеджер? Я тебе доверяю, а мелкий считает тебя другом. Но если завтра он попробует с тобой заговорить, это будет последнее, что он сделает, — объявил Хирума. — Так что перестань нудеть. Ты на себя не похожа, и это меня раздражает.

Мамори слабо улыбнулась, но Хирума счел, что улыбка эта была вымученной.

— Прости, что не сдержала эмоций, — прошептала она.

Через некоторое время Мамори встала, схватила учебник и сунула его в рюкзак.

— Ты чего?

— Я ухожу, — ответила она уныло.

— А на улице все еще ливень.

Мамори подошла к двери и взялась за ручку.

— Будет лучше, если я уйду, — сказала она и открыла дверь.

— Не глупи. Подожди еще немного, чертов менеджер. Для тебя еще есть работа.

— Спокойной ночи, Хирума-кун, — крикнула она, даже не огрызнувшись из-за ненавистного обращения, и быстро закрыла дверь.

Но домой Мамори не пошла. Она прошла на стадион, села на скамейку и принялась разглядывать мокрое поле. Молнии сверкали, следуя за раскатами грома. Звук дождя заглушил шаги, и Мамори вскочила, когда узкая и теплая ладонь сжала ее плечо.

— Пожалуйста, Хирума-кун, оставь меня в покое, — тихо попросила она, глядя под ноги. Пряди мокрых волос закрыли ее лицо.

Хирума усмехнулся и сел рядом, слегка задев рукой ее руку. Мамори взглянула на него и едва сдержала улыбку. Обычно светлые, колючие вихры Хирумы сейчас были мокрыми, поникшими и падали на лицо.

Какое-то время они сидели молча, а дождь продолжал поливать.