Авгуры

Пол заработка уходило на эти чертовы книги. Ребенку, видите ли, надо заниматься. Взять у друзей или соседей нельзя — вдруг книжка превратится в кошку и убежит. Вашу мать! Особенный стал для него синонимом к слову странный. А Эйлин еще и поощряла эту ненормальность, сама учила его всем этим фокусам и сказкам.

Чего только стоит этот случай летом 1966 года! Он с семьей тогда решил съездить к себе Линкельхольт, родных проведать, да и самому тогда отдохнуть не мешало. По случаю приезда в маленьком двухэтажном домике собралась вся семья: брат, старшая сестра с мужем и двумя детьми, близнецами на три года старше Северуса, двоюродный брат с семьей, крестная, да еще пара соседей. Без них никак. Все расспрашивали о жизни, о делах в Портсмуте, говорили, что стоит почаще приезжать. Соседи наперебой пересказывали последние деревенские новости, местные сплетни, временами вспоминая людей, которых он, казалось, уже давно забыл… После обеда ребята убежали купаться на речку, Северус с ними. Он тогда только порадовался. Ну, наконец-то! Молодец!

Вернулся он через четверть часа, прижимая к груди небольшой букетик ромашек, и торжественно вручил их Эйлин. Все только заулыбались: «Ах, какой милый малыш!»

А малыш засмущался и говорит, дескать, ничего особенного в этом нет, просто если взять сушеные цветы ромашки, добавить к ним листья мелиссы, селезенки лягушек и еще какой-то белиберды, то получится отличное обезболивающие зелье. Понятно, как божий день, откуда ветер дует. Эйлин в ту пору подрабатывала, варя зелья на заказ дома. Вот и научила. Впрочем, присутствующие только еще больше посмялись. Он же взглянул на Эйлин и обомлел: она сидела, гордо вскинув голову, всем своим видам показывая какие собрались вокруг нее идиоты и ничтожества, на губах играла презрительная улыбка.

После этого случая он попытался с ней серьезно поговорить и… наткнулся на глухую, каменную стену непонимания. «Хогвартс!» — вот и все, что он слышал в ответ.

Хогвартс — причина и следствие всего. Начало ссор, скандалов, даже драк. Начало конца. Он просто не понимал: почему должен отправлять своего сына черт знает куда. Делать из него вторую Эйлин. Делать из него сказочника, тряпку. Нет, лучше как все дети в начальную школу, а не в богом забытую дыру где-то в Шотландии, которую он даже увидеть не сможет. Он, видите ли, маггл и не может лицезреть такое чудо. Только последняя дура могла такое придумать.

Была и еще одна причина, о которой он никогда ей не говорил. И не скажет уже. Просто, раз он не может увидеть эту школу, то как он сможет помочь сыну, если что-то случится? Может, надо будет поддержать его в трудный момент. «Что-то случится!» — эта мысль не давала покоя.

Что там говорят про «материнское сердце»? Интересно, а отцовское есть?

Вот так и жили: один не слышал другого. Сказочная жизнь. В начале 1967 судоверфь приобрела индийская компания «Pipavav». Ее руководство в целях экономии средств быстренько провело сокращение рабочих мест. Вот так он остался за бортом. За бортом нормальной жизни. Еще пару месяцев пытался безрезультатно найти работу. За дом надо было выплачивать, отложенные деньги заканчивались, а Эйлин вела себя как ни в чем не бывало: покупала книги, ингредиенты для своих зелий, какой-то порох — словно не видела, что происходит вокруг. Не видела? Не стоит обманываться — ей просто было наплевать. Всегда.

Когда ситуация, казалось, вообще зашла в тупик, Майкл Флин посоветовал поехать в Питерборо, сам он уже получил бронь на каком-то заводе. Тобиас тогда подумал и решил, что терять все равно нечего. Так он оказался в этом богом забытом промышленном районе.

Да, ему в этой жизни терять уже абсолютно нечего. Он все и так потерял. Остается только стоять у раскрытого окна, вдыхать грязный воздух заводов и пить жженую бурду, такую же горькую, как и вся его жизнь. Жизнь человека-помойки. Поучительный может получиться рассказ, хоть и грустный, но, несомненно, поучительный.

Тихо скрипнула дверь, в комнату вошла Эйлин, кутаясь в шерстяную шаль.

— Уснул?

— Да, — тихо говорит она.

— Хорошо, давай и сама ложись!

— А ты?

— А я еще постаю, подумаю…

— О чем?

— Не важно.

Она долго смотрит ему в глаза, вздыхает и делает шаг к двери. И тут он вспоминает.

— Постой! У тебя осталось хоть немного?

— Да, я старалась экономить. А когда выплатят остальную часть?

— Обещали к пятнадцатому мая.

— Хорошо.

Она вновь долго и пытливо смотрит на него грустными глазами.

— Ладно, иди уже!

— Знаешь, я тут подумала, если купить пару ингредиентов, я бы опять могла варить зелье на заказ. В Косом переулке сейчас спрос на зелье для похудания с этой новой модой, — заводит старую песню Эйлин.

Опять издевается. Она не дура, просто ей нравится доводить его до белого колинья.

— Да ты что?!