Фандом: Мстители, Гарри Поттер. Подвыпившие подружки на девичнике и запрещенное заклинание «родственной души» приводят Гермиону к пересмотру всего того, что она знала и во что верила, особенно, в отношении Бога коварства и лжи, который и есть её вторая половинка.
Добавить в моё избранное
82 мин, 53 сек 14182
Фригга отрубит ему голову, если с ней случится что-нибудь под его присмотром. Быстро сократив расстояние между ними, он рукой взял её за подбородок и, приложив немного силы, заставив их встретиться глазами.
— Я в порядке, кажется, — пробормотала Гермиона, не в силах отвести взгляд от потрясающих изумрудных глаз Локи. Медленно моргая, она подумала, что было бы неплохо объясниться: — Я была на девичнике и выпила немного больше алкоголя, чем следовало. Вкупе с перемещением через миры плюс позднее время логично, что моя голова немного болит.
— Хм, — промурлыкал Локи, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону, рассматривая девушку. Закончив с этим занятием, он отпустил Гермиону и указал на кровать: — Думаю, несколько часов беспрерывного сна должны помочь. Пожалуйста, воспользуйся кроватью. Я без проблем могу поспать в кресле, если потребуется.
— Что? — Гермиона переводила взгляд с кровати на Локи. — Я не могу занять твою постель. Это будет невежливо. Я и так чувствую себя откровенно навязчивой.
Фыркнув самым неблагопристойным образом, Локи отмахнулся от её замечания и присел в кресло, стоящее рядом с небольшим столиком, который мать позволила взять с собой. — Да ладно, леди Грейнджер, — он слегка покачал головой, снова встретившись с ней взглядом. — Я же заключённый. И мне уже навязали судьбу проводить каждый день в этой камере. Так что такое одна ночь без кровати? — откинувшись на спинку и положив руки на подлокотники, он добавил: — Кроме того, мне приходилось отдыхать и в менее комфортных камерах, чем эта.
Заметив, как потемнели его глаза, Гермиона не смогла сдержать холодок, пробежавший вдоль позвоночника. Этот человек может быть её второй половинкой, но было бы намного лучше, если она перестанет забывать, что Локи, на самом деле, злодей. — Эм-м, интересная мысль, я считаю. И раз ты действительно не возражаешь… — она сделала несколько шагов в сторону кровати, а затем повернулась, чтобы убедиться, всё ли в порядке.
— Давай, обещаю, что не буду использовать этот факт против тебя завтра, — расслабившись, Локи наблюдал, как Гермиона нервно прикусила губу, но продолжила идти к кровати. Отодвинув покрывало, она больше не обращала на Локи внимания, скинула туфли, забралась на постель и укрылась. Не в силах сдержать улыбку, Локи решил немного продлить их разговор: — Удобно?
— Да, — прошептала она. Уютно устроившись, она приподнялась на локтях и подарила Локи первую настоящую улыбку. Несмотря на то, что Гермиона была абсолютно не в своей тарелке, она всё же была поражена его гостеприимством и пониманием. — Только…
— Да? — спросил Локи, выгнув бровь и глядя на её нерешительность, пытался понять, что же так беспокоит его гостью.
— Этот свет всегда включён?
Усмехнувшись, Локи вытянул руку и использовал свою магию, чтобы немного приглушить свет. Технически он нарушал условия своего заключения. Свет должен был оставаться включённым как своего рода сенсорный раздражитель, но он уже давно научился вмешиваться в эту глупую систему. И серьёзно подозревал, что только благодаря матери он не был наказан за такое вопиющее нарушение. Справедливости ради, он не всегда спал с выключенным светом, всё же предпочитая сохранять перемирие.
— Лучше?
— Намного, спасибо, — да, она устроилась на удобной кровати, теперь и свет не пытается ослепить её, и Гермиона пробормотала: — Я бы сейчас многое отдала за антипохмельное зелье… — и замолкла, вспомнив, что ей ещё предстоит показать Локи, что она ведьма. Она надеялась, что этот разговор сможет подождать до утра.
— Прости? — Локи вскочил на ноги, подходя ближе к кровати, на которой устроилась Гермиона. Нахмурившись, он наклонился и спросил: — Что ты сейчас сказала?
— Ничего, — запинаясь, ответила она, натягивая покрывало на подбородок и плотно зажмурив глаза, как будто это могло удержать Локи от дальнейших расспросов. — Просто бормотание вслух. Не обращай внимания. Голова болит от алкоголя. Помнишь?
Однако это оказалось бесполезным, потому что Локи присел на край постели и наклонился над ней так низко, что они почти соприкасались носами. Почувствовав его так близко от себя, она открыла сначала один глаз, а затем второй, и громко сглотнула, понимая, что уже нет смысла ходить вокруг да около.
— Ты сказала, что тебе нужно антипохмельное зелье, — прошептал Локи, и в его голосе отчётливо послышалась угроза. — А ранее ты волшебным образом оказалась внутри моей камеры, как будто это совершенные пустяки. И ты не выражаешь никаких сомнений или не задаешь вопросов, когда я использую колдовство. Я спрошу это только один раз… Ты колдунья?
Глубоко вдохнув, Гермиона решила, что это хороший шанс покончить со всем этим. В конце концов, он узнает…
— Не колдунья, нет, — когда Локи открыл рот, готовый уже обвинить её во лжи, она быстро продолжила: — Там, откуда я родом, меня принято называть ведьмой, вообще-то.
— Я в порядке, кажется, — пробормотала Гермиона, не в силах отвести взгляд от потрясающих изумрудных глаз Локи. Медленно моргая, она подумала, что было бы неплохо объясниться: — Я была на девичнике и выпила немного больше алкоголя, чем следовало. Вкупе с перемещением через миры плюс позднее время логично, что моя голова немного болит.
— Хм, — промурлыкал Локи, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону, рассматривая девушку. Закончив с этим занятием, он отпустил Гермиону и указал на кровать: — Думаю, несколько часов беспрерывного сна должны помочь. Пожалуйста, воспользуйся кроватью. Я без проблем могу поспать в кресле, если потребуется.
— Что? — Гермиона переводила взгляд с кровати на Локи. — Я не могу занять твою постель. Это будет невежливо. Я и так чувствую себя откровенно навязчивой.
Фыркнув самым неблагопристойным образом, Локи отмахнулся от её замечания и присел в кресло, стоящее рядом с небольшим столиком, который мать позволила взять с собой. — Да ладно, леди Грейнджер, — он слегка покачал головой, снова встретившись с ней взглядом. — Я же заключённый. И мне уже навязали судьбу проводить каждый день в этой камере. Так что такое одна ночь без кровати? — откинувшись на спинку и положив руки на подлокотники, он добавил: — Кроме того, мне приходилось отдыхать и в менее комфортных камерах, чем эта.
Заметив, как потемнели его глаза, Гермиона не смогла сдержать холодок, пробежавший вдоль позвоночника. Этот человек может быть её второй половинкой, но было бы намного лучше, если она перестанет забывать, что Локи, на самом деле, злодей. — Эм-м, интересная мысль, я считаю. И раз ты действительно не возражаешь… — она сделала несколько шагов в сторону кровати, а затем повернулась, чтобы убедиться, всё ли в порядке.
— Давай, обещаю, что не буду использовать этот факт против тебя завтра, — расслабившись, Локи наблюдал, как Гермиона нервно прикусила губу, но продолжила идти к кровати. Отодвинув покрывало, она больше не обращала на Локи внимания, скинула туфли, забралась на постель и укрылась. Не в силах сдержать улыбку, Локи решил немного продлить их разговор: — Удобно?
— Да, — прошептала она. Уютно устроившись, она приподнялась на локтях и подарила Локи первую настоящую улыбку. Несмотря на то, что Гермиона была абсолютно не в своей тарелке, она всё же была поражена его гостеприимством и пониманием. — Только…
— Да? — спросил Локи, выгнув бровь и глядя на её нерешительность, пытался понять, что же так беспокоит его гостью.
— Этот свет всегда включён?
Усмехнувшись, Локи вытянул руку и использовал свою магию, чтобы немного приглушить свет. Технически он нарушал условия своего заключения. Свет должен был оставаться включённым как своего рода сенсорный раздражитель, но он уже давно научился вмешиваться в эту глупую систему. И серьёзно подозревал, что только благодаря матери он не был наказан за такое вопиющее нарушение. Справедливости ради, он не всегда спал с выключенным светом, всё же предпочитая сохранять перемирие.
— Лучше?
— Намного, спасибо, — да, она устроилась на удобной кровати, теперь и свет не пытается ослепить её, и Гермиона пробормотала: — Я бы сейчас многое отдала за антипохмельное зелье… — и замолкла, вспомнив, что ей ещё предстоит показать Локи, что она ведьма. Она надеялась, что этот разговор сможет подождать до утра.
— Прости? — Локи вскочил на ноги, подходя ближе к кровати, на которой устроилась Гермиона. Нахмурившись, он наклонился и спросил: — Что ты сейчас сказала?
— Ничего, — запинаясь, ответила она, натягивая покрывало на подбородок и плотно зажмурив глаза, как будто это могло удержать Локи от дальнейших расспросов. — Просто бормотание вслух. Не обращай внимания. Голова болит от алкоголя. Помнишь?
Однако это оказалось бесполезным, потому что Локи присел на край постели и наклонился над ней так низко, что они почти соприкасались носами. Почувствовав его так близко от себя, она открыла сначала один глаз, а затем второй, и громко сглотнула, понимая, что уже нет смысла ходить вокруг да около.
— Ты сказала, что тебе нужно антипохмельное зелье, — прошептал Локи, и в его голосе отчётливо послышалась угроза. — А ранее ты волшебным образом оказалась внутри моей камеры, как будто это совершенные пустяки. И ты не выражаешь никаких сомнений или не задаешь вопросов, когда я использую колдовство. Я спрошу это только один раз… Ты колдунья?
Глубоко вдохнув, Гермиона решила, что это хороший шанс покончить со всем этим. В конце концов, он узнает…
— Не колдунья, нет, — когда Локи открыл рот, готовый уже обвинить её во лжи, она быстро продолжила: — Там, откуда я родом, меня принято называть ведьмой, вообще-то.
Страница 8 из 23
