Фандом: Ориджиналы. Еще мгновение тому назад никакой черной дыры не было, но от этого она не становится менее реальной и менее беспощадной. Выход из зоны ее притяжения — всего лишь иллюзия, ведущая в никуда. Его не существует… или все же существует?
Добавить в моё избранное
22 мин, 5 сек 9685
— И я очень надеюсь, что к утру выяснится, что твоя связная капсула долетела до Земли, Кайо, и нас вытащат, иначе…
— Иначе что? — насмешливо переспросил капитан. — Собираешься мстить за неудачу лично мне?
— Я почти уверена, что все произошло по твоей вине, — совершенно серьезно буркнула Ярем.
— Конечно, по моей, — подтвердил Фин с мягкой издевкой. Аллония поморщилась. Как бы уверенно он ни держался, она уже успела просканировать его сознание. Типичный рабочий не способен на самостоятельные действия. И если спасательная команда не найдет корабль, — кстати, как он хоть называется? — то всем пятерым суждено болтаться на этой орбите еще два месяца, медленно перемещаясь все ближе и ближе к черной дыре. Но смерть от нехватки ресурсов наступит еще раньше. Вряд ли здесь есть такой большой запас воды и пищевых концентратов, не говоря уже обо всем остальном… Хотя как знать. Но в любом случае, если капсула не долетела до Земли, ничего хорошего ждать не приходилось.
А с другой стороны, каких именно «самостоятельных действий» она хотела? В такой ситуации действительно ничего не поделаешь.
— По кораблю не бродить, — сказал капитан, показав Аллонии выделенную ей каюту. — Только до командного пункта и обратно.
Алли хотела было поинтересоваться, почему и что страшного может произойти, если нарушить запрет, но промолчала. Сейчас ей требовалось остаться в одиночестве и сосредоточиться. Полностью сконцентрироваться на своих предчувствиях и ощущениях. И как можно точнее определить, чего все-таки ожидать от будущего.
Темно-бежевые стены. Пол на пару тонов темнее. Откидная кровать, на стене — голографический компьютер с крохотным системным блоком, который упрямо отказывался включаться, — все-таки близость черной дыры ощутимо влияла на приборы корабля, хоть капитан и предпочитал это пока что игнорировать. Небольшое помещение, все шкафы и прочие хранилища для имущества встроены в стены и скрыты от глаз. Минимализм, строгость, армейская безликость, подчеркнутая так и не сведенными с немногочисленной мебели эмблемами Вооруженных сил. Прохлада, тусклое освещение… Алли не могла и предположить, что придется ночевать на борту. Но почему же все-таки предчувствия ее обманули? Благополучный исход… Какой благополучный исход, если они застряли в космическом Бермудском треугольнике? Не зря, получается, здесь пропало столько кораблей.
Доверилась интуиции, называется…
Она мерила шагами каюту. Потом остановилась, глубоко задумавшись. Остановилась и так и осталась стоять, а мозг лихорадочно перебирал варианты.
Как ни крути, а связная капсула, крохотная ракета, предназначенная для экстренных случаев, оставалась единственной надеждой. Если действительно удалось использовать корпус корабля и заставить гравитацию черной дыры сработать на выталкивание с его помощью, то сообщение о бедствии должно было уже добраться до Земли. Если нет… а если нет, все было ясно и без дальнейших умозаключений.
Аллония попыталась еще раз заглянуть в собственное будущее. И впервые испугалась — классически, до дрожи и холодного пота, — когда поняла, что не видит там ничего. Попыталась обмануть внутренний закон, гласящий, что энерджик не может предсказать свою судьбу, переключилась на экипаж корабля. Тот же результат. Для судьбы, той самой, планы которой Алли сейчас пыталась выведать, пять жизней уже успели сплестись в одно будущее.
Страшно. Она непростительно положилась на интуицию. Так нельзя. Нельзя… но ей слишком хотелось успеть попрощаться с профессором.
А теперь, возможно, они встретятся совсем скоро…
Аллония бездумно обвела глазами каюту. Подумала о капсуле. О черной дыре. О капитане. О его странной решимости, увиденной в глубине сознания и не прорывающейся наружу. О странном спокойствии. О странной для рабочего иронии.
И вдруг поняла.
Связная капсула. Да какая капсула, черт возьми? Она наверняка давно уже там, в небытии, в недрах черной дыры, если, конечно, у сингулярности есть недра. Как можно было сразу не сообразить?
Алли выскочила из каюты и бросилась на командный пункт.
А на командном пункте было холодно, полутемно и пусто. Неожиданно. Ведь если она не ошиблась, капитан должен сейчас быть здесь. Если она не ошиблась в причинах его решимости… а она очень хотела не ошибиться, пусть даже это и оказалось бы последней правильной догадкой в ее жизни.
Хотя бы сейчас увидеть, что рабочие бывают не только нерешительными и трусливыми амебами.
Но она оказалась права. Фин был здесь, просто в помещении стало так темно, что он в своей неяркой и неброской одежде попросту сливался с окружающими предметами. Дымчато-серые стены, тусклый экран с черным космосом… и капитан, неподвижно всматривающийся в безжизненную пустоту за бортом.
Услышав шаги, он обернулся, и уголки его губ приподнялись в легкой невеселой улыбке:
— Не спится?
— Иначе что? — насмешливо переспросил капитан. — Собираешься мстить за неудачу лично мне?
— Я почти уверена, что все произошло по твоей вине, — совершенно серьезно буркнула Ярем.
— Конечно, по моей, — подтвердил Фин с мягкой издевкой. Аллония поморщилась. Как бы уверенно он ни держался, она уже успела просканировать его сознание. Типичный рабочий не способен на самостоятельные действия. И если спасательная команда не найдет корабль, — кстати, как он хоть называется? — то всем пятерым суждено болтаться на этой орбите еще два месяца, медленно перемещаясь все ближе и ближе к черной дыре. Но смерть от нехватки ресурсов наступит еще раньше. Вряд ли здесь есть такой большой запас воды и пищевых концентратов, не говоря уже обо всем остальном… Хотя как знать. Но в любом случае, если капсула не долетела до Земли, ничего хорошего ждать не приходилось.
А с другой стороны, каких именно «самостоятельных действий» она хотела? В такой ситуации действительно ничего не поделаешь.
— По кораблю не бродить, — сказал капитан, показав Аллонии выделенную ей каюту. — Только до командного пункта и обратно.
Алли хотела было поинтересоваться, почему и что страшного может произойти, если нарушить запрет, но промолчала. Сейчас ей требовалось остаться в одиночестве и сосредоточиться. Полностью сконцентрироваться на своих предчувствиях и ощущениях. И как можно точнее определить, чего все-таки ожидать от будущего.
Темно-бежевые стены. Пол на пару тонов темнее. Откидная кровать, на стене — голографический компьютер с крохотным системным блоком, который упрямо отказывался включаться, — все-таки близость черной дыры ощутимо влияла на приборы корабля, хоть капитан и предпочитал это пока что игнорировать. Небольшое помещение, все шкафы и прочие хранилища для имущества встроены в стены и скрыты от глаз. Минимализм, строгость, армейская безликость, подчеркнутая так и не сведенными с немногочисленной мебели эмблемами Вооруженных сил. Прохлада, тусклое освещение… Алли не могла и предположить, что придется ночевать на борту. Но почему же все-таки предчувствия ее обманули? Благополучный исход… Какой благополучный исход, если они застряли в космическом Бермудском треугольнике? Не зря, получается, здесь пропало столько кораблей.
Доверилась интуиции, называется…
Она мерила шагами каюту. Потом остановилась, глубоко задумавшись. Остановилась и так и осталась стоять, а мозг лихорадочно перебирал варианты.
Как ни крути, а связная капсула, крохотная ракета, предназначенная для экстренных случаев, оставалась единственной надеждой. Если действительно удалось использовать корпус корабля и заставить гравитацию черной дыры сработать на выталкивание с его помощью, то сообщение о бедствии должно было уже добраться до Земли. Если нет… а если нет, все было ясно и без дальнейших умозаключений.
Аллония попыталась еще раз заглянуть в собственное будущее. И впервые испугалась — классически, до дрожи и холодного пота, — когда поняла, что не видит там ничего. Попыталась обмануть внутренний закон, гласящий, что энерджик не может предсказать свою судьбу, переключилась на экипаж корабля. Тот же результат. Для судьбы, той самой, планы которой Алли сейчас пыталась выведать, пять жизней уже успели сплестись в одно будущее.
Страшно. Она непростительно положилась на интуицию. Так нельзя. Нельзя… но ей слишком хотелось успеть попрощаться с профессором.
А теперь, возможно, они встретятся совсем скоро…
Аллония бездумно обвела глазами каюту. Подумала о капсуле. О черной дыре. О капитане. О его странной решимости, увиденной в глубине сознания и не прорывающейся наружу. О странном спокойствии. О странной для рабочего иронии.
И вдруг поняла.
Связная капсула. Да какая капсула, черт возьми? Она наверняка давно уже там, в небытии, в недрах черной дыры, если, конечно, у сингулярности есть недра. Как можно было сразу не сообразить?
Алли выскочила из каюты и бросилась на командный пункт.
А на командном пункте было холодно, полутемно и пусто. Неожиданно. Ведь если она не ошиблась, капитан должен сейчас быть здесь. Если она не ошиблась в причинах его решимости… а она очень хотела не ошибиться, пусть даже это и оказалось бы последней правильной догадкой в ее жизни.
Хотя бы сейчас увидеть, что рабочие бывают не только нерешительными и трусливыми амебами.
Но она оказалась права. Фин был здесь, просто в помещении стало так темно, что он в своей неяркой и неброской одежде попросту сливался с окружающими предметами. Дымчато-серые стены, тусклый экран с черным космосом… и капитан, неподвижно всматривающийся в безжизненную пустоту за бортом.
Услышав шаги, он обернулся, и уголки его губ приподнялись в легкой невеселой улыбке:
— Не спится?
Страница 5 из 7
