Грязный Гарри и Тайная комната

Безалаберный мальчишка, который ничего не смыслит в уходе за животными.

— Как владелец крысы, юноша, вы отвечаете за нее, понимаете? — ворчала Саламандер. — Вы следите за ней, а за вас никто этого делать не станет! Зачем вы выпустили свою крысу в коридор?

— Я не выпускал никого, она сама себя выпустила, — угрюмо ответил Рон.

— А вы не уследили, куда она бежит, юный растяпа!

— Я пытался…

— Надо было пытаться лучше!

— А что с ней случилось?

— Разве вы не видите на стене красную линию? Разве я не обозначала, что она значит? Но вы же всё прослушали… Сто раз говорила: не кидайте ничего в этот коридор!

— Так что с ней случилось?! — перебил Рон.

— Василиск ее съел.

Сюрприз для Джеймса

— Гарри, профессор Саламандер сегодня сказала, что на днях забирает василиска. После того возмутительного происшествия с крысой она его и дня в школе не продержала бы, говорит, но приходится улаживать некоторые формальности. Она надеется, что послезавтра добьется последней резолюции на разрешение.

— Замечательно, — буркнул Гарри.

— Авроры, наверное, уедут вместе с ней. Они сказали, что теперь им здесь делать нечего. Василиска увозят, главного подозреваемого тотально обезвредили, так что школе ничего не грозит. Они проследят, чтобы василиска транспортировали по всем правилам, и вернутся в аврорат.

— Тем лучше.

— И они обещали зеркало с Волдемортом забрать с собой. Ведь если бы не это зеркало, Петтигрю не заставили бы открывать Тайную комнату. Теперь ясно, что зеркалу не место в детской школе, и за ним приедет наряд из Отдела Тайн.

— А то раньше они не знали, что зеркалу здесь не место, — мрачно высказался Рон. — Его бы надо было убрать еще в прошлом году, это Дамблдор настоял, чтобы его оставили!

— Уизли, ты прозрел? Ты выступаешь против Дамблдора? Ушам своим не верю, — съязвил Малфой.

— Сам дурак, — коротко ответил Рон.

— Что ты, Уизли, куда мне до тебя…

— Мальчики, не отвлекайтесь! Так вот, Гарри, это всё для нас не очень хорошо. Ведь мы собирались уничтожить с помощью василиска хоркрукс, так что нам надо поторопиться. Нам надо успеть скормить его василиску до послезавтрашнего дня. Малфой, у тебя дневник с собой?

— Кто-нибудь, остановите Грейнджер! — возопил Гойл в окружающее пространство. — Скормить василиску? Опять? Тебе одного раза не хватило?!

— Грейнджер, друг мой, это уникальное явление природы, и остановить его невозможно, — фыркнул Малфой. — О гений маглорожденный, поясни нам, как ты собираешься что-то скормить василиску сейчас, когда с него глаз не спускает Саламандер? Скорее она сама тебя съест, чем позволит приблизиться к драгоценной зверюшке. Думаешь, она не запомнила, как мы все торчали в коридоре в прошлый раз? Она тебя узнает и вообще на этаж не пустит.

— Я возьму мантию-невидимку, — не сдавалась храбрая гриффиндорка.

— Грейнджер, тебе и правда вчерашнего не хватает? Нас и так с трудом Дамблдор отмазал, авроры хотели нас в клочья порвать! И Саламандер тоже! Знаешь, терпение Дамблдора не безгранично, на второй раз даже он не будет тебя прикрывать.

— Ничего, мы что-нибудь придумаем, — бодро сказала Грейнджер.

Малфой взвыл и схватился за голову.

— Я полночи не спал после вчерашнего, так что спасибо, Грейнджер, но с меня хватит.

— Правда не спал? — наивно удивился Нотт. — А я вроде слышал, что ты как лег, так и захрапел…

— Это Кребб и Гойл храпели.

— Ты тоже.

Гермиона вздохнула и произнесла куда-то вдаль:

— Кто-нибудь, остановите Малфоя, а то эти мальчишки до завтра будут разбираться, кто где храпел!

— Да ты же не знаешь сути! Эти дубины, Кребб и Гойл, им вообще всё хоть бы хны. Они железные! Знаешь, что они сделали вчера, пока нас в кабинете директора авроры полоскали?

— Они пошли в туалет, я помню, — заметила Гермиона.

Малфой захохотал.

— «В туалет»! Они пошли на пятый этаж, где Петтигрю тарелку пирожных бросил, и все их сожрали!

— Не все, мы оставили то, которое он надкусил, потому что это вещественное доказательство, — возразил ученый Гойл. — И тарелку брали в перчатках, чтобы не стереть отпечатки пальцев.

— Слышала, Грейнджер?

— А мы что? Это авроры виноваты, что вовремя не почесались, — вступился Кребб. — Такую улику упустили. Мы так боялись, что тарелку уже заберут, что они успеют первыми.

— А потом они вернулись в слизеринскую гостиную и сожрали полмешка шоколадных лягушек.

— Люблю пожрать, — с достоинством сказал Кребб. — И что?

— Не удивляюсь, что у вас железные нервы. Немногие смогли бы спокойно прочитать «Ганнибала», и понятно, что после этого вас людоедством не удивишь!

— Да ты что, шикарная книга! — обиделся Гойл.