Фандом: Гарри Поттер. Что, если на самом деле Гарри Поттер совершал всякие гадости, а сваливал все на происки Волдеморта?
Добавить в моё избранное
59 мин, 32 сек 5646
Оставался только Воскрешающий Камень… и он нашелся, стоило только поискать целеустремленно.
Подумав еще, Гарри усложнил план — не было никаких гарантий, что Дамблдор не обезвредит ловушку. В конечном итоге так и получилось, и пришлось бить в спину. Локхарт некогда довел заклинание Обливиэйт до совершенства, и теперь это пригодилось «Волдеморту», Дамблдору слегка подчистили память и залили самую малость скорректированных воспоминаний. Мол, в кольце был крестраж, но Альбус его ловко уничтожил и сам получил проклятие (эта часть была правдой, только проклинал Петтигрю).
Потом, когда Дамблдор ослабеет, Волдеморт придет к нему и еще раз сразится, в отместку за Министерство, при свидетелях, для пущей славы, и так далее. Увы, тут крылись не слишком приятные тонкости: крестраж никак не мог колдовать (пускай даже с кусочком души Волдеморта внутри) на уровне могучего мага, не говоря уже о том, что Дамблдор должен был остаться жить, дабы разнести легенду о крестражах. Все это требовалось для сложного спектакля «Гарри Поттер героически и из последних сил превозмогает Волдеморта, когда надежды уже нет».
Поэтому проклятие было так себе, средней силы, но зато неснимаемое.
Попутно «Волдеморт» милостиво выразил желание принять Драко Малфоя в ряды Пожирателей и тут же поручил задание: убить Дамблдора. Разумеется, все это было курам Хагрида на смех, даже умирающий Дамблдор уделал бы Драко одним взмахом бороды, но суть замысла крылась в другом: в Малфоях. Малфои никогда не подводили Гарри.
Не подвели они его и в этот раз.
Нарцисса Малфой, движимая материнским инстинктом защиты Драко, ринулась к единственному Пожирателю, имеющему доступ в Хогвартс: Северусу Снейпу. После чего ловко взяла с него Непреложный Обет помочь Драко убить Дамблдора, а Снейп, скованный своей ролью преданного Пожирателя, не смог отказать. Так что теперь либо Драко убьет Дамблдора, либо Снейп, либо Дамблдор убьет их обоих и потом сам умрет от проклятия, Гарри устраивал буквально любой из этих вариантов.
Но не успел он радостно потереть руки, как Дамблдор просто и изящно продемонстрировал, что почем и кто тут главный. Во-первых, сменился министр, Фадж на Скримджера, и можно было не сомневаться, здесь приложил руку Дамблдор. А значит, новый министр будет действовать и легкого захвата власти не выйдет.
Дальше Дамблдор не поленился явиться за Гарри, пообещать ему личных уроков в этом году (Гарри удержал лицо, но с трудом), а также потащил за Горацием Слагхорном, якобы соблазнять его должностью профессора при помощи Гарри. Слагхорн этот боялся Пожирателей до усрачки, и ясно было, что страх этот корнями уходит в первую войну, а предложение Гораций принял только потому, что Хогвартс — это Дамблдор. Так сказать, подальше от Пожирателей, поближе к повышенным мерам безопасности и могучему волшебнику.
В общем, намек был более чем прозрачный, и Гарри его понял.
Понял, что в этом году нужно действительно сидеть и ждать, пока проклятие убьет Дамблдора. Сидеть и ждать, притворяться обычным подростком, так, с бушующими гормонами, конечно же, квиддич, без сомнений, ну и учеба не помешает, в общем, найдется, чем занять досуг.
Так, собственно говоря, Гарри и поступил. В видениях не было нужды, и поэтому шрам его больше не «горел». При виде Джинни у него все «внутри обмирало», Рон бегал за Лавандой, так что, Гарри не выбивался из общей атмосферы возбуждения, поцелуйчиков и прочего.
Дамблдор регулярно исчезал и внезапно появлялся, так что Гарри не расслаблялся и продолжал притворяться обычным подростком. Поиски Дамблдора пока что не имели успеха, и это было неудивительно, ловушка с кольцом была одна такая, а больше липовых крестражей Петтигрю и Локхарт не изготавливали. Сам Дамблдор попутно собирал сведения о Волдеморте, Томе Риддле, и делился ими с Гарри, рассказывая, как Темный Лорд дошел до жизни такой.
Это было ужасно и в то же время познавательно, Гарри не уставал хвалить себя за предусмотрительность, мол, Волдеморт воскрес из духа, сменил внешность и привычки, местами потерял память, иначе старая гвардия Пожирателей уже давно разоблачила бы Локхарта. Потом он вспомнил, что идею с духом подкинул сам Альбус, и настроение его испортилось. Оно испортилось еще сильнее, когда стало понятно, что Дамблдор и не думает помирать: заклятье было неснимаемым, да, но магия и зелья Снейпа нейтрализовывали его практически полностью.
Гарри теперь преуспевал в Зельях — потому что их вел Слагхорн, это раз, и потому что сам Гарри пользовался старым учебником Снейпа, это два. Точнее говоря, стандартным учебником, но с пометками Снейпа; и глядя на них, Гарри с ужасом осознавал, за какой неподъемный труд взялся с этой задачей по устранению Дамблдора и Снейпа. Знай он все это пять лет назад, ни за что не стал бы воскрешать Волдеморта, но увы, теперь было поздно жалеть и оставалось только играть с имеющимися на руках картами.
Подумав еще, Гарри усложнил план — не было никаких гарантий, что Дамблдор не обезвредит ловушку. В конечном итоге так и получилось, и пришлось бить в спину. Локхарт некогда довел заклинание Обливиэйт до совершенства, и теперь это пригодилось «Волдеморту», Дамблдору слегка подчистили память и залили самую малость скорректированных воспоминаний. Мол, в кольце был крестраж, но Альбус его ловко уничтожил и сам получил проклятие (эта часть была правдой, только проклинал Петтигрю).
Потом, когда Дамблдор ослабеет, Волдеморт придет к нему и еще раз сразится, в отместку за Министерство, при свидетелях, для пущей славы, и так далее. Увы, тут крылись не слишком приятные тонкости: крестраж никак не мог колдовать (пускай даже с кусочком души Волдеморта внутри) на уровне могучего мага, не говоря уже о том, что Дамблдор должен был остаться жить, дабы разнести легенду о крестражах. Все это требовалось для сложного спектакля «Гарри Поттер героически и из последних сил превозмогает Волдеморта, когда надежды уже нет».
Поэтому проклятие было так себе, средней силы, но зато неснимаемое.
Попутно «Волдеморт» милостиво выразил желание принять Драко Малфоя в ряды Пожирателей и тут же поручил задание: убить Дамблдора. Разумеется, все это было курам Хагрида на смех, даже умирающий Дамблдор уделал бы Драко одним взмахом бороды, но суть замысла крылась в другом: в Малфоях. Малфои никогда не подводили Гарри.
Не подвели они его и в этот раз.
Нарцисса Малфой, движимая материнским инстинктом защиты Драко, ринулась к единственному Пожирателю, имеющему доступ в Хогвартс: Северусу Снейпу. После чего ловко взяла с него Непреложный Обет помочь Драко убить Дамблдора, а Снейп, скованный своей ролью преданного Пожирателя, не смог отказать. Так что теперь либо Драко убьет Дамблдора, либо Снейп, либо Дамблдор убьет их обоих и потом сам умрет от проклятия, Гарри устраивал буквально любой из этих вариантов.
Но не успел он радостно потереть руки, как Дамблдор просто и изящно продемонстрировал, что почем и кто тут главный. Во-первых, сменился министр, Фадж на Скримджера, и можно было не сомневаться, здесь приложил руку Дамблдор. А значит, новый министр будет действовать и легкого захвата власти не выйдет.
Дальше Дамблдор не поленился явиться за Гарри, пообещать ему личных уроков в этом году (Гарри удержал лицо, но с трудом), а также потащил за Горацием Слагхорном, якобы соблазнять его должностью профессора при помощи Гарри. Слагхорн этот боялся Пожирателей до усрачки, и ясно было, что страх этот корнями уходит в первую войну, а предложение Гораций принял только потому, что Хогвартс — это Дамблдор. Так сказать, подальше от Пожирателей, поближе к повышенным мерам безопасности и могучему волшебнику.
В общем, намек был более чем прозрачный, и Гарри его понял.
Понял, что в этом году нужно действительно сидеть и ждать, пока проклятие убьет Дамблдора. Сидеть и ждать, притворяться обычным подростком, так, с бушующими гормонами, конечно же, квиддич, без сомнений, ну и учеба не помешает, в общем, найдется, чем занять досуг.
Так, собственно говоря, Гарри и поступил. В видениях не было нужды, и поэтому шрам его больше не «горел». При виде Джинни у него все «внутри обмирало», Рон бегал за Лавандой, так что, Гарри не выбивался из общей атмосферы возбуждения, поцелуйчиков и прочего.
Дамблдор регулярно исчезал и внезапно появлялся, так что Гарри не расслаблялся и продолжал притворяться обычным подростком. Поиски Дамблдора пока что не имели успеха, и это было неудивительно, ловушка с кольцом была одна такая, а больше липовых крестражей Петтигрю и Локхарт не изготавливали. Сам Дамблдор попутно собирал сведения о Волдеморте, Томе Риддле, и делился ими с Гарри, рассказывая, как Темный Лорд дошел до жизни такой.
Это было ужасно и в то же время познавательно, Гарри не уставал хвалить себя за предусмотрительность, мол, Волдеморт воскрес из духа, сменил внешность и привычки, местами потерял память, иначе старая гвардия Пожирателей уже давно разоблачила бы Локхарта. Потом он вспомнил, что идею с духом подкинул сам Альбус, и настроение его испортилось. Оно испортилось еще сильнее, когда стало понятно, что Дамблдор и не думает помирать: заклятье было неснимаемым, да, но магия и зелья Снейпа нейтрализовывали его практически полностью.
Гарри теперь преуспевал в Зельях — потому что их вел Слагхорн, это раз, и потому что сам Гарри пользовался старым учебником Снейпа, это два. Точнее говоря, стандартным учебником, но с пометками Снейпа; и глядя на них, Гарри с ужасом осознавал, за какой неподъемный труд взялся с этой задачей по устранению Дамблдора и Снейпа. Знай он все это пять лет назад, ни за что не стал бы воскрешать Волдеморта, но увы, теперь было поздно жалеть и оставалось только играть с имеющимися на руках картами.
Страница 13 из 17
