Severus' Dreams

Гарри же прокричал в ответ, что в таком случае им стоило изменить чары на доме и плюнуть на него.

Гарри расстроенно прижал руки к лицу. Едва ли это можно было назвать блестящим примером родительского воспитания с его стороны, но сложно было оставаться хорошим отцом, когда ребенок был на добрых шесть дюймов выше тебя.

— Джеймс, — сказал он сквозь прижатые к лицу руки. — Прости. Я не должен был этого говорить. — Он опустил руки и посмотрел на сына. — Я даже представить не могу, что сделаю нечто подобное. Никогда. Да и можешь ли ты представить, чтобы твоя мать мне это позволила? Я просто… Мерлин… Просто я так испугался. Когда мы получили ту сову из Мунго…

— Со мной все было в порядке. Эта была лишь царапина на голове. Ты же знаешь, как сильно они кровоточат.

— Дело не в этом, — резко оборвал его Гарри, но затем сделал глубокий вдох. Ничего хорошего не получится, если они снова примутся кричать друг на друга. — Послушай, — тихо сказал он. — Я бы не вынес, если бы с тобой что-то случилось.

— Папа. Я знаю, что ты не хотел, чтобы я становился аврором, — тихо сказал Джеймс. — Я знаю, ты считаешь, что я недостаточно хорош и что несерьезно отношусь к тренировкам, но Рос говорит…

Эта мысль никогда не приходила Гарри в голову. Могло ли так быть, что Джеймс считал, что причиной переживаний Гарри была его неуверенность в способностях сына? Он бросился прояснить это недопонимание.

— Нет… все совсем не так. Джеймс, Рос говорит… ну, да все говорят, что ты просто невероятен в… ну… во всем.

— Но ты сам этого не знаешь, так? — усмехнулся Джеймс. Гарри никогда и ни при каких условиях не соглашался смотреть, как Джеймс сражается на дуэли.

— Нет. Прости. Я не могу этого вынести, — тихо признался Гарри. — Это слишком близко. Наверное, я просто… — он замолчал, закрывая глаза, а затем вновь их открывая. — К тому времени, как мне исполнилось столько же лет, сколько и тебе, я потерял слишком много людей. Прошли годы, пока я смог смотреть, как твоя мама играет в квиддич за «Гарпий». Дело не в том, что я сомневаюсь в твоих способностях. Просто я… единственный способ для меня справиться с этим — это поменьше об этом думать, понимаешь? Почему, ты думаешь, я сказал Рос, что не хочу, чтобы ты работал в моем департаменте?

Джеймс отвернулся и пробормотал себе под нос:

— Я думал, что ты считаешь, что я недостаточно хорош.

Гарри потрясенно уставился на сына.

— Как ты мог такое подумать? Я ведь просто… Я бы был тебе паршивым наставником, пусть даже и косвенно, — он нервно засмеялся. — Ты бы даже носу не показал за пределы кабинета. Помнишь, когда ты был маленький, твоя мама с дядей Роном учили тебя плавать?

— Угу, ты говорил, что слишком плохо плаваешь, чтобы учить кого-то.

Посмотрев на свои руки, которые он неосознанно стиснул в замке, Гарри ответил:

— Я не мог смотреть, потому что так бы переживал за тебя, что это обернулось бы катастрофой. — Юноша в ответ на это лишь недоверчиво фыркнул. — Я серьезно, Джеймс. Если бы с тобой что-то случилось… — Гарри замолчал, делая глубокий вдох. — Но так ведь нельзя жить, верно? Так что по этой же причине я не смотрю, как ты тренируешься, и попросил, чтобы тебя назначили в другой департамент.

— О, — на лице Джеймса отразилось удивление.

Гарри понял, что это был самый длинный и серьезный разговор между ними с тех пор, как Джеймсу было четырнадцать.

— Ты помнишь, как украл мою метлу? — кажется, после этого они перестали говорить друг с другом о чем-либо, кроме квиддича.

Джеймс осторожно кивнул.

— Я сорвался тогда, потому что был напуган. Мне до сих пор снятся кошмары об этом. Я все еще просыпаюсь по ночам, потому что мне кажется, что у окна сидит сова из Мунго. — Внезапно в его горле встал ком, и он понял, что утирает глаза под линзами очков. — И тут однажды она действительно прилетает. И ты весь в крови, я не мог думать ни о чем, кроме… — его голос надломился. Он закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки.

— Папа? — тихо сказал Джеймс.

— Да? — отозвался Гарри, по-прежнему не открывая глаз.

Сильные руки обняли его за шею, и Джеймс притянул его к себе в неловком объятии.

— Прости, — прошептал он. Он сел обратно и налил им обоим еще чая, вероятно, слегка смутившись своему порыву.

— Если ты не менял чары, — сказал Джеймс спустя пару минут, — то почему Кричер сказал мне воспользоваться камином?

Гарри чуть улыбнулся.

— Потому что он, похоже, устал от наших ссор. Он знал, что я здесь. Я сказал ему идти спать. Полагаю, перед этим он сделал небольшой крюк.

Джеймс тоже улыбнулся.

На лестнице послышались легкие шаги, оглашая появление Тима. Он зашел на кухню, одетый в халат и тапочки. Когда он заметил Джеймса, его лицо засветилось.

— Джеймс! — воскликнул он. — Ты вернулся насовсем?