Тяжело в учении

— Вы свободны, — сухо произнесла её величество, и Дик резво отскочил от двери. Спустя минуту та распахнулась, выпустив зарёванную растрёпанную Иоланту, которая, не заметив Дика, быстро скрылась с глаз.

— Заходите, юноша, — лениво велела королева. Дик вошёл, таращась на неё.

— Ну и как вам тылы девицы Манрик? — спросила королева. — Вы ведь хорошо успели их рассмотреть?

— Я… — начал Дик и замер, неотрывно глядя на висящий у неё между ног клинок, блестящий от влаги. — Вы обесчестили её?

— Ну, допустим, девица Манрик давно уже не девица, — уведомила королева. — А я, как вам известно, не терплю, когда кто-то покушается на принадлежащее мне. Она так и пожирала вас глазами, вы не заметили? А вот я заметила. И потому девица получила то, что хотела. Теперь о вас.

Дик так и хлопал глазами: он не заметил, чтобы Иоланта на него покушалась.

— Испытание вы прошли, но не то чтобы не дрогнув, — насмешливо продолжила королева. — Заприте двери и идите ко мне.

Когда Дик повернулся к ней, королева сидела в кресле, придерживая свой клинок так, чтобы он смотрел вертикально вверх.

— Раздевайтесь, — приказала она. — Полагаю, вы уже готовы принять его в себя. Если справитесь, вам зачтётся это как… как верховая прогулка, о которой я вам говорила.

Дик мученически закатил глаза: он боялся искусно сделанного члена, но ещё больше он боялся проехаться на подобном члене публично. Приходилось выбирать из двух зол меньшее.

Поздно ночью, когда он наконец задремал на королевском ложе, поудобнее пристроив саднящий зад, он почувствовал, как её величество склоняется над ним, и поразился тому, что слышит.

— Прости, — шептала королева. — Прости, прости…