Фандом: Мстители. Серьезно, была бы возможность, и он записал бы в своем резюме: «Прекрасно выбираюсь из самой жопы прямо перед носом двух воюющих организаций супершпионов».
Добавить в моё избранное
21 мин, 51 сек 8980
Щеки Брока горят, когда тот оставляет аккуратный поцелуй на его запястье, закрепляя связь, и отстраняется. И теперь он, словно смотря чужими глазами, увидел перед собой солдата в форме сороковых, который, манерно козырнув двумя пальцами от виска, произносит: — Увидимся.
И растворяется в тенях.
Увиделись. Через двенадцать лет. И в спортзал, и в тир Рамлоу все-таки записался, и это вместе с той знаменательной встречей делает его будущее вполне определенным.
Сразу после окончания школы он отправился добровольцем на фронт. Ему было все равно, где служить и кого убивать — кровь в мыслях давно была привычной и не причиняла никакого дискомфорта. Когда его спрашивали, где он этого понабрался, отвечал коротко — жестокость досталась от соулмейта, желание служить родине, наверное, тоже от него. Желания хватило на три года.
В двадцать два года его завербовал ЩИТ, забрав прямо из Ирака. Пирс, тогда еще вполне себе молодой и патриотичный, взял парня на поруки и как-то в обход правилам организации втирал про нацизм и завлекал деньгами. Рамлоу на это только ухмылялся и говорил, что моралью не наделен. Про соулмейта в тот раз почему-то умолчал. Деньги же лишними никогда не бывают.
В следующий раз его мысли разделились на двоих спустя четыре года службы на две организации. 1991 год, цель ГИДРЫ — Говард Старк, оружие — «О, вам понравится, мистер Рамлоу». Мистеру Рамлоу хочется врезать Пирсу по зубам, когда он видит человека в криокамере. Первый доктор пал смертью глупой и бессмысленной, когда железная рука сомкнулась на голой шее. Пирс тогда ухмыльнулся, думая, что Брок дергается из-за открывшегося вида, не зная, что в голове у того сухо звучит: «Стой где стоишь и молчи». Зимний разбит и дезориентирован, и на ученого напал только из-за того, что почувствовал угрозу, но не успел ее классифицировать. Все это Брок считывает с его мыслей, видит в его движениях, не таких точных и резких, как в том переулке. Рамлоу единственный (не считая Пирса) к кому Солдат относится с неким подобием заинтересованности, и Александр, уходя, радостно оповестил всех, что они нашли нового куратора. Все остальные погибали так же, как и тот несчастный доктор.
Рамлоу проснулся на неудобной раскладушке в чертовой пустой квартире и первым делом слышит в голове: «И все же ты был такой занозой в заднице, пока не повзрослел. Каждый раз, просыпаясь, боялся представить, во что ты еще влезть успел. Ну ты взял и влез в самую жопу». Брок мысленно послал Зимнего нахуй и пошел варить кофе, игнорируя звенящий в голове смех. Ему выходить лишь через четырнадцать часов, и он абсолютно не знал, чем себя занять. Книг в этой квартире почему-то не нашлось.
— Иди спать, — раздался приглушенный голос Солдата, — ну или подрочи.
— Иди в жопу, — вслух огрызнулся Брок, проливая часть кофе из турки на газовую плиту, — можешь в ту самую, в которую я из-за тебя попал.
— Ты слишком далеко, а в ГИДРУ возвращаться у меня нет никакого желания, — смеется Зимний в ответ, и связь затихает, передав последнюю мысль: — Весь режим себе сбил. Середина ночи, а ты кофе варишь. Бестолочь.
— Роджерс твой бестолочь, — фыркнул Рамлоу, но в ответ услышал лишь тишину. Знал бы этот звездно-полосатый патриот, что его друг детства — Призрак, которого не могут найти вот уже больше семидесяти лет. Впрочем, им только на руку, что Роджерс ни о чем не догадался. Рамлоу и Солдат успешно разыграли свой план, взяв Капитана Америку в плен и милостиво дав ему сбежать. Кэп не догадался, что дерущийся с ним человек в маске — его незаменимый сержант Барнс. Все было сработано чисто, и через несколько дней Призраками стал уже весь СТРАЙК.
Брок снял турку с огня и тихо хмыкнул, уловив во сне Солдата его собственные воспоминания, которые он привычно передавал после каждого обнуления. Умельцы из ГИДРЫ научились стирать лишь поверхностные и недавние события, оставшиеся в памяти, а Солдат был достаточно умен, чтобы изображать из себя идиота.
Сразу после той разморозки в девяносто первом Брок поднял дело Зимнего Солдата и, кажется, впал в ступор на какое-то время, увидев его настоящее имя. Джеймс Бьюкенен Барнс. Человек, которого он лично считал выдумкой вселенной комиксов, чтобы Капитан Америка смотрелся более выгодно, чтобы его история была еще более драматичной. А вон оно как получилось. Мало того, что реальный, так еще и живой. И старше Рамлоу почти на пятьдесят лет, большую часть из которых провел в криосне.
— Мог просто спросить, — хмыкнул тогда появившийся из тени Солдат, садясь прямо на пол напротив Брока.
— Они знают, как много ты помнишь? — вопросом отвечает Рамлоу, протягивая Солдату его собственное дело. Барнс, скривившись, быстро пролистывает папку и отдает ее обратно, не найдя для себя ничего интересного.
— Не думаю. Им выгодно считать, что я бесчувственная машина для убийств, мне выгодно, что меня боятся и не лезут.
— И как в это все вписываюсь я?
И растворяется в тенях.
Увиделись. Через двенадцать лет. И в спортзал, и в тир Рамлоу все-таки записался, и это вместе с той знаменательной встречей делает его будущее вполне определенным.
Сразу после окончания школы он отправился добровольцем на фронт. Ему было все равно, где служить и кого убивать — кровь в мыслях давно была привычной и не причиняла никакого дискомфорта. Когда его спрашивали, где он этого понабрался, отвечал коротко — жестокость досталась от соулмейта, желание служить родине, наверное, тоже от него. Желания хватило на три года.
В двадцать два года его завербовал ЩИТ, забрав прямо из Ирака. Пирс, тогда еще вполне себе молодой и патриотичный, взял парня на поруки и как-то в обход правилам организации втирал про нацизм и завлекал деньгами. Рамлоу на это только ухмылялся и говорил, что моралью не наделен. Про соулмейта в тот раз почему-то умолчал. Деньги же лишними никогда не бывают.
В следующий раз его мысли разделились на двоих спустя четыре года службы на две организации. 1991 год, цель ГИДРЫ — Говард Старк, оружие — «О, вам понравится, мистер Рамлоу». Мистеру Рамлоу хочется врезать Пирсу по зубам, когда он видит человека в криокамере. Первый доктор пал смертью глупой и бессмысленной, когда железная рука сомкнулась на голой шее. Пирс тогда ухмыльнулся, думая, что Брок дергается из-за открывшегося вида, не зная, что в голове у того сухо звучит: «Стой где стоишь и молчи». Зимний разбит и дезориентирован, и на ученого напал только из-за того, что почувствовал угрозу, но не успел ее классифицировать. Все это Брок считывает с его мыслей, видит в его движениях, не таких точных и резких, как в том переулке. Рамлоу единственный (не считая Пирса) к кому Солдат относится с неким подобием заинтересованности, и Александр, уходя, радостно оповестил всех, что они нашли нового куратора. Все остальные погибали так же, как и тот несчастный доктор.
Рамлоу проснулся на неудобной раскладушке в чертовой пустой квартире и первым делом слышит в голове: «И все же ты был такой занозой в заднице, пока не повзрослел. Каждый раз, просыпаясь, боялся представить, во что ты еще влезть успел. Ну ты взял и влез в самую жопу». Брок мысленно послал Зимнего нахуй и пошел варить кофе, игнорируя звенящий в голове смех. Ему выходить лишь через четырнадцать часов, и он абсолютно не знал, чем себя занять. Книг в этой квартире почему-то не нашлось.
— Иди спать, — раздался приглушенный голос Солдата, — ну или подрочи.
— Иди в жопу, — вслух огрызнулся Брок, проливая часть кофе из турки на газовую плиту, — можешь в ту самую, в которую я из-за тебя попал.
— Ты слишком далеко, а в ГИДРУ возвращаться у меня нет никакого желания, — смеется Зимний в ответ, и связь затихает, передав последнюю мысль: — Весь режим себе сбил. Середина ночи, а ты кофе варишь. Бестолочь.
— Роджерс твой бестолочь, — фыркнул Рамлоу, но в ответ услышал лишь тишину. Знал бы этот звездно-полосатый патриот, что его друг детства — Призрак, которого не могут найти вот уже больше семидесяти лет. Впрочем, им только на руку, что Роджерс ни о чем не догадался. Рамлоу и Солдат успешно разыграли свой план, взяв Капитана Америку в плен и милостиво дав ему сбежать. Кэп не догадался, что дерущийся с ним человек в маске — его незаменимый сержант Барнс. Все было сработано чисто, и через несколько дней Призраками стал уже весь СТРАЙК.
Брок снял турку с огня и тихо хмыкнул, уловив во сне Солдата его собственные воспоминания, которые он привычно передавал после каждого обнуления. Умельцы из ГИДРЫ научились стирать лишь поверхностные и недавние события, оставшиеся в памяти, а Солдат был достаточно умен, чтобы изображать из себя идиота.
Сразу после той разморозки в девяносто первом Брок поднял дело Зимнего Солдата и, кажется, впал в ступор на какое-то время, увидев его настоящее имя. Джеймс Бьюкенен Барнс. Человек, которого он лично считал выдумкой вселенной комиксов, чтобы Капитан Америка смотрелся более выгодно, чтобы его история была еще более драматичной. А вон оно как получилось. Мало того, что реальный, так еще и живой. И старше Рамлоу почти на пятьдесят лет, большую часть из которых провел в криосне.
— Мог просто спросить, — хмыкнул тогда появившийся из тени Солдат, садясь прямо на пол напротив Брока.
— Они знают, как много ты помнишь? — вопросом отвечает Рамлоу, протягивая Солдату его собственное дело. Барнс, скривившись, быстро пролистывает папку и отдает ее обратно, не найдя для себя ничего интересного.
— Не думаю. Им выгодно считать, что я бесчувственная машина для убийств, мне выгодно, что меня боятся и не лезут.
— И как в это все вписываюсь я?
Страница 2 из 6
