Фандом: Гарри Поттер. Сиквел к фанфику «Грязный Гарри и Философский Камень».С Философским Камнем разобрались. И успокоились?Что вы. Философский Камень — это еще цветочки…
Добавить в моё избранное
155 мин, 34 сек 4193
Но разве для Гарри есть что-то невозможное?!
Перед профессором Поттером стоит реальная проблема: целый курс из 50 человек, которых он за год должен обучить премудростям полетов. Но он не может. Потому что дети приходят на урок и исправно проводят его на земле, все 45 минут, тихо пялясь в небо.
Ну, не будем преувеличивать… Не все 45 минут, а где-то минут 20. Грязный Гарри — добросердечный мальчик, он честно делится своим счастьем с другими. Пол-урока он летает сам, а пол-урока отдает другим; и даже чередует: по четным числам он занимает первую половину, по нечетным — вторую.
Итого, профессор Поттер и его курс теряют всего половину учебного времени.
Что лучше: первая половина урока или вторая? С первой половиной началось падение дисциплины. Дети знают, что всё равно им полчаса бездельничать, и приходят на стадион на полчаса позже. Профессор мечет громы и молнии, обещает не допустит опоздавших к тренировке, но им хоть бы хны. Авторитет профессора Поттера для них на нуле, потому что он ничего не может сделать с Грязным Гарри. И потому, что Грязный Гарри умудрился на глазах всего курса дважды сбить тренера с метлы.
Вторая половина тоже хороша. Гарри засекает время, и когда настает «его» час, садится на метлу и взлетает; прочий курс начинает экстренную посадку.
У профессора Поттера головная боль, как организовать посадку плавно, спокойно, без паники и без давки. Да еще чтобы Грязный Гарри не подбил кого-то на своем взлете.
Признаемся, что Джеймс Поттер пытался бороться.
Сначала у него была слабая надежда на недисциплинированность Гарри. Если бы Гарри проспал или опоздал, профессор имел бы законное право не допустить его к занятию. Но как назло, Гарри всегда приходит вовремя.
Потом, профессора осенила другая идея. Он написал директору кляузу, что требует полного освидетельствования и независимой экспертизы Гариной метлы, поскольку она на вид словно заколдована, невменяема и очевидно опасна для общества.
На время экспертизы профессор злорадно предполагал пересадить Гарри на старую школьную метлу, с которой он всегда падал.
Идея сорвалась, поскольку вредный директор Дамблдор и созданная им комиссия из Фламеля и Флитвика управились с экспертизой ровно за сутки, причем за вторник. Они специально подгадали, чтобы не лишать дражайшего Гарри законного права занятий.
Метлу признали абсолютно годной и здоровой.
Профессор Поттер им не поверил, но сделать ничего не смог. Кроме того, его поднял на смех за то, что великий мастер квиддича не может справиться с какой-то метлой… Может, это не метла не в порядке, а кто-то другой?
Поттер не знал, что у него был шанс на успех — нашелся союзник с неожиданной стороны. Рон Уизли внимательно следил за приключениями первого курса и здорово поссорился с Гарри. Рон имел личный интерес в этом деле, поскольку на первом курсе Гриффиндора занималась его сестра Джинни. То есть, заниматься не могла. И Рон устроил Гарри полный разнос.
— Но я не могу отказаться от занятий, Рон, и даже Поттер сам не может, — оправдывался Гарри.
— Так попроси, чтобы занятия проводились индивидуально! Нади другое время, и развлекайтесь там на двоих! — рявкнул Рон. — Раз твой профессор сам подписал себе приговор, что обязан заниматься с тобой, то если ты это предложишь, отказаться он не сможет.
Гарри идея Рона показалась дельной, и он пошел к директору.
У директора Гарри выяснил, что и профессор Поттер зря времени не терял. У профессора, оказывается, был новый план…
В кабинете Дамблдора сидел мрачный Поттер, сияющий Альбус и маленький невзрачный человечек, в руках которого трепыхалось большое письмо.
Даже не письмо — целая простыня, исписанная почерком Поттера. Нет, не простыня. Телега.
— Мистер Рибок, это Гарри Снейп, — радостно представил пару друг другу директор. — Гарри, это мистер Адидус Рибок из фирмы «Нимбус», можно сказать, их главный специалист. Он тестирует метлы и приехал сюда по нашему вызову, чтобы посмотреть твою метлу.
— Очень приятно, — сказал Гарри.
— Так вы и есть юный Снейп, — скрипучим голосом промолвил «специалист». — Очень, очень похожи на своего батюшку. Как сейчас помню, как подбирали мы ему первую метлу… Интересный был клиент. Трудный, но интересный. Вы, наверное, будете таким же… Будьте любезны позвать свою метлу сюда, мистер Снейп?
Пока Дамблдор собирался возразить, что Манящие чары проходят на четвертом курсе, и Гарри не может их знать, Гарри уже крикнул:
— Акцио, «Нимбус»!
Маленький человечек одобрительно кивнул.
— Хорошая метла всегда слушается своего хозяина. Она узнает его голос из тысячи, услышит за километр… Мы специально дрессируем наши метлы и недавно открыли при фирме агентство по дрессировке непослушных метел. Очень перспективное начинание. Гм, не соблаговолит ли директор открыть дверь либо окно, чтобы метла могла…
Перед профессором Поттером стоит реальная проблема: целый курс из 50 человек, которых он за год должен обучить премудростям полетов. Но он не может. Потому что дети приходят на урок и исправно проводят его на земле, все 45 минут, тихо пялясь в небо.
Ну, не будем преувеличивать… Не все 45 минут, а где-то минут 20. Грязный Гарри — добросердечный мальчик, он честно делится своим счастьем с другими. Пол-урока он летает сам, а пол-урока отдает другим; и даже чередует: по четным числам он занимает первую половину, по нечетным — вторую.
Итого, профессор Поттер и его курс теряют всего половину учебного времени.
Что лучше: первая половина урока или вторая? С первой половиной началось падение дисциплины. Дети знают, что всё равно им полчаса бездельничать, и приходят на стадион на полчаса позже. Профессор мечет громы и молнии, обещает не допустит опоздавших к тренировке, но им хоть бы хны. Авторитет профессора Поттера для них на нуле, потому что он ничего не может сделать с Грязным Гарри. И потому, что Грязный Гарри умудрился на глазах всего курса дважды сбить тренера с метлы.
Вторая половина тоже хороша. Гарри засекает время, и когда настает «его» час, садится на метлу и взлетает; прочий курс начинает экстренную посадку.
У профессора Поттера головная боль, как организовать посадку плавно, спокойно, без паники и без давки. Да еще чтобы Грязный Гарри не подбил кого-то на своем взлете.
Признаемся, что Джеймс Поттер пытался бороться.
Сначала у него была слабая надежда на недисциплинированность Гарри. Если бы Гарри проспал или опоздал, профессор имел бы законное право не допустить его к занятию. Но как назло, Гарри всегда приходит вовремя.
Потом, профессора осенила другая идея. Он написал директору кляузу, что требует полного освидетельствования и независимой экспертизы Гариной метлы, поскольку она на вид словно заколдована, невменяема и очевидно опасна для общества.
На время экспертизы профессор злорадно предполагал пересадить Гарри на старую школьную метлу, с которой он всегда падал.
Идея сорвалась, поскольку вредный директор Дамблдор и созданная им комиссия из Фламеля и Флитвика управились с экспертизой ровно за сутки, причем за вторник. Они специально подгадали, чтобы не лишать дражайшего Гарри законного права занятий.
Метлу признали абсолютно годной и здоровой.
Профессор Поттер им не поверил, но сделать ничего не смог. Кроме того, его поднял на смех за то, что великий мастер квиддича не может справиться с какой-то метлой… Может, это не метла не в порядке, а кто-то другой?
Поттер не знал, что у него был шанс на успех — нашелся союзник с неожиданной стороны. Рон Уизли внимательно следил за приключениями первого курса и здорово поссорился с Гарри. Рон имел личный интерес в этом деле, поскольку на первом курсе Гриффиндора занималась его сестра Джинни. То есть, заниматься не могла. И Рон устроил Гарри полный разнос.
— Но я не могу отказаться от занятий, Рон, и даже Поттер сам не может, — оправдывался Гарри.
— Так попроси, чтобы занятия проводились индивидуально! Нади другое время, и развлекайтесь там на двоих! — рявкнул Рон. — Раз твой профессор сам подписал себе приговор, что обязан заниматься с тобой, то если ты это предложишь, отказаться он не сможет.
Гарри идея Рона показалась дельной, и он пошел к директору.
У директора Гарри выяснил, что и профессор Поттер зря времени не терял. У профессора, оказывается, был новый план…
В кабинете Дамблдора сидел мрачный Поттер, сияющий Альбус и маленький невзрачный человечек, в руках которого трепыхалось большое письмо.
Даже не письмо — целая простыня, исписанная почерком Поттера. Нет, не простыня. Телега.
— Мистер Рибок, это Гарри Снейп, — радостно представил пару друг другу директор. — Гарри, это мистер Адидус Рибок из фирмы «Нимбус», можно сказать, их главный специалист. Он тестирует метлы и приехал сюда по нашему вызову, чтобы посмотреть твою метлу.
— Очень приятно, — сказал Гарри.
— Так вы и есть юный Снейп, — скрипучим голосом промолвил «специалист». — Очень, очень похожи на своего батюшку. Как сейчас помню, как подбирали мы ему первую метлу… Интересный был клиент. Трудный, но интересный. Вы, наверное, будете таким же… Будьте любезны позвать свою метлу сюда, мистер Снейп?
Пока Дамблдор собирался возразить, что Манящие чары проходят на четвертом курсе, и Гарри не может их знать, Гарри уже крикнул:
— Акцио, «Нимбус»!
Маленький человечек одобрительно кивнул.
— Хорошая метла всегда слушается своего хозяина. Она узнает его голос из тысячи, услышит за километр… Мы специально дрессируем наши метлы и недавно открыли при фирме агентство по дрессировке непослушных метел. Очень перспективное начинание. Гм, не соблаговолит ли директор открыть дверь либо окно, чтобы метла могла…
Страница 9 из 45
