Две тени

Рука все еще плохо слушалась, и я мог только надеяться, что этот громила ничего не повредил.

— Сядь, — приказал Ксавьер.

Я окончательно растерялся, однако подтащил табурет к стойке и сел напротив.

— Налей себе тоже, — усмехнулся он. — Иначе хлопнешься в обморок. Не беспокойся, я плачу.

— Если бы меня волновало это, — пробурчал я.

— У тебя еще остались силы шутить? — сигарета зашипела в пепельнице. — Однако.

Я налил порцию и себе. Рука уже не тряслась. Хороший знак.

— Так что наговорил обо мне Амадео? — Ксавьер поджег очередную сигарету. — Отвечай честно.

— Ничего особенного, — после глотка спиртного я почувствовал себя уверенней. — Кроме того, что приказал вам убить своего брата.

Ксавьер рассмеялся. Я вздрогнул от неожиданности и едва не расплескал виски. Никогда бы не подумал, что такой человек умеет смеяться. Но смех не коснулся его глаз.

— Приказал? Не думал, что опущусь до исполнения чьих-то приказов. Пусть это даже будет Амадео.

— Но…

— Я всего лишь ему помог, ничего больше. У Амадео никогда рука бы не поднялась на этого таракана. Да и я не позволил бы ему стать убийцей, поэтому взял работу на себя, — он сделал глоток и затянулся сигаретой. — Дальше.

Делать было нечего. Я пересказал все, что услышал от Амадео. Выражение лица Ксавьера не менялось, он лишь изредка кивал, подтверждая правдивость информации.

Я был уверен, что неприятную историю об убийстве отца Амадео он знает, но на всякий случай поведал и ее. И правильно сделал — взгляд Ксавьера уже не был таким скептическим. Он понял, что мне можно доверять, и я возликовал. Однако тут же одернул себя — такой человек не доверяет никому, кроме самого себя, и надеяться на что-то попросту глупо.

— Очень хорошо, — сказал он, когда я закончил. — Признаться, я удивлен, что Амадео настолько доверился тебе.

— Я бармен, — просто ответил я. — В мои обязанности входит выслушивать все, что говорят клиенты, и брать часть их груза на себя.

— А не сломаешься ли ты под этим весом? — усмехнулся Ксавьер, повторив слова Амадео.

Поскольку я ничего не ответил, он сунул в рот новую сигарету.

— Йохан, запри дверь и повесь табличку «Закрыто».

Я в недоумении уставился на него. Что он собирается сделать? Неужели меня помиловали лишь на время и сейчас будут жестоко убивать?

— Я не верю в судьбу, — сказал он, выпуская клуб дыма вверх. — Но сегодня оказался здесь. В странном баре, владелец которого знает моего лучшего друга. И не просто знает, а проник в его тайны, о которых он жуть как не любит вспоминать. Скажи, эта информация выйдет куда-нибудь за пределы этих стен?

— Она не выйдет даже за пределы моей головы, — я коснулся виска.

Ответ его удовлетворил.

— В таком случае, Джо, — он впервые обратился ко мне по имени. — Не хочешь ли пополнить свою коллекцию?

— А? — я непонимающе уставился на него, и тут до меня дошло. Он что, собирается рассказать мне историю?!

Видимо, потрясение слишком сильно отразилось на моем лице, потому что он усмехнулся.

— Замени пепельницу.

Фредерик втолкнул его в кладовку. Швабра, прислоненная к стене, покачнулась и больно ударила Ксавьера по лбу.

— Сиди здесь и не высовывайся, — зашептал брат. — Он видел только меня. Как только сможешь выйти, позвони в полицию еще раз, на всякий случай, все ясно? — он оглянулся через плечо, вздрогнув от шума внизу. — Что бы ни услышал, не выходи, понял?

Дверь захлопнулась. Опомнившись, Ксавьер налег со всей силы, но она не поддавалась — брат изо всех сил подпирал ее спиной.

— Фред! — он ударил по двери кулаком. — Как так?! Я ведь старший, мне уже десять, а тебе всего семь! Это я должен тебя защищать, Фред! — он стучал и стучал в дверь, но брат будто его не слышал. — Открой и зайди сюда, а я побегу к соседям и позвоню папе, я быстро бе…

— Да, дом восемь! — выкрикнул вдруг Фредерик, заглушая увещевания Ксавьера. — И побыстрее, пожалуйста, он вот-вот…

— Ты с кем там разговариваешь, пацан?

Ксавьер отскочил, словно его ударило током. Сквозь щель он видел, как ноги брата оторвались от пола. Трубка радиотелефона с глухим стуком упала на ковер.

— Я… говорил по теле… фону… — Фред взбрыкнул ногами. — А ну отпусти меня, здоровенный кабан! Скоро тут будет полиция, ты никуда не уйдешь!

Ксавьер протянул руку к двери, но тут же отдернул. Зажал рот, боясь, что звук дыхания выдаст его, и в ужасе таращился через крошечную щель. Фредерик казался таким маленьким по сравнению с проникшим в дом грабителем, но смотрел без страха.

— Мы еще посмотрим, кто не уйдет, — мужчина достал нож и щелчком раскрыл его. — Говори сейчас же, где в вашем чертовом доме деньги?

— Вот еще, — Фредерик отнюдь не выглядел испуганным, хотя сердце бешено колотилось, а голос предательски дрожал.