Фандом: Чёрный Плащ. Решили как-то незадачливые злодеи забацать на обед что-нибудь этакое…
Добавить в моё избранное
7 мин, 56 сек 17697
— Значит, так, — хмуро изрёк Антиплащ. — Обрисовываю ситуацию. Лично мне — а, значит, и вам — надоело изо дня в день питаться покупными равиолями и безвкусной сухой лапшой из пакетика. Ясно? — Он обвёл мрачным взглядом постные физиономии своих дружков, сидевших вокруг стола. — Найдётся среди вас хоть один не совсем безнадёжный балбес, который сумеет сварганить на обед что-нибудь по-человечески съедобное?
Ответом ему было молчание…
Бушрут пристально смотрел в окно, делая вид, что нашел в торчащем возле дороги поникшем кусте шиповника что-то исключительно примечательное, представляющее глубочайший интерес с научной точки зрения. Мегавольт отсутствующим взглядом изучал лампочку, свешивавшуюся с потолка на длинном шнуре. Квага задумчиво рассматривал клеёнку, лежавшую на кухонном столе: испятнанную липкими кругами от немытых чашек, во многих местах безжалостно прожжённую и покрытую рваными ножевыми ранениями. Ликвигад, затаившийся где-то глубоко в фановой трубе, предпочитал отсутствовать… и не давал о себе знать даже обычно свойственным ему утробным бульканием.
— До обеда меня не будет, — помолчав, зловеще продолжал Антиплащ. — У меня есть кое-какие дела в городе, но к двенадцати я вернусь. Так вот, чтобы к этому времени вот здесь, — он ткнул пальцем в самую большую розочку на клеёнке, — вот здесь, на этом самом месте, стояла еда. И это наверняка будет не подгоревшая яичница, не размазня из овсяных хлопьев, и не резиновый салат из консервированных кальмаров, заправленный машинным маслом, а густая, наваристая, ароматная Сборная Солянка! Задача ясна? Вопросов нет! Приступить к выполнению! — С грохотом отодвинув стул, он поднялся, натянул чуть ли не на глаза свою красную широкополую шляпу и, засунув руки в карманы, пинком распахнул входную дверь. — Пока, до встречи!
Дверь за ним — вновь, по-видимому, пинком — закрылась…
Квага, Бушрут и Мегавольт наконец-то позволили себе отмереть — и вымученно посмотрели друг на друга. Репейник поднялся первым — и боком, на цыпочках, как-то незаметно попятился в прихожую…
Недостаточно незаметно.
— Ты куда? — угрожающе спросил Мегавольт, выходя за ним следом. — Слинять надумал, а? Отлыниваешь, значит, от выполнения трудовой повинности и хлопотных домашних обязанностей?
— Нет. Просто мне совершенно необходимо прополоть фиалки… немедленно, — сухо, особо выделяя голосом последнее слово, ответил Бушрут — и сердито поджал губы. — Я скоро вернусь.
— Скоро? Ага! Аккурат к обеду?
Репейник, сделав вид, что не заметил насмешки, поспешно выскочил за порог. Мегавольт, кипя негодованием, вернулся на кухню — и обнаружил, что Квага тоже исчез… Выбросился в окно? Просочился в трещины между половицами? Испарился через вентиляционные отдушины? Уроды! Дезертиры проклятые! Что же, я теперь один буду варить эту идиотскую солянку? Ладно, справлюсь и без вас! Мегавольт с грохотом открыл шкафчик с посудой, поймал спикировавшую на него с верхней полки жестяную банку из-под кофе и, с раздражением зашвырнув её обратно, принялся отбирать необходимый инвентарь.
Во-первых. Кастрюля. Желательно не дырявая. С этим понятно.
Во-вторых. Половник. Поглубже.
В-третьих. Ложка-шумовка. Такая штука с дырочками, в которые удобно подглядывать за… ну, в общем, просто подглядывать. А ещё снимать всяко-разное накипевшее на верхах. Ага.
В-четвёртых… Что же в-четвёртых? Ладно, хватит посуды, обойдусь и тем, что есть. Ведь всё это потом ещё придётся мыть…
Мегавольт со вздохом вооружился кастрюлей и подошёл к раковине, чтобы набрать воды. В кране заурчало; из круглого, как пистолетное дуло, узкого черного отверстия выдавилась полупрозрачная голова Ликвигада.
— Кухарничаешь, мозгляк? А где остальные? Поспешили спастись безоглядным бегством?
— Смойся, пузырь, а не то спущу тебя в унитаз. Дай воды набрать, — хмуро отозвался Мегс. Он до отказа отвернул кран и наполнил кастрюлю Ликвигадом… или тем, что всё-таки вытекло из трубы, и поставил посудину на огонь. Потом решительно, стиснув зубы, с видом человека, готового к любой неожиданности, распахнул дверцу холодильника…
Н-да.
Пачка унылых сморщенных сосисок. Кусок сыра. Банка чего-то мутного, маринованного. Посиневшая от холода курица, местами небритая, покрытая пупырышками, погибшая, судя по всему, сугубо естественной смертью — от жестокого недоедания. Мегавольт брезгливо взял её за лапу и торопливо, словно опасаясь, что она сейчас его клюнет, бросил в кастрюлю… И — вот так удача! — попал!
С первого раза!
Вдохновленный успехом, он выгреб из холодильника всё, что там оставалось мало-мальски съедобного и отправил в компанию к горемычной курице: сосиски, кусок чуть попахивающей ветчины, засохшие струпья нарезанного сыра, горсть риса, полчашки гороха, чьи-то сероватые щупальца из вскрытой консервной банки… Э-эх, для полного счастья только лимончика не хватает!
Ответом ему было молчание…
Бушрут пристально смотрел в окно, делая вид, что нашел в торчащем возле дороги поникшем кусте шиповника что-то исключительно примечательное, представляющее глубочайший интерес с научной точки зрения. Мегавольт отсутствующим взглядом изучал лампочку, свешивавшуюся с потолка на длинном шнуре. Квага задумчиво рассматривал клеёнку, лежавшую на кухонном столе: испятнанную липкими кругами от немытых чашек, во многих местах безжалостно прожжённую и покрытую рваными ножевыми ранениями. Ликвигад, затаившийся где-то глубоко в фановой трубе, предпочитал отсутствовать… и не давал о себе знать даже обычно свойственным ему утробным бульканием.
— До обеда меня не будет, — помолчав, зловеще продолжал Антиплащ. — У меня есть кое-какие дела в городе, но к двенадцати я вернусь. Так вот, чтобы к этому времени вот здесь, — он ткнул пальцем в самую большую розочку на клеёнке, — вот здесь, на этом самом месте, стояла еда. И это наверняка будет не подгоревшая яичница, не размазня из овсяных хлопьев, и не резиновый салат из консервированных кальмаров, заправленный машинным маслом, а густая, наваристая, ароматная Сборная Солянка! Задача ясна? Вопросов нет! Приступить к выполнению! — С грохотом отодвинув стул, он поднялся, натянул чуть ли не на глаза свою красную широкополую шляпу и, засунув руки в карманы, пинком распахнул входную дверь. — Пока, до встречи!
Дверь за ним — вновь, по-видимому, пинком — закрылась…
Квага, Бушрут и Мегавольт наконец-то позволили себе отмереть — и вымученно посмотрели друг на друга. Репейник поднялся первым — и боком, на цыпочках, как-то незаметно попятился в прихожую…
Недостаточно незаметно.
— Ты куда? — угрожающе спросил Мегавольт, выходя за ним следом. — Слинять надумал, а? Отлыниваешь, значит, от выполнения трудовой повинности и хлопотных домашних обязанностей?
— Нет. Просто мне совершенно необходимо прополоть фиалки… немедленно, — сухо, особо выделяя голосом последнее слово, ответил Бушрут — и сердито поджал губы. — Я скоро вернусь.
— Скоро? Ага! Аккурат к обеду?
Репейник, сделав вид, что не заметил насмешки, поспешно выскочил за порог. Мегавольт, кипя негодованием, вернулся на кухню — и обнаружил, что Квага тоже исчез… Выбросился в окно? Просочился в трещины между половицами? Испарился через вентиляционные отдушины? Уроды! Дезертиры проклятые! Что же, я теперь один буду варить эту идиотскую солянку? Ладно, справлюсь и без вас! Мегавольт с грохотом открыл шкафчик с посудой, поймал спикировавшую на него с верхней полки жестяную банку из-под кофе и, с раздражением зашвырнув её обратно, принялся отбирать необходимый инвентарь.
Во-первых. Кастрюля. Желательно не дырявая. С этим понятно.
Во-вторых. Половник. Поглубже.
В-третьих. Ложка-шумовка. Такая штука с дырочками, в которые удобно подглядывать за… ну, в общем, просто подглядывать. А ещё снимать всяко-разное накипевшее на верхах. Ага.
В-четвёртых… Что же в-четвёртых? Ладно, хватит посуды, обойдусь и тем, что есть. Ведь всё это потом ещё придётся мыть…
Мегавольт со вздохом вооружился кастрюлей и подошёл к раковине, чтобы набрать воды. В кране заурчало; из круглого, как пистолетное дуло, узкого черного отверстия выдавилась полупрозрачная голова Ликвигада.
— Кухарничаешь, мозгляк? А где остальные? Поспешили спастись безоглядным бегством?
— Смойся, пузырь, а не то спущу тебя в унитаз. Дай воды набрать, — хмуро отозвался Мегс. Он до отказа отвернул кран и наполнил кастрюлю Ликвигадом… или тем, что всё-таки вытекло из трубы, и поставил посудину на огонь. Потом решительно, стиснув зубы, с видом человека, готового к любой неожиданности, распахнул дверцу холодильника…
Н-да.
Пачка унылых сморщенных сосисок. Кусок сыра. Банка чего-то мутного, маринованного. Посиневшая от холода курица, местами небритая, покрытая пупырышками, погибшая, судя по всему, сугубо естественной смертью — от жестокого недоедания. Мегавольт брезгливо взял её за лапу и торопливо, словно опасаясь, что она сейчас его клюнет, бросил в кастрюлю… И — вот так удача! — попал!
С первого раза!
Вдохновленный успехом, он выгреб из холодильника всё, что там оставалось мало-мальски съедобного и отправил в компанию к горемычной курице: сосиски, кусок чуть попахивающей ветчины, засохшие струпья нарезанного сыра, горсть риса, полчашки гороха, чьи-то сероватые щупальца из вскрытой консервной банки… Э-эх, для полного счастья только лимончика не хватает!
Страница 1 из 3
